Чтение онлайн

Вот и этот учебный год пролетел. Сдавал экзамены, на отлично, и началась практика в одной из столичных больниц. Я ответственно к этому отнесся, хотя меня за операционной закрепили. И еще, я неплохо продвинулся в медицинских науках, освоил базис по боевой и бытовой магии, на уровень старшего ученика по направлению лекаря и артефактора вышел. Мне есть чем гордиться. И записался в группу дальнейшего обучения в качестве участкового терапевта. Марина тоже неплохо отстрелялась и готовилась к практике. Причем никто из ее подруг под отсев не попал, хотя такое бывает. Когда медицина это не твое. Учились упорно.

Из того, что произошло, «мерс» я продал, да через криминал, и ушел он на Кавказ, после чего украл с площадки готовых автомобилей «Москвич-400», приятного такого голубого цвета. Я уже знал, где есть такой автомобиль, в какой организации, и сделал копию документов. В исполкоме такой служебный автомобиль был. Теперь есть настоящий и близнец. Катаюсь на близнеце. Ну когда мне нужно. После практики на Дальний не полетел, все три недели провел у родных в Вологде. Китаянки в перстне, родным я их не показывал, хотя об их существовании знали, думали, что в Москве остались. Сами девчата серьезно налегли на кулинарию, учатся они два года. Еще год и будут готовыми специалистами. Уже сейчас радуют разными блюдами. Припасы я выдаю, а излишки готового убираю в личное хранилище. Делаю запасы готовой еды. Очень вкусной. Хорошо год пролетел. Студенческая жизнь мне нравилась. На третьем курсе уже по специальности начали обучать, и довольно плотно. Я учился так же, как и два первых года. Брал то, что мне интересно, остальное в память нейросети. Марина тоже училась. А вот наша младшая, изучив книги и учебники по медицине, отказалась от нее. Ну не ее это. Учительницей мечтает стать. Ну, это как хочет.

Третий учебный год тоже пролетел, как и четвертый, а вот на пятом меня тормознули. Я бы сказал, за руку схватили в одном не самом приятном уголовном деле, но это будет сказано слишком прямолинейно. Милиция вскрыла мой сарай, он же на меня оформлен, а там многое из того, что числится в розыске. Из ограбленных квартир, магазинов и тому подобного. Это все из дома тех налетчиков, где я еще «мерседес» взял. Причем вскрыли без меня, с понятыми. Задержали меня. Благо у меня был свой адвокат, тот маклер, и я сообщил следователю прокуратуры, что знать не знаю, что там хранится, потому как у меня сарай тот арендовали. Уже три года как. Нет, никаких расписок не было, все на словах. Платили за год вперед, и я не интересовался, что там делают. В общем, на следующий день выпустили, ко мне действительно зацепиться не смогли, но бумагу в деканат отправили, а там взяли и задним числом отчислили меня. Это как вообще? Кто отдал приказ – я выяснил, и декан пропал, тело уже никогда не найдут, взбесил он меня. Дальше подал прошение восстановить, подтвердив, что у милиции ко мне претензий нет, и с некоторым трудом восстановили. Две недели занятий пропустил. Ничего, наверстал, но все равно неприятно было. И китаянок в перстне уже какую неделю держу. Убрал до начала обысков в квартире, чтобы вопросов не было. Наконец череда экзаменов, дипломный проект, я выбрал такое пока еще плохо изученное направление, как язва. Ее не лечат, не умеют, просто понижают кислотность и ждут нового рецидива. Страдает ею пятнадцать процентов населения планеты.

Тут стоит немного отвлечься. Я еще в первой жизни смотрел развивающую передачу, кажется, в две тысячи одиннадцатом в Англии, и там описали, как два австралийца в восьмидесятых нашли бактерии в желудочной кислоте и вывели их. Так и научились лечить язву. Сейчас же больные язвой это постоянные пациенты больниц. Часто ложатся. Если бы не нейросеть, не вспомнил бы, а так заново просмотрел память, все толково было описано, и написал дипломную работу, передав ее своему куратору, к слову, профессору-микробиологу. Впрочем, тот ее довольно жестко раскритиковал, говоря, что бактерии в кислоте не живут, но принял. Этого хватило, чтобы, сдав экзамены, выпуститься из нашего родного вуза уже дипломированным специалистом. Вообще насчет язвы я не особо хотел приписывать себе это открытие. Если бы профессор занялся, нобелевку бы получил, но раз нет, так нет. Как хочет.

Я же двадцать первого июня пятьдесят первого года с остальными сокурсниками отлично отметил получение диплома, мы на природе отдыхали, я впервые китаянок привел, в их национальных одеяниях, произведя фурор. Кто языком трепал, того я уже вычислил и укротил, и слухи стихли, а тут, оказывается, что я действительно жил с двумя девчатами. Между прочим, они свой срок отработали. А выбрали заграницу. Как ни крути, Союз их не устроил, менталитет другой. Капиталистки они, если проще. Свое это свое. Да я такой же, не удивлен. Английский те освоили на высоком уровне, легкий акцент присутствовал, но не более, так что после того, как я получу направление, это завтра деканат нужно посетить, и отправлюсь к месту работы, там дается время, вроде отпуска, перед прибытием к месту работы, а три года обязан отработать по распределению, узнаю куда меня направят. А пока отпуск, посещу заграницу, закуплю что мне надо, я уже опустошил личное хранилище, там едва двадцать тонн самого важного и нужного, и три из семи в перстне. Готовлюсь к вояжу по другим странам. Там где-нибудь и девчата останутся. Продлевать договор мы все трое не желали.

Вот сейчас лежа на траве в тени деревьев на берегу реки, поедая шашлык, грузин из нашей группы отлично его на углях приготовил, целая кастрюля, и размышлял. Вы не ослышались, я покидаю столицу. Квартира Марине осталась, она уже там живет, а я уже полгода как в общежитии прописан. Сама Марина учится на педиатра. Причины такого моего решения были. Сначала криминал мной заинтересовался, видимо утечка из милиции была по краденым вещам. А кто их украл – там знали, эти люди пропали. Наглые, подошли, нахрапом решили опросить. Зачистил, теперь и милиция на меня глаз положила, видимо отслеживала банду, и их пропажа встревожила. В общем, те телодвижения, что происходили, меня не устроили. А так свалю куда подальше, три года обязаловки поработаю, и можно будет вернуться. Там видно будет. Слежки я уже несколько месяцев не замечал, но это мало что значило. Я решение такое принял, планы закрепиться в Москве давно поменялись на противоположные. Хочу в какую-нибудь тихую местность, подальше от столичной суеты, которая, откровенно говоря, уже поднадоела. Хоть магией серьезно займусь, учеба в вузе позади, больше времени будет. Что по прописке, понятно, я не жил в общежитии, а снимал нам с китаянками квартиру, двухкомнатную. Ограничивать себя я не желал. А так отдохнули отлично. Обсуждали, кого куда. Кто-то уже получил направление, кто-то, как и я, нет. До вечера отдыхали. Тихо и мирно, буйных не было среди нас, хотя приняли на грудь хорошо. И портвейн был, и водочка, и вино. Даже самогон кто-то принес, чистый как слеза первач. Правда, до него не дошло, раньше окосели. Причем классный руководитель и куратор с еще несколькими преподавателями были с нами, пригласили их, но они раньше ушли, тогда и началась пьянка. Некоторые из новоиспеченных врачей, лето, тепло, тут переночуют, а я со своими девчатами вернулся на квартиру. На «Московиче». Я на нем за последние четыре года почти десять тысяч километров накатал. На самом деле не так и много.

Девчат я спать отправил, сам давно протрезвел, и посетил стоянку готовых автомобилей ЗМА, в этом году улучшения вышли, новая коробка передач. Вот и угнал машину, точно такую же голубенькую. А старый «Москвич» через криминал толкнул. У меня был один контакт, как раз по этой теме работал. Цену неплохую дали, так как машина с документами и ее можно легально продать. Даже опробовал новое авто по ночным улочкам города. А неплохо, понравилась та.

В деканат я зашел в десять утра. Душ уже принял, позавтракал, встали мы поздно, и вот направился к вузу. Постучавшись, я заглянул в кабинет, тут распределение и проходило, как сидевший за столом мужчина, наш завуч, сразу махнул рукой:

– А, Чижов, ты как раз вовремя. Заходи.

Я прикрыл дверь и подошел к столу. Тот не один в кабинете был. Вообще тут четыре стола, но три других пустые, а у стола завуча сидел мужчина, в таком чуть ношенном костюме, деревенского вида, с какой-то хитрецой в глазах.

– Вот, Чижов, Павел Александрович Стояльцев. Председатель лесхоза. У них вырубка, село строится, сам понимаешь, производствам нужно дерево, а кроме сельского фельдшера, врачей нет, а тот не тянет.

– А где лесхоз? – спросил я.

Оба как по команде скривились, но председатель все же подал голос:

– На Урале. Рядом с Сыктывкаром.

– Как там с охотой?

– Шикарная, – оживился тот, явно сам будучи любителем.

– Уже заинтересовали. Что с больницей и оборудованием?

– Медикаменты и изба медпункта, – пожал тот плечами. – Но мы построим больницу, в один этаж, и дом для врача.

– Нормально. Для трехлетней практики самое то. Когда сам ведешь диагностику, а не с помощью оборудования, без этих костылей, опыт растет быстрее.

– Ну вот, хоть один нормальный врач, – повернулся Стояльцев к завучу. – А то далеко, медицинского оборудования и персонала нет.

– А вы что, выбирать давали? – удивился я.

Обычно предписание в зубы и иди работать. Пояснил мне снова председатель:

– Не едут к нам, сам уговаривать приехал столичного специалиста. Силой брать тоже не хочу. Зачем мне тот, кто будет работать спустя рукава?

– Это да. Ну я согласен, оформляйте.

– Кстати, а я тоже не знаю, кого беру, – опомнился председатель и повернулся к заучу.

– Чижов, лучший на курсе, шел на красный диплом. Как раз дипломную работу и завалил. Научную фантастику написал. Хотя приняли, чтобы диплом дать. Знания-то его известны.

– Я предложил лечить язвы быстро и вполне успешно, я же не виноват, что в вашем вузе такие ретрограды, сколько по лбу не стучи, не достучишься.

– А что, правда язву лечить можно? – заинтересовался Стояльцев.

– Да, – ответил я.

– Конечно же нет, – ответил завуч. – Это невозможно.

Стояльцев посмотрел на меня, потом на завуча, снова на меня и кивнул: