Чтение онлайн

– Надеюсь, - сказал я.
– Извините, здесь такой шум, что я вас почти не слышу. Вы, видимо, где-то рядом? Давайте встретимся и обсудим кое-какие детали. Очень важные.

– С удовольствием, адвокат. После оглашения вердикта, мы же договорились, верно?

– Есть кое-какие идеи…

– Вот тогда мы их и обсудим, - твердо заявила Ревекка Браун и отключила связь прежде, чем я успел вставить слово.

Номер ее телефона был, как обычно, блокирован.

До двух часов оставалось достаточно времени, и я провел его с толком, наводя глянец на собственную речь. Джемма помогала мне и, кажется, как-то комментировала сегодняшнее заседание и мой будущий триумф, в котором она была уверена - слова секретарши пролетали мимо моих ушей, я все еще слышал - "после оглашения вердикта", "мы же договорились?" Кажется, она сказала "мы непременно встретимся" или это мне только почудилось?

В половине второго я прошел в комнату, где Бойзен сидел, закрыв глаза, на скамье в окружении пяти конвоиров, державших руки на табельном оружии. Он даже не посмотрел в мою сторону, сказал, обращаясь к плафону на потолке:

– За каким чертом вы впутали Аниту? Она не приедет.

– Это единственный способ повлиять на решение…

– Лучше бы вы удавились, адвокат, - бросил Бойзен и закрыл глаза.

– Видимо, - сказал я, - после вашей смерти Аните и детям достанется немалая сумма, если вы предпочитаете умереть.

Никакой реакции.

– Я одного не понимаю, - продолжал я.
– Вы действительно полагаете, что окажетесь в аду и сделаете то, что вам заказано? Мне это просто интересно - по-человечески. Вы всю жизнь служили Дьяволу и готовы его уничтожить?

Я говорил в пустоту, похоже, что Бойзен меня не только не слушал, но и не слышал.

Я повернулся и вышел.

***

– Суд внимательно изучил материалы, представленные защитой. Документы приобщены к делу, размножены и переданы присяжным. Суд не считает необходимым откладывать вынесение вердикта по данному делу. Переходим к прениям сторон. Прокурор Иллингворт, пожалуйста, ваше слово…

***

Присяжные заседали три с половиной часа. Все это время я провел, внимательно вглядываясь в лица людей, заполнивших зал. Женщин было много, Ревекки среди них я не увидел. Может быть, она ушла, не дожидаясь оглашения вердикта? Маловероятно. Она была где-то здесь; возможно, я даже встречался с ней взглядом и не смог распознать? Нет, конечно, если бы наши взгляды встретились, между нами непременно пробежал бы ток, молния, я бы увидел эту вспышку, не мог не увидеть…

Когда присяжные вернулись в зал, Бойзен впервые за несколько часов поднял голову и посмотрел - не на председателя присяжных, державшего в руке лист бумаги, а на меня, и во взгляде этого человека я увидел торжество, фанатическую уверенность в том, что все будет так, как он решил. Он, а не присяжные. Он, а не судья. Он, только он и никто больше. Бойзен распорядился своей судьбой задолго до того, как был арестован, и сейчас ждал лишь, что будет поставлена точка.

– …на вопрос, виновен ли присутствующий здесь подсудимый, Стивен Фримен Бойзен, в преступлении, согласно предъявленному обвинению…

– Ваша честь, наше единогласное решение: виновен по всем пунктам предъявленных обвинений без смягчающих обстоятельств.

***

– Ты проиграл дело, - сказал Бертон. Мы сидели вдвоем за столиком в "Валентино", официант только что принял заказ, людей в зале было немного, больше всего мне хотелось сейчас залезть в свою нору, отключить телефоны и заснуть, чтобы забыть наконец взгляд Бойзена. Бертон, однако, настоял на том, чтобы мы поужинали вместе, ему не терпелось обсудить причины поражения, и я не смог отказать. У меня не было сил ни для отказа, ни для согласия с кем бы то ни было.

– Ты проиграл, потому что твоя речь была пресной, как вода в озере Эри, - продолжал Бертон.
– Господи, ты угробил такой материал! В прошлом году Энсон при аналогичных обстоятельствах…

– Не рассказывай мне про Энсона, - вяло отмахнулся я.
– Там было другое дело.

– Такое же самое! Убийство первой степени. И в последний день открылось, что у подсудимого больная мать, и все деньги, которые он получил как долю в ограблении инкассатора, пошли в уплату за операцию. Присяжные признали это смягчающим обстоятельством - ты помнишь, как Энсон из себя выходил, расписывая бедственное положение…

– Прекрати, - сказал я.
– Возможно, я произнес не лучшую речь в жизни.

– Но почему?

– Рик, - сказал я.
– Что произойдет с нашим миром, если в нем не будет Дьявола?

Бертон закашлялся, и я постучал его по спине.

– Господи, Дин, - пробормотал он, - ты все еще об этом…

– И еще о том, что моя клиентка не захочет меня видеть.

– Эта женщина из "Христианских паломников"?

– Ревекка Браун.

– Дин… Извини, я тебя не понимаю. Когда год назад ты проиграл дело "Штат Аризона против Майкла Камерона", то был на грани депрессии, потому что думал о карьере. Сейчас тебя, похоже, совершенно не заботит, что твоя речь никуда не годилась…

– Я думаю, - пробормотал я.
– Мы ведь так и не узнали, какое оружие выбрал Бойзен, чтобы убить Дьявола.

– О Господи, Дин! Ты поверил этой чепухе?

– В это верит Ревекка Браун, моя клиентка, - сказал я.
– Ты сам готов был этой чепухе поверить, пока занимался делом. А сейчас ты расслабился, тебя переполняет злость от того, что мы проиграли процесс, и сейчас ты уже ни во что не веришь.

– Ты будешь подавать апелляцию?
– перебил меня Бертон.

– В зависимости от того, какой вариант приговора выберет судья. Скорее всего, да.

Зазвонил телефон, и я поспешил поднести аппарат к уху.

Это была она, моя клиентка - я ждал, что она позвонит сразу после оглашения вердикта, но госпожа Браун почему-то выдержала паузу, несколько часов я провел в состоянии гроба Магомета - между небом и землей.

– Адвокат, - сказал голос, который даже, будучи искажен различными телефонными фильтрами и беспроводными линиями, казался мне если не ангельским, то наверняка принадлежавшим существу не от мира сего, - я хочу вам сказать, что вы сделали все от вас зависящее…

– Спасибо, - пробормотал я, - но мы все равно проиграли.

– Значит, так было предрешено, - спокойно сказала Ревекка Браун.
– Будем считать, что условия нашего соглашения выполнены полностью.

– Еще не все потеряно. После оглашения приговора - кстати, это будет в ближайший понедельник, - мы подадим апелляцию в Верховный суд…

– Нет, - твердо сказала Ревекка, и впервые я услышал в ее голосе металл.
– Без апелляций.

– Но этого будут от нас ждать все!
– воскликнул я.
– Есть определенная процедура, долг адвоката, я не могу пренебрегать…

– Дорогой мэтр Рознер, - сказала Ревекка Браун проникновенным голосом, и у меня голова пошла кругом, - давайте обсудим это завтра вечером, если он у вас свободен. Вы позволите мне пригласить вас на ужин?

– Вы - меня? Я хотел пригласить вас…

– Я пригласила первая, значит, инициатива за мной. Отель "Плаза", розовый зал, семь часов вечера - вас устроит?

– Конечно!
– воскликнул я с большим энтузиазмом, чем следовало бы, и сидевший напротив меня Бертон насмешливо поднял брови.