Чтение онлайн

— Ты — мой муж. Чтобы ни случилось. И, знаешь… прости меня за этот скандал. Я не могу спокойно видеть любого, если у него в глазах плещется водка, или видна доза кайфа. Это сломало мне жизнь! Ты помнишь. И еще… Вначале, когда ты сейчас лежал… после всего, я достала нож. Ты был в волоске от смерти.

Она замолчала. Я сглотнул, понимая с каким трудом, она находит в себе силы — это говорить…

— Но я быстро опомнилась! И потом, подумав обо всем, догадалась, что это был не ты… вернее, ты — но не тот, которого я знаю. Все-таки, Тот день не прошел бесследно — для тебя. Ты не просто так сумел остаться жить… Помнишь, свои рассказы, как ты выжил, в Тот день? Обычный человек столько не смог бы вынести.

— Я не…

— Ты — человек! — она не позволила мне закончить. — По крайней мере — сейчас. Почему вдруг это вышло наружу — я еще попробую разобраться. Знаю точно одно — толчком могло послужить именно ваше, со Стопарем, неумеренное возлияние…

— Не только.

Настал черед удивляться Нате. Я быстро рассказал ей о попытке отравления. Потемневшие глаза девушки, ее нервные вопросы, убедили меня в том, что покушавшемуся, лучше будет не попадаться ей на глаза…

— Что ж, возможно, что это тоже… Док пичкал тебя противоядиями, а ведь он не до конца знает все их побочное действие. Могло случиться так, что именно все это и послужило причиной… Есть и второе предположение — ты, в силу своей, скажем так, исключительности… реагируешь на алкоголь именно таким образом.

— Не сходится. Я постоянно таскал с собой фляжку с коньяком — забыла? И пил из нее, при случае.

— Да, не сходится… — Ната вдруг вскинула глаза. — Но это не факт. То был коньяк, водка… а это — пойло, изготовленное Стопарем невесть из чего. Так что, пить тебе все равно — нельзя! А вот насчет фляжки… что-то в этом тоже есть. Но кто мог ее взять у тебя на виду, да еще и добавить туда змеиный яд?

Я только, молча, кивнул — убеждать, после того, что было, больше не требовалось…

— Не кори себя так сильно, — она скупо улыбнулась, видя замешательство на моем лице. — Это был ты… и даже такую боль я согласна вытерпеть. От тебя. К тому же… так было надо.

— Надо?

— Дар, ты не в состоянии понять всего. Кстати — я тоже. Но, попытаюсь объяснить… Мне нужно было это испытать. С тобой. Я столько раз тебя об этом просила… Помнишь поговорку — клин клином вышибают? Грубое сравнение. Но сейчас, как раз к месту. Ты всегда был нежен со мной… с нами. Лишь иногда — и также странно, менялся, становясь жестким и грубым. А я хотела иного…

— ?

— Да. Для того чтобы вычеркнуть те лица — твоим… и единственным. Мне было нужно — прости за откровенность — чтобы ты меня изнасиловал. Я и раньше специально провоцировала тебя, только не предполагала, что из этого может получиться. Но, пусть так… Все равно — это был ты. И, кажется, я получила то, что хотела! Можешь мне поверить — прошлое стерто окончательно. Я уверена, приступов больше не будет. Их нет больше… Никого. Единственное, что я не могла и предположить — что ты сделаешь это, в нечеловеческом облике…

Слов у меня не нашлось…

Выяснить, кто подмешал в настойку кузнеца отраву, либо мне во фляжку яд, мы не успели… Утром начался ветер — такой силы и мощи, какой был, наверное, только в Тот день. Он подул с гор, сразу очень сильно и неистово. За, каких-то, пару часов, все небо потемнело, так, что среди ясного дня стало темно, как в ночи. Мы с тревогой смотрели на горы — оттуда спускалась огромная туча. И она летела прямо на нас!

— Что это?

Сквозь крики людей я поспешно отдавал приказы:

— Стопарь! Бугай! — На скалу! Удержать мост, пока не вернутся рыболовы! Салли — найди детей и уведи их в землянку! Туча, Джен, Ната — накрыть очаг, чтобы ни одна головешка не вылетела к домам! Чер! Чер! — охотник уже сам со всех ног бежал к загону… — Бен! Помоги ему собрать стадо! Элина! Элина?

— Я здесь!

— В дом! Всем закрыть входы в свои дома! Живее!

Туча неумолимо приближалась. Пхай, с тревожным ржанием рвались в конюшне. Черноног, лучше всех разбиравшийся с ними, едва удерживал встревоженных животных от того, чтобы они мощными копытами не развалили стенку. Но пхай словно обезумели — и бились так, что у некоторых оказались рваные раны на боках и голове.

— Откройте ворота! Выпускай их прочь!

Чер не стал спорить. Он быстро перерезал ремни, удерживающие испуганных коней, и те тут же убегали в прерии, не дожидаясь остальных. На последнем, своем жеребце, держась за гриву, ускакал и сам Черноног. Он не смог отпустить прирученного им коня, на свободу…

Элина внезапно опустилась на землю. Она кривилась от боли…

— Ты что?

— Живот… Больно.

Ната подхватила ее, но сил у девушки не хватало… На помощь пришли Свистун и Клешня, а от дома гостей уже бежали девушки, пришедшие накануне. Элина опять схватилась за живот — движения мужчин и женщин, переносивших ее на шкуре, приносили ей неприятные ощущения. Туча, подумавшая, что у нашей красавицы начинаются родовые схватки, всплеснула руками и громко закричала:

— Док! Док!

Тот примчался со всеми снадобьями, но, быстро осмотрев девушку, пояснил, что тревога оказалась напрасной — у Элины был очередной приступ, связанный с тяжелым ношением ребенка в своем чреве… С той скалы, что была в воде, по мостику быстро перебирались девушки — Лада, Анна, Колибри и Ульдэ. Занятые установкой сетей с самого раннего утра, они прозевали надвигающуюся опасность. А ветер уже рвал шаткий мост — и два силача, Волос и Бугай, с трудом удерживали крепления в своих руках!

— Быстрее!

Салли подхватила под руки Зою и поискала глазами другую девочку. Карина испуганно жалась к траве, упав посередине площади

— Иди сюда! Ко мне, скорее!

Она рванулась к женщине, и та подхватила ее свободной рукой. Так, с обеими девчушками под мышкой, она бегом пересекла площадку и буквально влетела в полуземлянку гостей, не забыв захлопнуть за собой дверь. Увидев это, я только изумленно указал на нее, Нате — Салли, как всегда, становилась быстрой только в минуты наивысшей опасности!

В форт вбегали все, кто по каким-либо надобностям оказался за его стенами. Стопарь, уже стоявший возле уступа смотровой площадки, помогал спускаться Ладе и Анне — Ульдэ, быстрая как джейр, сама слетела на землю и теперь натягивала тент над очагом, рвавшийся из ее рук.

— Брось! — я понял, что эти усилия бесполезны. — Залей огонь водой!

— Лестница рвется! Не выдержит!

Стопарь подхватил побледневшую Анну и жестко указал ей на подножие скалы: — Прыгай! Живо!

Внизу Будда, Пузырь, Волкобой и Леший, случайно забредший в гости, натянули шкуру, ожидая падения девушки.

— Быстрее! Нас всех сейчас сорвет отсюда!

По земле забили первые крупные капли — начался сильнейший дождь, почти мгновенно перешедший в град. Анна — она все не решалась спрыгнуть — вскрикнула и схватилась за голову — несколько ледышек ударили ее. Стопарь толкнул ее… Анна упала спиной о натянутую шкуру и отлетела в сторону, на землю. Волкобой рванулся на помощь — он подхватил свою подругу и на руках внес ее в дом. А на канате уже висел Бугай — он был намного тяжелее девушек и решил спуститься самостоятельно. Его немилосердно раскачивало и било о камни, отчего сын кузнеца едва не сорвался. Он разжал окровавленные ладони в нескольких метрах от земли — и мы подхватили его, не дав, ударится об землю. Череп прикрыл всех куском шкуры от ударов града. Лед жестоко ударял по пальцам, но мы едва чувствовали боль — на скале оставалась насмерть перепуганная Колибри! Как так получилось, никто не понял — Бугай, спускавшийся последним, был уверен, что наверху оставался он один. Вероятно, упавшая от резких порывов ветра, девушка не сразу пришла в себя и теперь оставалась на вершине, не зная, что делать для своего спасения.