Чтение онлайн

– Я присмотрю за ней, но издалека, – твердо пообещал Адинук.

Человек молча развернулся и побежал вниз с нарастающей скоростью.

Бард тяжело вздохнул и дописал последнюю строчку в последнем свитке. Больше места для записей у него не осталось. Спрятав рукопись в котомку, Адинук занял удобное место у края утеса, с которого открывался самый лучший вид на поле боя, и принялся сочинять новую балладу, стараясь сразу заучить ее наизусть.

– Подходить нельзя, значит, – через пару минут после начала наблюдения произнес эльф, обернувшись, чтобы бросить на лежащую суккубу быстрый взгляд. – Жаль. Я вот все спросить тебя хотел, да как-то не получалось наедине остаться. А такие вопросы лучше задавать с глазу на глаз, глядя в глаза. Ты же сейчас, наверное, и ответить толком не сможешь. Так ведь?

Суккуба по-прежнему недвижимо лежала, но ее грудь продолжала вздыматься.

– Я так и думал, – продолжил безумный бард. – Молчишь. Так я спрошу, раз ты не возражаешь. Вот ты мне как женщина скажи. Хотя нет, лучше как суккуба или даже как обе сразу. Почему мужчины из-за вас постоянно делают глупости, как раки, которые вылезли из проруби на мороз и машут клешнями на торговца свежей зеленью?

Эльф прислушался к своим мыслям и улыбнулся, глядя на поле боя.

– Даже я чуть не потерял из-за тебя голову. Так ведь не потерял же, потому что она и так потеряна! И смысла не было. Мне ведь совсем немного осталось. Чуточку. Мы же вернемся когда-нибудь домой. А там останется дописать всего ничего. Каких-то сто с небольшим, и материала уже хватает на добрую сотню…

Адинук обеспокоенно повел ухом и обернулся. На мгновение ему показалось, что молчунья уже и дышать перестала.

– И все же надо бы тебе как-то помочь, – пробормотал бард, и встал на четвереньки.

Затем он уткнулся лбом в шершавый камень утеса и вознес молитву единственному богу, который всегда был готов его выслушать.

– О великий Хьялти, обладатель самой красивой бороды в обитаемых мирах, взываю к тебе! О повелитель каменных сводов, благородных металлов и вечно пьяных заносчивых карликов с длинными бородами и коротким терпением, услышь мой зов! Даруй своему недостойному слуге еще одну крупицу твоей бесконечной мудрости! Как вылечить вот эту девицу?

***

Аггрх сражался в первых рядах. Он видел, что обычным оружием делу не поможешь, и попробовал применить посох.

– На! – заорал он, нанося удар. – Еще хочешь?

Оружие было великовато даже для его роста, но и тени вдруг стали медлительными в его присутствии. Первое столкновение отбросило цель назад на пару десятков футов. Задетая тень негодующе погрозила орку призрачным кулаком.

– Неплохо, – обрадовался воин такому эффекту. – А чего еще ты можешь?

Умбриты, чуя угрозу, обступили зеленокожего со всех сторон и потянулись к нему своими длинными конечностями. Орку юлой закрутился вокруг своей оси, зажав посох обеими руками. Врагов разметало во все стороны, но они снова направились к нему. Аггрх похолодел, видя количество теней вокруг.

– Как там правильно-то?! – в отчаянии крикнул воин. – Во имя великой Праматери!..

Пускай молитва не повторяла слова гоблинского шамана дословно, но мольба Аггрха сработала. Следующее попадание не только уничтожило тень, по которой заехал орк, но и отбросило всех ее соседей на добрых тридцать футов.

– Бирканитра, ты лучше всех! – радостно закричал орк.

Видя результат, ближайшие к нему тивада подхватили клич, хотя и не понимали слов. Зато прекрасно помнили, кто учил их махать мечом и ходить строем. Слаженность вышла потрясающая.

Следующий удар посоха отправил в небытие всех теней на расстоянии пятидесяти футов. Тут уже и пууты с жахани присоединились и закричали приветствие гоблинской богине. Враги, заметив такое развитие событий, стали просто облетать Аггрха стороной. Подросшим посохом легко управлялся Гарб-великан, но орк еле-еле мог им размахивать. Для него Гобмобом был шестом. Сколько зеленокожий ни старался ударить еще хотя бы одну тень, ему просто не хватало скорости.

Порождений Умбры на поле сражения оставалось еще немало. В этот момент к сражающимся присоединился Михель. Монах ворвался в битву штормовым вихрем, и каждый удар его крепкого кулака или ноги непременно достигал цели. Каждое его движение заставляло противника или осыпаться вниз пеплом, или воспарять вверх струйкой дыма.

Человек оказался слишком быстр для умбритов: они просто не успевали увернуться от молниеносных выпадов. Одна слишком шустрая тень изловчилась и все же смогла коснуться предплечья человека. Остальные порождения мрака издали скрежещущий звук, празднуя победу. Человеку следовало упасть без сил. Однако Михель лишь недовольно поморщился и отправил недруга в небытие хлестким ударом пятки, сопровождаемым свистящим звуком и зеленоватой вспышкой.

Спустя десять минут чаровницы файлака, Михель и Аггрх устроили треугольник, в вершинах которого находились они, а в середине метались тени тивада. Количество врагов таяло с нарастающей скоростью, и вскоре они перестали суетиться и замерли посередине. Аггрх подал знак, и вершины «углов» начали одновременно сближаться, чтобы сообща добить нечистую силу.

Тени сгрудились в кучку. В их гуще возникло движение, и из середины, в одну секунду всосав всех, кто находился внутри, выплыло облако мрака размером с небольшой курган. Загонщики замерли в нерешительности.

– Я рад приветствовать вас, друзья.

Потусторонний голос Бурбалки произвел ошеломляющее действие на всех, кто его услышал, за исключением Михеля и Аггрха. Тивада попадали в обморок прямо там, где стояли. Остальные бросились бежать не разбирая дороги. Даже встретившаяся на пути некоторых бегущих река не остановила их.

Первыми бурных вод достигли пишааки. Они резво скакали, отталкиваясь от бурого камня плато длинными передними лапами и помогая короткими задними и хвостом. За ними подоспели похожие на безумную помесь волков с кошкоскорпионами хмасудавы. Вместе они прыгнули в реку, мгновенно перерождаясь в ангелоподобных тивада и высоких коренастых собак алебастровой масти соответственно. Всех прочих пуутских воинов к этому моменту уже перебили.

Следом в воду нырнули дьявольские воительницы в мерцающих серебром доспехах. Паника гнала их вперед, а тяжелые зачарованные латы утаскивали на дно. Жахани отчаянно барахтались, но никак не могли всплыть. Некоторые успевали набрать в грудь воздуха, и какое-то время где-то на глубине еще пытались скинуть с себя надежную защиту, вдруг ставшую смертельной ловушкой. Пузырьки печально поднимались к поверхности.

– Спасайте их! – перекрикивая шум реки и громыхание лат, закричал Квимиаль.

Его тоже гнал вперед затмевающий разум ужас, но полководец не потерял голову полностью. Слишком много страхов пришлось на его долю за многие тысячи лет жизни. Его перерожденные в тивада воины будто воспряли духом, услышав голос командира. Страх покинул их, и они начали спасать. Острые камни горной реки царапали их тускло светящиеся тела, теперь лишенные всякой защиты. Но их теперь заботило только спасение тех, кто погибал на дне. Ради извечных врагов они рисковали жизнью.

«Как иронично», – успел подумать Квимиаль, прежде чем вода накрыла его с головой.

Генерал погрузился на несколько футов и открыл глаза. Ядовитая прежде жидкость была на удивление прозрачной и приятно холодила кожу. Пожар тысячелетней ненависти в его груди угас, и Квимиаль все вспомнил. Бессмысленную резню, устроенную Иблисом, изгнание, надежду и безысходность. Вспомнил он и прежние времена, когда еще был счастлив. Генерал взмахнул... руками. У него теперь были руки, а не лапы с присосками! Восторг.