Чтение онлайн

Пришельцу из будущего сделать это нелегко, лично ему это удалось буквально на днях. Тут ведь никакие усилия воли или мантры не помогут, нужно просто существовать. Как все.

И постепенно, очень постепенно «дерзкие порывы» угасают, ты перерождаешься, мысли начинают течь плавно, появляется некая размеренность. И вот тогда вдруг оказывается, что времени хватает на все, что его очень много, а впереди и вовсе бесконечность.

Не то что в будущем, когда глядишь за окно – господи, июнь уже! А ведь недавно совсем Новый год справляли…

Костя поглядел, как удлинялись тени, и решил, что пора искать место для ночлега.

Ему повезло – сооружать шалаш или нечто в этом роде не пришлось. Набитая тропа, по которой они ехали, на ближайшей поляне разделилась аж на три дорожки, самая натоптанная из которых взбегала на холм с плоской вершиной. Здесь росли невысокие деревья, сплошь молодые, в рост человека, и явно посаженные.

Тропинка вывела к монументальной ограде из огромных валунов, которые кольцом окружали маленький дворик, посреди которого стояла крепкая изба.

Рубленная из дуба, под добротной крышей из деревянных плашек, она не имела окон. Дверей тоже не было – просто низковатый проем. Внутри странной избы было пусто и тихо, никого и ничего, даже пыли на полу.

– Гляди! – сказала Эльвёр, спешившись. – У них пол из досок!

– У кого «у них»? – улыбнулся Костя.

– Не знаю… Ну кто-то же здесь живет!

– Хм. Может, и живет…

Плющ обошел всю избу, потопал по лесинам, которыми неведомый плотник выложил пол, оглядел потолок. Вернее, не потолок, а крышу изнутри – балки, стропила, ряды деревяшек. Кровля была основательной – ни капли не просачивалось на пол, хотя ночью прошел дождь.

Правда, Эваранди удивляло отсутствие не окон и дверей, а печи. Это казалось невозможным – в этом времени печь была уважаема, ее ставили в лучшем – «красном» – углу, как обиталище огня, тепла и света. А тут не то что печки – даже обычного очага посередке не наблюдалось, и дымогон наверху не дырявил крышу. Странно.

Наверное, из-за близости Эльвёр Костя подрастерял обычную свою осторожность. Нет, дом показался ему подозрительным, но он отмахнулся от юрких мыслишек – просто глупо ночевать в лесу, в сыром шалаше, когда тут сухо и от ветра защита. И от дождя.

Расседлав коней, Плющ пустил их пастись, а нехитрый скарб затащил под крышу. На полу спать будет жестко, поэтому он наломал охапку веток – будет как импровизированная перина. А сверху одеяло.

Темнело, но Костя не стал разжигать костер. Четвероногих хищников огонь, может, и отпугнет, но вполне способен приманить двуногих.

К тому же лошади дадут знать, если станет приближаться чужой, человек или зверь, – у скакунов чутье не хуже, чем у собак.

В потемках поужинали остатками лепешек и копченого осетра, раздобытых у бедного рыбака накануне. Тот, наверное, впервые в жизни держал в руках настоящий серебряный дирхем.

– А здесь тепло… – негромко сказала Эльвёр.

– Лето, – откликнулся Костя.

– Не-ет… Наше лето – холодное. То дождь пойдет, то туманом все заволокет. А здесь даже ливень и тот теплый!

– Юг, – по-прежнему лапидарно сказал Плющ.

– А мы теперь – в Кенугард?

– Ага.

– А Кенугард большой?

– Да какое там… Пара вшивых деревушек.

– А Миклагард? Ты говорил, что мы туда поедем.

– Надо поехать. Миклагард большой, даже очень. Альдейгу видела?

– Ну да.

– Так там тысяча человек живет или чуток побольше. А в Миклагарде – пятьсот тысяч! Там столько же народу, сколько в пяти сотнях Альдейгьюборгов.

Эльвёр замотала головой:

– Не могу себе представить такое число! Оно слишком велико! А ты там был?

– В Миклагарде? Нет, там я не был, но жил в других городах, тоже очень больших. Там, откуда я пришел, таких городов много. А ты бы хотела побывать в моем мире?

– Да! – выдохнула девушка. – Если с тобой, то хоть в Йотунхейм [865] !

Эльвёр прижалась к Косте, ее руки залезли ему под рубаху…

Через несколько минут одежда была скинута и разбросана, а гулкую избу наполнило горячее дыхание и сладкие стоны.

Ночью Плющ несколько раз вставал, обходил избу кругом, проверял лошадей. Все было тихо и спокойно.

Совершив последний обход перед рассветом, часа в четыре, он вернулся к Эльвёр, прижался и заснул.

Разбудили его лошади. Встрепенувшись, Костя сел, протер глаза и прислушался. Да нет, не приснилось ему – фыркал конь.

Мигом натянув рубаху и обувшись, он тихонько поднялся – и замер. На пороге избы замерли два седобородых деда в длинных, ниже колена, рубахах. Холщовые порты были обмотаны онучами, на ногах лапти. Лица дедов были суровы.

Тот старикан, что стоял слева, негромко стукнул посохом с набалдашником из черепа младенца и строго сказал:

– Почто святилище осквернил?

Эваранди растерялся. Дед говорил на каком-то суржике, мешая древнерусский со славинским, и Костя, для пущего понимания, ответил на той же словарной смеси:

– Святилище? Простите, мы не знали, что это не простой дом. Мы только переночевали тут.

– Трапезничали, – вытянул палец второй дед, – и блудили!

Эваранди хотел было ответить в резком тоне, но его опередил первый дед.

– Мы лишь слуги Семаргла [866] ,– молвил он, – и прощения будешь просить не у нас, а у бога. Будет Семаргл милостив – останешься жив, а ежели не простит он вины твоей, примешь смерть лютую!

Дед стукнул посохом покрепче, и тут же за спинами жрецов возникли добры молодцы в кожаных доспехах. На поясах у них мечей не было – лишь метательные топорики да здоровенные тесаки. Молодцев было шестеро, один другого шире, и Плющ понял, что сопротивляться бесполезно.

Можно, конечно, устроить показательную резню и пасть смертью храбрых, бросив Эльвёр на растерзание, но так нельзя.

– На коней, – велел один из молодчиков. – Попробуете бежать – стрела догонит.

Костя сжал зубы и молча стал седлать лошадей.

Второй раз в плену! Не слишком ли? А дураком не надо быть.

Он оглянулся на девушку.

Эльвёр не слишком напугалась, ей даже любопытно было.

– Поехали!

«Осквернителей» под конвоем вывели из храма. Дальше путь лежал по тропе, ведущей на юг. Трое добрых молодцев ехали впереди, двое позади, а один рядом с Костей.