Чтение онлайн

Бледный молодой человек с удивительной для его возраста проседью в темных волосах в потрепанном монашеском одеянии сидел со скрещенными ногами на песке и удивленно рассматривал медальон, внутри которого обнаружился локон рыжих волос и портрет невозможно красивой девушки с такими же рыжими волосами и маленькими рожками на лбу. Безделушка нашлась во внутреннем кармане робы, и больше там ничего не было. Голова раскалывалась, как будто по ней недавно лупили орочьим боевым молотом.

Соленые волны лениво набегали на берег, выбрасывая комья молочно-белой пены. Вода немного не доставала до молодого человека, но он все равно отодвинулся от нее. Почему-то теперь он не любил воду, хотя раньше за собой такого не замечал.

– Кто же ты? – спросил он вслух. – И где все?

Только крики чаек раздались в ответ. Остальных компаньонов поблизости видно не было.

Монах сделал глубокий вдох. Свежий морской воздух наполнил легкие и заставил человека поперхнуться. Так легко давно не дышалось. Человек нервно рассмеялся. Последнее, что он помнил – какая-то карта с двигающимися картинками, в которую утянуло троу и еще смутно какие-то ворота. Кто же все-таки эта демоница? Почему он уверен, что знает ее? Почему при взгляде на портрет в груди возникает какое-то щемящее чувство?

На горизонте показался трехмачтовый корабль незнакомой ему конструкции. Человек встал, приложил ладонь к глазам и вытянул шею, пытаясь рассмотреть флаг. На мачте реяло полотнище с черным минотавром в короне на золотом поле.

***

Мучительно хотелось сделать вдох, но что-то мешало. Глаза открылись, чтобы увидеть повсюду воду. Обжигающе холодную ледяную воду и силуэт где-то сверху.

Кто-то схватил за волосы и потащил. Больно же! Зато теперь можно дышать. Дышать так здорово, особенно если раньше долго не получалось… сейчас, только нужно выплюнуть лишнее изо рта. Так, кажется, берег. Проморгаться после воды все никак не получается. Рядом кто-то теплый и родной. Он согревает своим телом и дыханием. Руки сами тянутся обнять его за шею. Конечно, это он! Кто же еще? Только волосы почему-то слишком жесткие.

– Любимый? – и тихое ржание в ответ.

Огненно-рыжеволосая тивада открыла глаза и увидела перед собой рог, приставленный к ее груди. Неяркое сияние передавалось от него в тело девушки. Огромный крылатый жеребец настороженно замер, пытаясь понять, ожила ли Хиенна окончательно.

– Спасибо тебе, мой хороший, – поблагодарила девушка единорога.

Тот сделал шаг назад, громко заржал, склонил голову и взмыл в небо. Тивада в белых одеждах из совершенно сухой, кажущейся воздушной ткани поднялась на ноги и потянулась, чтобы выжать волосы. Сами собой за плечами распахнулись белоснежные крылья с легкой рыжиной по краям.

– Михель! – позвала она. – Ты здесь? Ты должен это увидеть!

Он так и не отозвался.

Если вы пожелаете пересечь Лунное море на корабле, но пожалеете денег на охрану, приготовьтесь к неминуемому абордажу. Во время нападения не сопротивляйтесь и просто отдайте все ценности.

Гномий путеводитель

Кадзи приходит в начале лета и дует без остановки почти неделю. Он ерошит волосы, раздувает паруса, струнами натягивает нервы и крепежные канаты. Кожа от него нестерпимо чешется. Если матросы в такие дни затевают тайком от боцмана и старпома игру в карты, то она почти непременно заканчивается мордобоем, а то и поножовщиной. Название его восходит к народу, известному только из легенд. Местные жители знают, что с Кадзи шутки плохи. Он не только может сжечь своим горячим дыханием посевы на корню, но и приносит с собой лихорадку, от которой не каждый может оправиться.

Другой ветер называется Шимун. Он несет с собой обездвиживающую духоту и пыль цвета охры, застилающую небо до самого горизонта. Это нагретый воздух вместе с песком пустыни, находящейся в глубине материка на южном побережье Лунного моря. Рот и глотка пересыхают мгновенно, и утолить возникающую жажду практически невозможно. Такой ветер отравлен, и нет от него спасения. Душегубка может длиться часами или даже днями. Дня через три он выпадает кровавым дождем, и жара прекращается, как по мановению волшебной палочки.

Сила третьего ветра – Окуто – столь велика, что он опрокидывает хорошие устойчивые корабли, если у капитана недостает ума, а у экипажа сноровки вовремя развернуть свое судно правильным галсом. Прилетает Окуто редко, но легко ломает стены, сложенные из крепкого гномьего кирпича, и швыряет на землю одиноко бредущих по улицам прохожих. Был случай, когда он сорвал крышу с одной из башен дворца и играючи отшвырнул ее в сторону на целых шестьсот тридцать два фута и три дюйма, как уверяли королевские землемеры. Благо в тот раз никто не пострадал. Начинается он в окрестных горах. Местные знают, что как только вокруг вершин образовалась «борода» из облаков – жди беды. Вот и наблюдают всю осень за горными пиками. Телеги и возы при виде такой бороды сразу заполняют камнями, чтобы их не унесло ветром.

Теплый весенний ветер Сатцу – самый добрый и ласковый. Он дует не слишком сильно и приносит с собой лишь немного влаги. Ровно столько, чтобы сады вокруг расцвели и зазеленели. Все любят Сатцу.

Аттакай – пятый ветер приходит в середине зимы. Он настолько теплый, что буквально слизывает сугробы. За день Аттакая уходит до фута снежного покрова, и это приводит к большой грязи. Дороги раскисают, а в воздухе начинает пахнуть весной. Аттакай обманчив. Стоит ему уйти, как холода возвращаются, и жителям острова снова приходится кутаться в теплые одеяла перед очагами, чтобы согреться по ночам.

Мисуто дует в конце зимы. Приходит он с северо-запада, со свистом унося прочь снежные тучи. Небо становится удивительного голубого цвета, и в такие моменты можно увидеть противоположный берег пролива, находящийся в ста милях. Еще этот ветер зовут пожирателем грязи. Он такой сухой, что высушивает сточные канавы и очищает воздух от печной гари и копоти. Он даже почитается жителями бухты как полезный для здоровья.

Еще летом приходят разрушительные ураганы, называемые столпами. Эти змеящиеся по воде колонны зарождаются на море и возносятся до самого неба. Такой столбик сметает все на своем пути, и только глупец не пытаться бежать от него прочь.

Обитатели побережья в бухте семи ветров на острове Мирас могли бы даже похвастаться местом жительства, если бы не постоянные порывы стихии. Климат тут относительно мягкий, а природные богатства значительны. Впрочем, непостоянство природы закалило минотавров и гномов-мульфиблов, живущих здесь бок о бок, и наложило отпечаток на культуру и даже лица. В бухте редко улыбаются и разговаривают короткими отрывистыми фразами, считая, что рот нужно раскрывать только по делу, чтобы ветром не занесло в него какую-нибудь гадость. Зато если уж улыбаются, то делают это совершенно искренне.