Чтение онлайн

— Вот потому мне и не может быть неприятно, Лина. Я чувствую, что ты испытываешь, слышу твои стоны, а значит, чувствую это в себе самом! Но я не стал бы так поступать, с… другой. Вы мне нравитесь, вы такие юные, такие красивые! Я сам себе завидую и сам себя ревную!

— Ох, Дар! — она обняла меня за шею и прервала мой страстный монолог поцелуем.

Я потихоньку ласкал ее, и приятная истома, которой я был охвачен, начала уступать место новому подъему. Элина, ощутив, как я вновь прихожу в возбуждение, с легким упреком произнесла:

— Хороший мой… Нет, Дар, мне нельзя сегодня! Потерпи… Потерпишь, родной мой?

— Да! — ответил я ей, целуя ее в мочку уха. Она покорно склонила голову вниз, но я не позволил ей большего.

— Спасибо, милая! Не нужно. Пусть, это будет началом. Я совсем не желаю, чтобы ты чувствовала отвращение. Я дождусь, когда ты сама захочешь повторить…

Она благодарно улыбнулась и устроилась на моих коленях. Я положил свою ладонь на ее голову и стал гладить шелковые волосы, разлетевшиеся копной по всему нашему ложу. Над головами в просвете деревьев мерцала луна, чуть слышно шумели листья — девушка притихла и вскоре уснула. А я… Я смотрел на ночное небо и не знал, какие молитвы и какие слова должен произнести для него, в благодарность за то счастье, какое получил. И заслуживал ли я его?

Остаток ночи пролетел незаметно. Я так и не сомкнул глаз, лаская разнежившуюся Элину. Усталости не ощущалась — действие озера и чудесных источников зарядило меня просто неимоверной энергией…

Едва сквозь темные деревья стали пробиваться слабые просветы, рано проснувшийся Чага стал всех поднимать.

— Если хотите засветло вернуться на эти холмы, нужно спешить. До орешника где-то с пару часов хода, по ущелью.

Собрались быстро. Наскоро перекусив и затоптав остатки костра, выдвинулись в дорогу. Чага шел первым, затем Шейла, Элина и Зорька. Чуть поодаль — я и Ната, обсуждавшие промеж собой вчерашний разговор о лебеде, и потому мало обращающие внимания на красоты, которые нас окружали. Следом шла Дина и подле нее наш пес, а замыкали отряд Сова и Чер.

— Странно, что до сих пор никто не видел полей с рожью, или той же пшеницей…

— Ты об озимых? А то, что все пашни были перевернуты верх дном, учитываешь? Плюс, нет ни единой культуры, которая осталась прежней… Может, мы и видели — да только не узнали.

Ната согласилась:

— Возможно. Хотя, различие в травах куда меньше бросается в глаза, чем в деревьях или тех же кустарниках.

— Не скажи. Мха здесь никогда не росло, травы в рост человека — тоже. Попробуй, угадай среди всего этого столпотворения нужный тебе злак.

— А хотелось бы…

— Зачем? — я даже остановился. — Поле не обработать, никаких рук не хватит этот сорняк выкорчевать. Да и если каким чудом вспашешь — где гарантия, что оно вновь не покроется травой, у которой, как мне кажется, выживаемость куда выше прежней!

— А поле и не потребуется! — парировала Ната. — Если все такое большое, то и культурные растения могут оказаться не меньше. И тогда, с одного стебля можно будет собрать столько семян, сколько раньше с целого участка. Я не права?

— Допустим. — Я не собирался сдаваться. — Найдем. Посадим. Возможно, даже вырастим. А смысл?

— Ты что, Дар? — теперь остановилась сама Ната. — Ты что, не понимаешь? Звери не вырастают за пару дней, и хранить мясо, как прежде, в холодильниках, уже никогда не получится — у нас просто нет такой возможности. А если придет зима? Что люди станут есть?

— Утопия. — Я вернул ее на тропу. — Ты даже не представляешь, сколько понадобится труда, и каков может оказаться результат. Что, если то, что мы найдем и посадим, даст совсем не те растения, которые мы будем ждать?

— Значит, нужно искать не прерии. И не среди того, что уже выросло. У нас осталось несколько пакетов с крупами…

— Это трогать нельзя.

— Это пропадет раньше, чем понадобится. — Ната сердито нахмурилась. — Мы пока не голодаем, и можем себя обеспечить без того, чтобы лишний раз сварить кашу. Подумай…

Черноноги не ошиблись — большие деревья, усеянные коричневыми плодами, росли между двумя большими скалами. Где-то, совсем рядом, слышались перекаты стремительной горной речки — Серпантинки. Сова достал пару мешков для себя и своих женщин. Я тоже принял из рук Наты мешок, и мы, не отходя далеко, друг от друга, принялись собирать дары леса.

Орехи лежали вповалку: крупные, спелые, усеявшие землю вокруг деревьев сплошным ковром. Как оказалось, мы не одни желали полакомиться этим богатством — на стволах резво перемещались странные существа, чем-то напоминающие белок, а на земле виднелись различные следы животных. Чер, внимательно посмотрев, заявил, что опасаться нечего — среди следов не встретилось ни одного, чьи мы могли приписать к крупным хищникам. Большая часть орехов лежала выше, там, где протекала река. Шум стал еще сильнее — близкая Серпантинка, устремляя свои воды сложной и извилистой дорогой на равнины, прыгала по камням ущелья, заглушая все сторонние звуки. Увлекшись легким сбором, все постепенно стали разбредаться по сторонам… Ната устремилась вперед, разговаривая с Зорькой. Братья и Шейла поднялись на пригорок, а я остался в низине, довольствуясь тем, что находил под ногами.

Странное дело… У меня не выходило из головы наше ночное приключение. До сих пор, отмахав не один подъем и спуск по камням, я ощущал едва сдерживаемое желание. Желание, присущее здоровому и изголодавшемуся по женщине, мужику. Жаловаться на болезнь не приходилось, голодным (в этом смысле!), я бы себя считать не мог. Даже в самые неприятные моменты наших размолвок, Ната, чья врожденная способность разруливать все конфликты, всегда отбрасывала прочь сомнения и ложилась со мной в одну постель, какой бы сильной не могла быть предшествующая ссора. После появления Элины и всех последующих событий, пожаловаться на отсутствие такого внимания было бы просто неуместно. Мне вполне хватало моих девушек! И я надеялся, что и им, тоже.

Но сейчас, хоть после купания в ледяной воде озера и прошло несколько часов, я все еще ощущал действие этой воды на свой организм. И, даже некоторую досаду! Мне казалось, что, обладай я девушкой обычным образом — и, кто знает? — последствия могли оказаться совсем уж необычными. Вроде наступившей беременности…

Покачав головой, я отмахнулся от мыслей — какая еще беременность? С чего? Нет, Дар… Собирай орехи, да поглядывай по сторонам — местность незнакомая и расслабляться не стоит. И, похоже, я взволновался не зря! Мешок был наполнен почти полностью, когда я всей кожей ощутил тревогу… Что-то кольнуло в грудь, внезапное, давно не испытываемое чувство опасности, заставило остановиться и оглядеться по сторонам. Угар, беспечно бегающий между деревьев, тоже встал как вкопанный и задрал свою морду вверх, принюхиваясь к ветру.

— Тихо…

Элина с недоумением, а потом и испугом, посмотрела на меня.

— Ната! Зорька! Вернитесь!

Девушки оглянулись. Угар глухо зарычал, не сводя глаз с густого кустарника впереди нас. Я ощутил, как пот холодными струйками начинает стекать по моей спине — там кто-то был! Кто-то, очень большой и сильный! И мое чувство оказалось слишком верным…

Раздался жуткий рык, треск раздвигаемых ветвей. Я инстинктивно сделал шаг назад, выхватывая из колчана стрелу…

— Назад! Копье!