Чтение онлайн

– А в чём, собственно, дело? – Превозмогая протестующее тело, она села на постели, опираясь руками о смятые подушки. – Такое впечатление, что тебя возмущает не сам поступок, а именно мой выбор!

В царящем мраке она не видела его лица – только смутные очертания силуэта.

– Да, возмущает! – Генри резко встал с постели.

– О Мерлин! – откинулась на подушки Гермиона. – И чем же?

– Гормоны – это я могу понять! Но выбрать…

– Да в чём дело?! – от негодования Гермиона даже позабыла о тошноте и других неприятных ощущениях, оставшихся после действия зелья.

– В чём дело?!

– Да! Mon Pere, значит, всё устраивает, а ты безмерно против! Или ты ревнуешь, Отелло?!

– Я богатыми мужиками не увлекаюсь, чтобы их ревновать!

Гермиона открыла рот, но так и не нашла что сказать. Вместо этого она довольно резко вновь села на кровати, отчего растерзанное тело опять пробила острая боль. Ведьма только закусила губу. На глаза навернулись непрошеные слёзы, и она непроизвольно всхлипнула.

– Кадмина, ну что ты! – он опустился рядом с ней на кровать. – Я…

– Ничего, – помотала головой гриффиндорка. – Просто очень больно. – Она спустила ноги на пол и нашарила в темноте свои туфли. – Я пойду в спальню.

Гермиона встала и оперлась на столбик кровати.

– Ты что?! Какая спальня?

– Генри, когда меня не найдут утром в комнате, будет только хуже.

– Давай я… провожу.

– Не нужно, – она накинула мантию. – Дойду.

На выходе Гермиона всё же остановилась и оглянулась. Он всё ещё сидел и не двигался.

– Генри…

– …да?

– Я… Да нет, ничего, – она слабо улыбнулась. – Спасибо тебе. За всё. И за эту ревность тоже.

* * *

К утру боль ушла, и хотя все выходные Гермиона провела в кровати, сославшись на недомогание и гам в гостиной, отвлекающий от подготовки к экзаменам, к понедельнику всё наладилось. Жизнь опять улыбалась и ничем больше не пугала в ближайшей перспективе.

О сцене, которую Генри устроил ей ночью, молодая ведьма почему-то не рассказала ни Джинни, ни даже Алире. Хотя сама долго думала об этом.

Неужели и правда ревнует? Забавно. И тем не менее очевидно. Нет, определенно, это крайне весело!

В течение недели Гермиона очень много думала о своем профессоре. Она всегда симпатизировала ему, с самого их знакомства. И он ей, пожалуй, тоже. Всё же одно дело просто быть верным по приказу, и совсем другое – искреннее расположение. Об этом действительно стоило хорошо поразмыслить…

А вот говорить на данную тему ей совершенно ни с кем не хотелось.

* * *

Тем временем дни шли, не зависимые от внутренних переживаний наследницы Тёмного Лорда. Близились выпускные экзамены и окончание школы, близилась совсем взрослая и теперь весьма застланная туманом жизнь… А ещё Гарри не переставал заниматься тем самым делом, которое было «смыслом его существования».

– Я вот всё думаю: кто из приближённых Волдеморта мог бы знать о Хоркруксах?

Это было днём, в пятницу, за обедом. Гермиона увлечённо жевала отбивную, делая вид, что именно она мешает ей ответить. Гарри продолжал:

– Просто если нет способов вычислить эти места логически, возможно, имеет смысл расспросить того, кто о них знает?

– За вечерним чаепитием? – проглотила очередную порцию пищи Гермиона. – Скажите мне, дорогая Беллатриса, а где давеча Хоркруксы уважаемого милорда вы видели в последний раз?

– Не ёрничай – есть гораздо более действенные методы допросов.

– Тоже мне выискался Мюллер!

– Кто? – поднял брови Рон.

– Ты – не обращай внимания, – снисходительным тоном посоветовала гриффиндорка. – Гарри, ну представь себя допрашивающим Пожирателей Смерти посредством Круциатуса.

– Некоторых – легко! – сквозь зубы выдавил Гарри. – Но я имел в виду Сыворотку Правды. Такой преданный Барти Крауч-младший на моих глазах выболтал всё, о чём у него спросили! И почему её не применяют на допросах официально?.. Чёрт, ведь Дамблдор тогда знал о Хоркруксах – если бы он догадался спросить…

– Сомневаюсь, что Тёмный Лорд за тем же вечерним чаем делится со своими приспешниками местами расположения Хоркруксов, – кисло заметила Гермиона.

– Никогда не говори «Тёмный Лорд»! – внезапно передёрнуло Гарри. – Так его только Пожиратели Смерти называют!

Ведьма поспешила наполнить рот салатом.

* * *

Черёд первых после той-самой-ночи дополнительных занятий с Генри неумолимо пришёл вместе с пятницей. Всю неделю она видела профессора только на уроках, где сильно не поговоришь, да за регулярными приёмами пищи – на и вовсе внушительном расстоянии.

А сколько всего Гермиона передумала за прошедшие пять вечеров…

Дорога к кабинету Генриха Саузвильта показалась необычайно короткой. За минувшие дни Гермиона придумала и отмела такое количество вариантов поведения, что просто запуталась в собственных планах. И, помимо всего прочего, подобные переживания сильно мешали в образовательном процессе. Экзамены приближались с неумолимой быстротой…

Поймав себя на мысли о ЖАБА возле самых дверей, Гермиона пришла в крайне задорное расположение духа.

– Она ещё жива! – заявила ведьма, заходя в кабинет с широкой улыбкой.

– Кто? – как-то нервно уточнил профессор.

– Гермиона Грэйнджер! – продолжила веселиться гриффиндорка. – Она пробивается из-подо льда и из самых неожиданных мест нападает со своими экзаменами!

– Веселишься? Это хорошо. Как самочувствие?

– Готова к великим свершениям! – призналась Гермиона. – Осталось определить маршрут.

Она закрыла за собой дверь, подошла и села на стол, за которым восседал её преподаватель.

– Я смотрю, наброски маршрута уже сделаны?

– Ну, если профессор жаждет свернуть в сторону черномагических познаний с намеченной дорожки…

– А владелец кабриолетика не будет против избранного гаража?

– Кабриолетик – вольная птичка, – холодно заметила Гермиона, перекидывая ногу на ногу, – сам себе хозяин.

– Машинка в коллекции недавно – ещё не привыкла и не всё понимает.

– Ты чистокровный волшебник? – прищурилась Гермиона.

– Заботимся о чистоте крови? Дальновидно... Чистокровный. Но внимательный на маггловедении.