Чтение онлайн

— Я не могу ничего поделать, — монотонно отозвался Рейн, который, казалось, дрейфовал где-то на самом дне собственных мыслей.

— Не можешь или не хочешь? — почти прорычал Трэй. — Разделяй понятия и говори со мной честно.

— Это меньшее из зол, — скупо сказал мужчина спустя некоторое время.

— То есть ты позволишь этому произойти? — прищурившись, спросил Трэй.

— Слишком поздно что-либо менять. Если я сейчас вмешаюсь, то это будет равносильно тому, чтобы отрубить голову собственной матери и отдать ее тело на растерзание голодным сцимам. Ты знаешь это как никто другой.

— Хочешь сказать, что тебе нечем прижать ни одного из них или ты не хочешь этого делать?

— Я не хочу делать это именно сейчас, — выделив последние два слова, сказал Рейн. — Не смотри на меня так и не смей судить меня, — сквозь зубы процедил мужчина. — Главная беда не там, — указал он пальцем по направлению к резиденции Дриэлл, — а там! — горячо взмахнул он рукой в сторону пограничья. — Если беда придет оттуда, умрет не шесть младенцев, а тысячи тысяч детей, матерей и мужей моей страны! И если надо пожертвовать меньшим во спасение большинства, я не стану раздумывать над этим ни секунды дольше, чем то требуется! И перестань взывать к моей совести, для аланита моего происхождения это роскошь! Ты хотя бы представляешь, в каком состоянии наша армия сейчас? Мы точно разжиревшие поросята, которые привыкли жрать, спать и отнимать похлебку у тех, кто слабее. Нам не устоять — и, в отличие от тебя, я это вижу предельно ясно.

Некоторое время Трэй молчал. Он глубоко дышал, пытаясь совладать с собственной яростью, и старался не смотреть на Рейна. Он сам занимал не последнее место в своей стае, он знал, что такое интриги, и понимал, о чем сейчас говорил Рейн. Но… это было тем, с чем его зверь не желал мириться.

— Знаешь, как говорил мой отец, — тихо сказал он, — уступая в малом, ты признаешь себя слабаком.

Рейн лишь беззвучно усмехнулся и глубоко вздохнул.

— К сожалению, именно себе я остаюсь верен.

Горизонт позолотили солнечные лучи, ознаменовав приход нового дня, а двое мужчин стояли бок о бок, давая друг другу время осознать и принять услышанное. Лишь ветер шептал, тревожа ковыль у их ног, успокаивая и усмиряя гнев и позволяя двум мужчинам отодвинуть не нужные никому эмоции.

— Зачем ты позвал меня? — наконец заговорил Трэй. — Не думаю, что перед тем, как совершить грех, ты любишь исповедоваться? Да и я мало похож на жрицу Лурес.

— Мне нужна твоя помощь, — просто пожав плечами, сказал Рейн.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся Трэй. — Видишь ли, я немного занят, оберегая границы империи, в которую ты не веришь, — ядовито заметил оборотень.

— Хм, ну так мне она нужна и не прямо сейчас… — пожал плечами Рейн. — Твой отряд войдет в охрану Императора, так ведь?

— Это закрытая информация, — монотонно ответил Трэй.

— Очень смешно, — кивнул Рейн, подходя ближе к мужчине. — Ничего особенного я у тебя не попрошу, Трэй, но, пожалуй, ты должен со мной согласиться, что, как только граница будет восстановлена, этот снежный ком по использованию сначала человеческой, а потом, возможно, и энергии себе подобных будет уже не остановить?

— Оборотни не могут восстать против Императора, ты же знаешь это? Эти поводки нам не обойти.

— Вам и не надо, — пожал плечами Рейн, — могу я.

Была стылая темная ночь, но я сидела у огня, и это кое-как согревало меня. Хотя я и не могла разглядеть ничего, кроме того крошечного пятачка, который выхватывало из тьмы пламя чахлого костерка, что мне удалось развести, мне почему-то казалось, что я парю где-то в пустоте. Точно вокруг нет ни деревьев, ни скал, ни чего-нибудь еще, что могло бы подсказать, где я. Лишь тьма вокруг и неровное пламя огня.

Я притянула колени к груди и просто смотрела на этот крошечный огонек. Мне было холодно и одиноко.

Неожиданно у самого пламени возникло тонкое девичье запястье, которое сжимало в руке палку. Эта самая палка тотчас устремилась в огонь, отчего пламя тут же выросло, яростно поедая подношение, а я смогла разглядеть девушку, что сидела напротив меня, зеркально повторяя мою позу.

— Айрин, — прошептала я.

Девушка подняла взгляд своих странных белесых глаз и прямо посмотрела на меня. Она улыбнулась и кивнула, точно говоря: «Ну конечно, кто же еще».

— Ты… умерла?

Айрин усмехнулась, покачав головой.

— Все время спрашиваешь одно и то же, будто не знаешь, — хитро прищурившись, сказала она.

— Не могу привыкнуть, — просто сказала я.

— Не привыкай, — вновь пожала она плечами и замолчала на какое-то время. — Ты молодец, — вновь заговорила она, смотря прямо перед собой. — Ты знаешь, сегодня я впервые дышала за столько лет. Оказывается, это здорово.

— Что?

— Дышать, — улыбнулась она, посмотрев мне в глаза. — Не бойся меня… нас, — вдруг перешла на шепот она. — Отец велел не говорить тебе. Он хочет, чтобы ты сама выбирала, а я хочу, чтобы моя девочка не боялась. Ты же помнишь? Ты дочь, которой у меня никогда не было. Ты сестра, которую я нашла сама. Ты друг, ближе которого у меня никого нет. Помнишь ведь?

Я лишь кивнула, пытаясь сдержать слезы, которые против воли скользили по моим щекам.

— Тогда не бойся нас, — сказала она, кинув в огонь еще одну палку, отчего пламя вновь стало шире, а я вдруг поняла, что нас вовсе не двое сидит вокруг этого огня. Они все были здесь, смотрели на меня, точно вторя ее словам, а по моей коже бежали мурашки от тех ощущений, что сейчас на меня нахлынули.

— Вставай, моя Соль, тебе пора, — вдруг сказала она, а я точно по команде распахнула глаза.

Я все еще сидела на полу в мертвецкой. Мое сердце бешено стучало в груди, и еще некоторое время я не могла понять ни где я, ни что со мной произошло. Сон такой реальный. Лицо Айрин… не изуродованная маска, которая так часто виделась мне в моих кошмарах. Она приснилась мне такой, какой я ее помнила. Такая живая. Столь непостижимо реальная. Потерев глаза, чтобы прийти в себя, я обнаружила, что мои щеки влажные, точно я и впрямь плакала во сне.

— Вот дрын ядреный, — выругалась я, — нашла время.

И только в этот момент я поняла, что что-то не так. К месту, где я находилась, кто-то приближался. По моим ощущениям, их было двое, и они подошли уже совсем близко. Со сна я невольно заметалась, пытаясь сообразить, куда лучше спрятаться, и это отняло у меня ту малую толику времени, которой я располагала.

— Так, дальше сам, — раздалось с той стороны двери, а я буквально влипла в стену за холодильной установкой. — Как закончишь, пойдешь вместе с патрулем — надо прочесать территорию. Не найдем следов — нам… — далее шел отборный мат, который по своему содержанию не предвещал ничего хорошего говорившим. — Понял?