Чтение онлайн

Ларк очнулся к обеду. На него было больно смотреть. Не удивлюсь, что если вдохнуть эту штуку в нормальной пропорции, то можно и совсем не проснуться.

В капище (теория Толикама в связи с найденным кувшинчиком более подходила) мы спустились на следующий день. Лакмусовой бумажкой, определяющей наличие сонного зелья, служил я. Никакой дискриминации инвалидов – короткая палочка досталась мне.

– Спускайтесь! – через десять минут прокричал я.

Дверь не хотела поддаваться, может, ввиду старости и заклиненности, а может, какого-либо хитрого замка с той стороны, а то и вообще обвала. Мы даже бревно вырубили для тарана – никаких эмоций от бездушной деревяшки. Деревянность двери и отсутствие реакции на наше воздействие вновь подтверждали предположение нашего знатока о магической составляющей этого убежища. Ну не могло без магии дерево выдержать долгий период времени и остаться настолько крепким. Комната однозначно была расценена обществом как место нового обитания. И в первую ночь меня одолевали забавные мысли: а что было бы, если бы я не вышел к ним? Они, конечно, не идеал дружбы, но полез бы я ради Чустама в эту яму? Да и само понятие дружбы, если честно, подверглось в моем мировоззрении корректировке. Я уж точно не рассматривал ее как безоговорочную помощь в сложной ситуации – своя шкура завсегда дороже. Еще я думал о Звезданутом. Как он там, привязанный к дереву? Поймав себя на глупости размышлений, захотелось крикнуть: лоша-ад-ка-а!

Утро началось, несмотря на новое место, с созерцания Чустама у очага.

– Ты вообще спишь когда-нибудь? – спросил я шепотом.

Он кивнул на костер. Я встал, а он завалился на мое место. Теплее, конечно, было значительно, только вот камни пола, на которые мы накидали травы, все равно отдавали холодом.

Днем мы занимались хозяйственными делами. Плели новые верши, выкладывали дымоход повыше. Несмотря на выложенный камин, задымленность в подземном помещении очень сказывалась. Обрубали лестницу, чтобы она не торчала над поверхностью, демаскируя нас. Дорубили до такой степени, что смогли ее спускать внутрь.

– Вот упадет на нас такая зверюга, – прокомментировал Клоп возможность убирать дерево внутрь, при этом собирая кости полумедведя, – и будем по стенам когтями скрести.

– Если такая зверюга упадет, то даже Хромой так выскочит. Да и не станет она нас есть, – принял охапку останков наверху корм.

– Почему?

– Представляешь, какой запах будет от наших штанов в этот момент? Я бы побрезговал. А криворукий где?

– Он уже штаны стирает.

Я собирал кости внизу. Из разговоров парней понял, что сегодня придется любоваться еще одной голой мужской задницей – сменки у нас не было. Стирали рабы часто, в том числе и я. Чистота – залог здоровья. В нашем случае в связи с отсутствием должного витаминизированного питания данная пословица была ой как актуальна, поэтому кто-нибудь из нас регулярно дефилировал в стиле ню.

На следующий день было принято решение еще отдохнуть, но потом идти в рейд. Поскольку дорога была далеко, а мы ощущали недостаток в очень многих вещах, в первую голову одежде и мало-мальских одеялах, то воровское занятие было означено перспективным. Но с некоторыми дополнениями – около дома не шалить. Ворами были признаны Чустам, Клоп и я, ну то есть самые достойные и авторитетные паханы. Ну а если серьезно, то большое количество народа не значило успех. Опять же Ларка (а он в связи с природной застенчивостью не годился в воры) было просто боязно оставлять одного. Всем идти тоже не вариант – толку мало, а голодать по возвращении и, самое главное, снова разводить огонь никому не хотелось. А меня причислили к этой братии из-за удачи, ну или наглости, ну и возможности быстро передвигаться. Хотя уж настолько эксклюзивные права на Звезданутого я не предъявлял. Еще одним аргументом в пользу компактности группы было то, что троих Звезданутый минут двадцать на себе вынесет, то есть – от пешей погони уйдем свободно. Рейд же на несколько дней потому, что только путь до дороги занимал почти день. То есть если ехать, то уж не на одну ночь, а до победного… или нескольких победных. Мечи Чустама и Клопа привязали к сумкам. Вообще у Чустама меч был с ножнами, в отличие от клинка Клопа, то есть того, что я дал им на арене, но таскать на поясе эту железяку…

– Может, чешую возьмем? – спросил Клоп.

– Зачем? – Чустам распределял груз так, чтобы седельные сумки не съезжали вбок, и подвязывал две специально изготовленные для похода верши – пусть уж сырая рыба, чем голод.

– Ну вдруг какому купцу продадим?

– Ага. Вот он обрадуется-то подарку. Даже четырем – мы тоже как товар пойдем. Нет, с учетом Звезданутого – пяти.

– Что уж, мы с купцом не справимся?

– С купцом-то справимся, а вот где ты их видел без охраны?

Клоп спорить больше не стал.

– Хромой, я прокачусь?

Я пожал плечами – мол, если хочешь…

Корм легко запрыгнул на жеребца и сначала рысью, а потом галопом исчез среди деревьев. Прошло минут десять, в душе стала подниматься тревога.

– Думаешь, вернется? – равнодушно спросил Клоп.

Не одного меня посетили нехорошие мысли.

– Если бы хотел, ночью бы уехал и мечи прихватил.

– Так они и сейчас у него. – Клоп, сорвав травинку, сунул ее в рот.

Его спокойствие передалось и мне.

– Значит, вдвоем пойдем.

Наши опасения оказались напрасны, Чустам появился на разгоряченном коне спустя пару минут. Не знаю, как он умудрился на галопе не потерять седельные сумки, перекинутые через круп…

– Держите. – К нам подошел Ларк с перевязанным травой пакетом из небольших листьев – местная вакуумная упаковка для жареной рыбы. – Толикам сказал, что кувшин под елочкой.

Елочка в округе была одна, так что мы поняли.

– А сам он чего не пошел провожать?

– Сказал, что вы не девки и ему есть чем заняться.

Толикам маниакально пытался проделать топором дыру в двери.

– Ну да, в роли жен у нас вы. Давай, Хромой. – Корм сцепил пальцы в замок.

Я, опираясь ногой на эту импровизированную ступеньку, довольно грациозно, в смысле не брюхом на широкую спину, залез на Звезданутого.

– Передай умнице, мужики скоро вернутся, и в щечку чмокни. – Чустам, взяв под уздцы жеребца, пошел в сторону дороги.

– Какие у вас нежности, – подначил Клоп.

Я повернулся и помахал рукой Ларку.

Мы уже отошли метров на сто, когда Клоп остановился:

– Кувшин!

Пришлось разворачиваться.

Гадость эту сложили в седельные, нарушив все равновесие, созданное кормом. Меня близость кувшина особо не радовала – не факт, что мы смогли плотно заколотить обратно пробку.

Шли вдоль реки. Поскольку фляг у нас не было, а солнце припекало, было принято решение от воды пока не отдаляться. Лето! Запах зелени. Игривое солнце изредка бросало слепящий луч сквозь облака еще нежно-зеленых листьев. Сказка, а не дорога.

Целый день стучать мягким местом о позвоночник жеребца занятие не самое приятное, я это понял еще в прошлый раз. Изредка я менялся то с кормом, то с Клопом, разминая потянутые мышцы. А тянулись они неслабо. Я уже и ноги поджимал, и на спину Звезданутому ложился… Чустам с Клопом только ухмылялись. Когда я спешивался, скорость передвижения, конечно, падала. Но мы, собственно, и не торопились особо. Раза три останавливались отдохнуть. Блаженство-о-о. Кайф – просто растянуться на земле и дать отдохнуть мышцам спины. Вот никогда бы не подумал, что при езде на лошади спина тоже устает. Не сильно, но, когда ложишься на землю, чувствуешь, что спина была в напряжении.

Где-то посередине дороги посетило смутное беспокойство. Вот бывает, сидишь где-нибудь в кафе и затылком ощущаешь, что тебя изучают. Сейчас я чувствовал нечто подобное, только в кафе это были обычно девушки, и самое страшное, что меня могло ожидать, – девушка окажется не в моем вкусе. А здесь…

– Ты чего вертишься? – спросил Клоп.

– Да так. – Ну не признаваться же в непонятном страхе.

Спустя минут пятнадцать ощущение исчезло. К мосту подъехали в сумерках. В кусты поставили верши и, отдохнув, двинулись вдоль дороги в поисках уставших путников.