Чтение онлайн

Главное, изложить все так, чтобы рассказ не получился в итоге совсем непонятным, а тут попробуй еще ничего не упустить, когда дело касается настолько запутанной и давней истории.

Трев Кинриг и Остин Колдер выжидающе смотрели на него, и потому Дэрри собрался с мыслями и принялся наконец говорить.

Над головой кружилось низко нависшее небо — серое, затянутое хмарной дымкой, безрадостное, будто отродясь не видевшее солнца. Гарет стоял перед призрачным престолом, на котором восседал былой и, возможно, будущий король Регеда, а рядом стояли две женщины, благодаря которым он до сих пор оставался в живых — мать, которой он больше не верил, и Анвин, не доверять которой он больше не мог. На лице Анвин, стоило ему поклясться королю Дунстану в верности, проступило немалое облегчение, что же касается леди Элены… О, по ее вуали все равно ничего нельзя было толком понять.

— Хорошее решение, мой мальчик, — проронил государь. — Весьма разумное, я бы сказал. Тебе не придется о нем пожалеть.

— Я не отступлюсь от данной присяги, ваше величество. Я целиком в вашей власти.

— Что же, прекрасно, — Дунстан задумчиво провел тонкими пальцами по левой щеке, — тогда нам следует хорошо подготовиться. Твой дядя пытался, используя доставшуюся ему флейту Мирддина, подчинить меня своей воле и не сумел, как не справился он и с твоей матерью. Флейта Клэг могуча, однако человек, наделенный сильной волей, способен перебороть ее чары. До недавнего времени я располагал двором, свитой и войсками — Айдан Бирн отнял у меня их всех, поработив при помощи чар.

— Ваши войска, — проронила леди Элена, — творили разорение и смуту на землях Регеда, мой король. И простолюдины в хижинах, и лорды в своих высоких башнях — все они в равной степени дрожат по ночам, ожидая, не придет ли к ним оборотень с лицом умершего отца или друга, желая выпить их жизнь.

Дунстан слегка улыбнулся:

— Издержки, накладываемые на всех текущим бедственным положением. Когда мы изничтожим границу миров, в них больше не останется потребности. Запас жизненной силы, — пояснил он, заметив недоумение, проступившее на лице Гарета, — имеющийся у любого из нас, преступившего свою смерть — велик, но вовсе не беспределен. Источая его, мы сделаемся бесплотными призраками… что прямо сейчас происходит с вами, леди Элена… а потом и вовсе растворимся во тьме, объединяясь с нею вовек. Именно поэтому я сижу здесь, сохраняя свои силы неисчерпанными, а не трачу их бездумно, как поступают некоторые.

— Это что получается, — спросила Анвин с испугом, — я могу сделаться такой же, как леди Крейтон?

— Можешь, но не сделаешься. Не беспокойся, дитя. На первое время я немного поддержал тебя своей силой. Дальше, когда мы исполним задуманное, никакая особенная поддержка не понадобится вовсе. Когда мы восстановим клинок и чашу, когда ты сыграешь на флейте, Гарет поднимет меч, а я выпью из Фуахд, тогда незримый поток, пронзающий мир смертных и наполняющий его жизнью, коснется и нас, неживых, напитывая своей мощью. Вы, леди Элена, вновь обретете лицо… а нам с тобой, милая Анвин, не придется больше осторожничать, сберегая у нас оставшееся.

— Но это не объясняет, почему вы напали на Регед, — сказал Гарет.

— О чем ты, мой мальчик? — Дунстан изобразил недоумение. — Я никогда не нападал на по праву принадлежащее мне королевство. Я позволил своим солдатам собирать кровавую дань на его землях, это верно. Но что мне еще оставалось, позволить растаять серым пеплом своей армии, остаться тут одному? Каждый из служивших мне — преодолевший порог смерти, как и я сам, и я бы не сумел напитать энергией их всех, как подпитываю дорогую Анвин. Я позволил им искать силу на стороне, в мире живых… а где найти ее больше, нежели у смертных, чье сердце еще бьется, чья кровь невозбранно течет? Убивая живых, они продлевают свое бытие.

— Как упыри из легенд, — вырвалось у Гарета.

Король поморщился:

— Грубоватое сравнение… но да, как упыри из легенд. Я вижу на твоем лице смятение, Гарет. Не беспокойся — названная мной мера всегда являлась лишь временной. Я не мог позволить себе лишиться верных вассалов, потому и позволил им это. Очень скоро мы исправим былые ошибки — и у них пропадет надобность убивать, дабы жить. К несчастью, сейчас Айдан забрал у меня мое войско, и мне неведомо, что он собирается с ним делать. Ты должен отнять у него флейту.

— Я сделаю, что прикажет мне государь, — Гарет изобразил светский поклон.

Несмотря на произнесенные им учтивые слова, на самом деле юный лорд Крейтон испытал в тот момент немалую растерянность. Сказанное Дунстаном удивляло. Значит, по мнению короля, ему, почти не имеющему настоящего боевого опыта и лишь частично прошедшего обучение волшебству, предстоит противостоять одному из самых опытных колдунов в королевстве, завладевшему вдобавок магическим талисманом, дарующим ему власть над армией мертвецов?

— Я вижу твои сомнения, — проговорил повелитель Регеда.

— В самом деле? — Гарет надеялся, что его голос прозвучал безразлично.

— Конечно. Это написано у тебя на лице. Не беспокойся — Айдан силен, но вовсе не всесилен, и на него найдется управа. К тому же, компанию тебе составит Анвин, которую я поддержу на расстоянии. Я постараюсь ослабить используемую им магию, так, чтобы флейта, на которой он станет играть, не успела исторгнуть ваши души, но действовать вам придется все равно быстро. Разите клинками — боец он серьезный, но и над таким возможно одержать верх. Айдан неуязвим в своем особняке, а значит, вы должны устроить засаду или выманить его наружу, на городские улицы. Удар мечом в толпе или меткий выстрел из арбалета решат дело… Ты же умеешь стрелять, лорд Крейтон?

— Разумеется, ваше величество.

— Хорошо. Рад слышать, что твое обучение не прошло впустую. Как именно заманить мастера Бирна в ловушку, мы придумаем позже, а пока тебе следует отдохнуть. Вижу, ты едва стоишь на ногах. Анвин проводит тебя в подходящие для сна покои. Надеюсь, — Дунстан поглядел на неподвижно застывшую рядом леди Элену, — госпожа Крейтон не откажет нам в помощи и также поспособствует победе над своим своевольным кузеном.

Та положила ладонь на рукоять сабли:

— Вам известно, государь, какого мнения я обо всех ваших замыслах.

— Известно, спору нет, — голос короля сделался обманчиво-мягким, — однако сейчас мы в первую очередь должны остановить мастера Бирна и отнять у него талисман Древних. Одному небу известно, что он наделает, покуда флейта остается в его власти. Или тебе мало Акарсайда, в котором не осталось ни единой живой души? Не имею понятия, какие планы Айдан вынашивает, но он приносит разрушение и зло. Остановить его — наш долг, и твой в том числе.

— Меня не оставляет чувство, — откликнулась она сухо, — что помогая остановить одно чудовище, я тем самым оказываю поддержку другому, еще более страшному.

— Очаровательное проявление верноподданнических чувств, — хмыкнул король.

Дунстан не встал с кресла, даже не наклонился вперед, только лишь протянул руку — но та неожиданно странным образом вытянулась, сделавшись длиннее в три раза больше положенного. Тонкие костистые пальцы коснулись вуали, скрывавшей несуществуюшее более лицо, затем изящным движением подались вниз, обозначая линию ключиц. Элена Крейтон стояла неподвижно, лишь рука ее, сжимавшая рукоять клинка, напряженно сжалась, как заметил Гарет. Заметив это, Дунстан отнял ладонь — и его кисть немедленно укоротилась обратно, принимая положенный ей вид.