Чтение онлайн

– И что? – не понял Яков.

– Будут задержки сигнала. Ошибки в управлении. Опоздания с получением картинки, отсюда неточности в маневрах, ведении огня и сопровождении целей, – пояснил Горин. – Можно вести его по прямому каналу, между ПР и оператором, без спутника. Там, как у всех, чем ближе к источнику, тем полнее поток, но для этого километр надо до робота держать, в идеале пятьсот или триста метров, – заключил Горин.

– Так мы, получается, ждем, пока нас робот нагонит? – сделал вывод Сагитай.

– Наверное, так, – согласился Горин.

Пока внедорожники ползли по асфальтовой дороге, ожидая, когда спешивший ПР нагонит их, группа гнуса с правого фланга также продолжала движение, не пытаясь сблизиться или показать признаки агрессии. На таком расстоянии из-за бронированного стекла огромные биотанки, созданные безумием выживающего вируса в условиях смертельной радиации, не казались устрашающими. Половина корпуса в верхней его части, которая проглядывалась невооруженным глазом, благодаря расстоянию не позволяла рассмотреть деталей, а солнечная погода, большей частью желтые, хоть и полегшие от колоса и дождя хлеба давали легкомысленное ощущение безопасности. Так продолжалось минут десять, пока наконец Сагитай в зеркале заднего вида не разглядел металлические башенки поискового робота, изо всех сил спешившего на своих прорезиненных гусеницах за объектами сопровождения. Теперь автомобили увеличили скорость и на ровных участках дороги шли пятьдесят километров в час, выровняв ее с крейсерской скоростью ПР. Снова ожила рация.

– Не знаем, что происходит, но птичка показывает еще несколько растянутых отрядов в разных местах: и впереди, и с южной, и с северной сторон. Везде валдары, гражданский гнус. Альфа-гнус в каждом отряде, – раздался голос Сахарка. – У всех направление примерно в сторону Суземки, но мы успеем проскочить даже с такой скоростью. Наверное, не на нас охота идет.

– Принято, – отозвался Сагитай и задумался.

Странно это было. Допустим, гнус решил зачистить гранатометчиков, которые вмешались во время их проезда через населенный пункт. Допустим? Допустим. Тогда почему на две машины, в которых есть живые люди и которые двигались с их очевидным противником – роботом, гнус не будет обращать внимание? Потому что с ними едут мертвецы? Хм… Сагитай с сомнением потер запястьем губу. Но, с другой стороны, почему они не нападают сейчас? Опять же потому что с ними мертвецы? То есть гнус чует их за пятьсот метров и больше? Сагитай покрутил головой, отыскивая валдарнийцев справа. Они отстали, но все еще были видны.

– Хруст? – позвал Сагитай. Мертвец повернул голову в сторону водителя, давая понять, что он во внимании. – Ты этих тварей чуешь с такого расстояния? Которые справа были?

Хруст закрыл глаза и некоторое время словно слушал тишину.

– Нет, – ответил он.

– А они вас могут учуять? – спросил Сагитай.

– Танки, наверное, могут. Они мощные. Издалека щупают, – равномерно покачивая головой, словно соглашаясь сам с собой, ответил мертвец.

Сагитай снова сосредоточенно вперился в бампер впереди идущей машины. Допустим, что они чувствуют мертвецов и они для них теперь как гремучая змея в камышах. Боятся сунуться. Это значит, что информация об их опасности как-то разошлась по их кругам. Видимо, альфа-гнус в Суземках сделал выводы и предупредил остальных. За те часы, пока их не было, гнус передал информацию, а с учетом того, что у них есть командный центр, поскольку это все-таки военные, они, вместо того чтобы убегать из этого места, стягивают отдельные отряды. Зачем? Сагитай бросил взгляд в зеркало заднего вида. Позади в пятидесяти метрах держался ПР, зачехлив пулеметы, не вращая башенками, как это обычно было, когда он ехал в скан-режиме. Хруст, насколько это было возможно сказать по его лицу, сосредоточенно смотрел на Сагитая, словно слушая его мысли. Сагитай несколько секунд смотрел на его выцветшие ранее коричневые глаза и снова перевел взгляд на дорогу. Зачем гнус стягивает сюда отряды? Очевидно, чтобы разобраться со змеей. Пушечного мяса у него – весь мир. Расходного материала у него так много, что они делают из зараженных каких-то тварей, расходуя десятки, чтобы получить одну, назначением которой будут тоннели и вертикальные стены. Что для него расходы пушечного мяса в сотню-другую, чтобы понять, как убивать змею? Возможно, чтобы добыть змею живой? Ведь тогда тот командир, когда их загнали в открытом поле с Трофимом, сказал про него, что его не убьют, что его будут показывать… кому? На тот момент Сагитай не слушал особо, кому будут показывать воскресшего некробиолога. Его называли животным, имея в виду, что он не мог думать, и еще он отчетливо вызвал у альфа-гнуса чувство отвращения. Стало быть… стало быть, охота продолжается. И сейчас цель не они, не живые люди, а два мертвеца в машинах. Сержант и Хруст. Кто-то хочет добыть их и изучить? Кто? Да точно такой же безумный ученый, зараженный вирусом, которому поставили такую задачу. Черт!

Сагитай поджал губы, глаза превратились в щели. Он оглянулся через правое плечо. Коротко, но даже за этот короткий промежуток времени он успел заметить валдарнийцев, все так же катящихся на расстоянии прямой видимости справа позади по полю. Биотанки не отстают, хотя, если учесть ту скорость, с которой они шли до этого, они давно должны были отстать. Их ведут. Ведут организованно, грамотно, большими силами, постепенно стягивая кольцо. Но если они хотят взять их в Суземках, то Сахарок говорит, что хрен там плавал и ничего у них не выйдет. Но кто знает…

– Сахарок, Суземки точно проскочим? Прием, – спросил в рацию Сагитай.

– Пятнадцать километров осталось. Уже, считай, проскочили. С юга еще один отряд заходит, но не успевает. Птичка показывает. Еще один отряд на запад отдельно идет, ему как будто туда и не надо. А что? Есть соображения? Прием, – отозвался Сахарок.

Сагитай промолчал. То, что за ними катятся два валдара, это еще не конец света. Он усмехнулся этой мысли. На самом деле конец света уже наступил. Но это еще не обязательно значит, что биотанки гонятся именно за ними. В конце концов, у них есть возможность решить все вопросы несколькими пулями, всадив в них некровирус. Но, наверное, поэтому биотанки и держатся на таком расстоянии. Значит, все-таки их ведут? Или нет? Сагитай с сомнением поднес рацию ко рту, замер и отложил ее обратно. Разберемся.

Впереди угадывался спуск, в котором еще утром клубился грязно-серый туман. А вон огромная черная плешь справа, посередине которой лежат останки валдарнийского танка. Если бы было другое время, то можно было принять это за сожженные покрышки, огонь от которых разошелся равномерным кругом.

– Яков, проследи, как они по трупу своего пройдут, – негромко сказал Сагитай.

Некоторое время все, за исключением водителя, смотрели назад и направо. Биотанки без всякой реакции проехали мимо останков.

– Нормально прошли. Не задумываются, – сказал Яков.

Он понимал, что у его друга в голове крутится какая-то мысль. Но за что он также уважал Сагитая, так это за умение докапываться до мелочей. Слева по ходу движения почти возле дороги обнаружились останки другого валдарнийца. Утром они, казалось, должны были быть ближе к останкам первого, но сейчас при дневном свете они лежали как будто в другом месте. Черное пятно слева, не такое большое, метров семьдесят всего в диаметре, и ряд полос к этому пятну. Видимо, подходили, изучали.

Мелькнул указатель населенного пункта. Сагитай внутренне подобрался. Да и в машине повисла гробовая тишина. Посторонняя, холодная и бледная. Нервы противно натянулись среди поплывшего за окнами черного фона и черной поземки праха, переносимой ветром вдоль дороги. Если Сахарок просчитался, если впереди засада, то сначала встанет первая машина, а затем остановят и их. Гранатометом, препятствием, просто расстреляв колеса сбоку, где они не были защищены, как полагается, накладным диском. Жмот в очередной раз бессознательно потянулся к одному из карманов разгрузки. Надо будет узнать, что он там прячет, если постоянно тянется туда, будто проверяет, все ли на месте.

К некоторому облегчению, Суземки закончились быстро. Ни белые, ни робот не обнаружили ничего подозрительного. Еще несколько минут ходу, и поселок закончился. Потянулись тоскливые черные мертвые тополиные насаждения на выезде. Едущие в машинах облегченно вздохнули, оживились, заговорили. Жмот наконец достал то, к чему нерешительно тянулся все это время. Шоколадный батончик с орехами. Развернув его, он украдкой глянул на Сагитая, откусил половину, а только затем коротким жестом как будто предложил надкусанное водителю. Тот отрицательно покачал головой.

– Ну, что, вроде обошлось? – раздался довольный голос Сахарка в рации.

– Вроде да, – отозвался Сагитай и почувствовал, как запах шоколада и орехов дразнит голодное брюхо.

А ведь они нормально не ели со вчерашнего дня, а если посмотреть на Горина, так тот вообще как будто хронически недоедает. Он посмотрел на доедающего свой батончик сталкера и мысленно сплюнул. Вот что ему было не свойственно, так это жадность.

– Так, Яков, что скажешь? Пора бы и червячка заморить? Вон и Горина подкормить, а то без слез не взглянешь, – пошутил боец.