Чтение онлайн

Он глухо произнес:

— Никогда нам ничего не забудут…

— А ты не жалуйся. Есть, что помнить. А был ты при этом, или нет — разбираться не станут. Ты сколько лет прожил?

— Тридцать отмахал… и три года — только не на печке.

— Значит, что-то и повидал… За что тебя любить должны? За то, что людей грабил?

— Я на гоп-стоп никого не брал. У меня профессия рангом повыше!

— Я помню. Только, в иерархии вашей, я как-то слабоват… По мне — вор и есть вор. Что тот, кто в форточки лазит, что с кастетом в подъезде стоит.

— Ну и зря… — он сплюнул в сторону. — Разбирался бы, глядишь, и крови столько не пролилось. А разница есть!

— Все, хватит из пустого в порожнее переливать. Иди домой — и передай мои слова. Вашу проблему решим. Дай только малость в себя после смерча прийти. Если хочешь — можете со своим дружком у нас отдохнуть, а завтра, поутру, и в дорогу…

— Нет… Мне не резон, светится лишний раз. У тебя народу прибавилось, а там многие — из поселков, где Сыч всех мужиков под корень вывел.

— Как хочешь. Мы теперь быстро ходим… На пхаях.

— Что?! — изумление Змея было неподдельным.

— Да. Уже с десяток лошадок имеется. И еще будут — Чер с их помощью приведет. В форте люди на коня сядут — в любой конец долины в считанные дни домчат. Вот так вот, Змей…

Через несколько дней мы расчистили территорию и заново настелили накаты на землянках — стало полегче. Ульдэ и Волкобой без устали выслеживали животных. Благодаря пхаям, на которых они оба восседали, как влитые, удача не покидала охотников. Мясом форт был обеспечен. Лошадей, кроме нас, никто в долине не приручал — даже видевшие их в загоне пришлые только качали головой. Свирепость пхаев была всем известна, и им очень трудно стало поверить, что Чер сумел так сблизиться с этими полудикими созданиями…

Мы снова откопали колодец — и Бен, которому я велел так рассчитать его защиту от подобных явлений, на этот раз стал возводить над ним настоящую крышу. Он привлек в помощь Будду — тот, хоть и ворчал, но от работы не отлынивал, помогая инженеру по мере своих сил. Бен попытался позвать и кузнеца, но тот лишь отмахнулся…

Стопарь потерянно слонялся по всему форту — и постепенно спивался. Он ходил хмурым и грубым, постоянно, кого-нибудь, задевал, и нарывался на скандал. Я отослал его в лес с заданием нарубить партию деревьев — все равно, больше от кузнеца нет никакого проку, а там он мог выместить свою тоску на беззащитных деревьях. Вернулся он немного более спокойным — тяжелая работа на какое-то время отвлекла его от горечи недавней утраты…

Чер, получивший мое распоряжение заодно осматривать все ложбинки и расщелины в земле, следов от трупа Бугая так и не обнаружил. Любое тело, залившее своей кровью землю прерий, не могло пролежать долго — лишь краткие минуты до той поры, пока запах смерти не почувствуют вездесущие свинорылы… Похоже, что смерч унес его в сторону от трав — и швырнул в воду Синей, где шансов выжить у могучего парня вряд ли было больше, чем на земле.

Приходили охотники из долины — ураган почти не коснулся их, в основном задев только нашу сторону. Но виден был издалека — охотники рассказывали, что страшный столб заметили даже от скалистого озера, его не могли скрыть высокие деревья черного леса.

Ураган и порожденный им смерч прошелся вдоль берега Синей реки — возможно, сыграло свою роль его холодное течение и жаркое солнце на поверхности, создавшие вместе резкие перепады температуры. На фоне этого бедствия, на время был позабыт и постоянный источник тревоги — черный дым из жерла громадного холма на краю провала. Берег стал неузнаваем — смерч выворотил все близко растущие кустарники, перемешав их с песком и камнями. Заросли, в которых гнездились скопища птиц, словно слизнуло. Все было вырвано с корнем до самых камней — смерч всосал в себя всю почву.

Во множестве валялась дохлая рыба — ее вырвало из привычной стихии и швырнуло на берег, где она тщетно пыталась спастись. Теперь весь берег оказался покрыт стаями мелких и крупных падальщиков — они жадно пожирали начинавшую тухнуть рыбу, набивая свои ненасытные утробы. На берегу попадались не только речные обитатели — мы видели и массивные туши овцебыков, и изломанные останки степных косуль и джейров. В одном месте наши разведчики обнаружили наполовину засыпанную илом гребнистую спину жуткого монстра… и поспешили отойти назад. Похоже, смерч вырвал из привычной среды это страшное порождение так же легко, как вырывал могучие стволы на берегу. И теперь, убитый безжалостной стихией, монстр валялся вблизи воды, сам служа пищей для любителей мертвечины…

Возле него кипела земля — яростная возня нескольких свинорылов, буквально на глазах, расчленявших тушу, уже к ночи должна была покончить с ящером. Мы опасались нашествия крыс — трупоеды не могли не учуять запах смерти. Но к нашему облегчению, разведчики пока не встречали ни их, ни еще более страшных — Бурых… Видимо, свирепые стаи собак, постепенно отвоевывающих у волков Низины, истребили крыс на этой территории, и серые твари в основном водились на восточном берегу Змейки, вблизи болот.

Работа кипела. Я привлек к ней и клан Лешего, лично попросив главу перерожденных помочь нам в восстановлении форта. Рук хватало — и мы с Беном практически заново переустроили весь поселок, оставив нетронутыми только самые первые дома. В стройке принимали участие и гости — никто не остался равнодушным, и никто не отказывался приложить свои руки в общем деле — это был ответ на наше гостеприимство и заведенный для них же, гостевой дом… Предвидя, что население форта неминуемо увеличится, я отодвинул наружные укрепления еще на пятьдесят шагов в разные стороны. Они были образованы из врытых в землю бревен, заостренных с одной стороны и обращенных наружу. Обойти или перепрыгнуть их невозможно — таким образом, мы получили новую линию обороны от возможного врага. Форт опять становился похож на крепость, с двойным рядом стен. И новые стены были намного выше и крепче прежних. На старом месте спешно воздвигались жилые дома, собиравшиеся уже из камня, скрепленного смесью из глины и ила. Это было труднее, чем собирать их из бревен, но намного надежнее. Работа кипела. Нам одним было бы довольно сложно восстановить разрушенное — но на подмогу, неожиданно пришли в большом количестве люди прерий. Несколько бродяг-одиночек, мерявших просторы долины в своих бесконечных скитаниях, около десятка жителей озерного поселка, считавших своим долгом отплатить нам за спасение во время чумы, и почти в полном составе — далекое селение Травника, одним из последних узнавшим о нашей беде. Людей было столько, что возникла проблема с их размещением. Хорошо, хоть погода в том способствовала — дни стояли ясные и не дождливые. Силы и руки форта буквально утроились — никто не слонялся без дела, и теперь все мои замыслы могли реально воплотиться в жизнь. Стоит ли говорить, как мы были им благодарны за помощь…

Элина, у которой все месяцы беременности протекали неожиданно сложно, опять почувствовала себя плохо — и слегла. Туча, более-менее оправившаяся от потери, на время отошла от своих обязанностей кухарки, полностью посвятив себя заботам о нашей красавице. Ее опека была даже слишком плотной — Элина иной раз жаловалась мне на грозную старуху, перечить которой в таком деле, себе дороже. Туча, в конце концов, забрала девушку к себе — мол, в нашем доме покоя бедняжке не будет. Вероятно, так оно и было — поглощенный строительством, я вставал очень рано и приходил затемно, полностью занятый возведением стен, крыш, кузни и загона для скота. Ната также крутилась как белка — на ней было обеспечение форта и всего населения едой. Несколько наших охотников во главе с Ульдэ и Чером беспрестанно прочесывали окрестности в поисках добычи — прокормить такую массу народа непросто… Времени на отдых не оставалось — я гнал людей, спеша успеть закончить порядком надоевшее строительство до первого снега.

Улучив момент, я однажды зашел в землянку Стопаря. Он сам мудрил вместе с Беном над новым горном, а Туча стирала белье на реке. Элина полулежала на грубо сколоченном ложе, укрываясь одной из обработанных шкур.

— Дар! — она искренне мне обрадовалась. Наши встречи стали столь редкими, что глаза у девушки мигом увлажнились…

— Все одна и одна… Тоскливо так. Забери меня!

— Зато спокойно. У нас, сама знаешь — не протолкнутся. Двери нараспашку.

— Да, — она грустно улыбнулась. — Вот не думали мы, когда здесь решили остаться, что так будет… Было нас, всего трое — а теперь, наверное, как возле озера?

— Не считал даже. Да нет, чуть поменьше. Много гостей, а они не навсегда. Хотя… — я умолк, вспомнив про пару случаев, когда наши добровольные помощники подходили ко мне с просьбой оставить их после окончания стройки в форте.

Беременность не шла Элине. Черты лица заострились, еще больше проявились пятна на лице и шее. Немного опухли руки, а живот выпирал так, будто внутри у нее был не ребенок, а какой-то острый угол. Она проследила за моим взором и со вздохом спросила:

— Совсем подурнела, да?