Чтение онлайн

– Адам. Ты же считаешь себя его другом…

– Да!
– он твердо встретил мой взгляд.
– Поэтому и молчу. Нельзя, понимаешь, нельзя говорить о таком без прямого разрешения. Пусть расскажет сам. Это будет честно. И по отношению к нему, и по отношению к тебе.

Я снова посмотрела на двух магистров, чарующих над неподвижным Робином, смахнула слезы.

– Это опасно?

?дам потряс головой:

– Нет. Это очень больно. Очень.

– Поэтому он меня отослал?
– я шмыгнула носом.

– Не только, - вздохнул Адам.
– Пожалуйста, не расспрашивай меня. Я не тот, кто должен все тебе объяcнить.

Я всхлипнула, достала из кармана упаковку бумажных салфеток. Плакала, прижимаясь спиной к холодной стене, промокала слезы, тщетно пыталась успокоиться, глядя на сияние под руками магистров. Адам просто стоял рядом и старался в сторону террасы не смотреть.

– Попечители уже были в кабинете?
– спросил он, когда я немного пришла в себя.

Молча кивнула.

– Как отреагировали родители отчисленных?

– ?сли бы я еще знала, как они выглядят, - сипло отмахнулась я.

– Отец Свена болезненно полный, а мать Тобиаса такая жилистая блондинка.

– Оба были в восторге, - саркастично хмыкнула я.
– Особенно, когда я упомянула статут о магических расследованиях.

– Ты его знаешь? – искренне удивился Адам.

– Почти на память, - призналась я.
– Одно время мечтала стать следователем.

– Тогда хорошая угроза получилась. Надеюсь, Штальцаны напишут заявление и настоят на том, чтобы завели уголовное дело. Я очень на это надеюсь, - в его голосе сквозило сомнение.

– Думаешь, не станут?
– осторожно уточнила я.

– Боюсь, замнут. Оборотни в наши дни стараются лишнее внимание к себе не привлекать.

– Тут же такой повод хороший. Награда, высший отличительный знак Юмны. Это укрепит их позицию, - убежденно говорила я.

Адам неопределенно пожал плечами.

– Родители Тобиаса – совладельцы «Вестника». Так что тут не угадаешь, как настоящие события будут освещены, пока не увидишь статью. Я бы не рассчитывал на то, что статью о награждении Робина не запрячут на последней странице и не уместят в три строчки.

– Могут и так?
– наивные мечты о красавце-оборотне на первой странице рухнули. Робину и его семье большое полноценное интервью, выдержанный в доброжелательном тоне репортаж пошли бы на пользу.

?дам кивнул.

– Скорей всего, именно так и будет.

Я решительно сложила руки на груди:

– Как это изменить?

– Пока никак, – он покачал головой.
– Нужно переизбрать департамент. Для этого необходимо консолидировать магическое сообщество Европы. Первый шаг к этому – открытие школ. Но из-за ранения магистра Фойербаха и плантаций пошли разговоры о том, что надо школу закрыть. Хотя бы временно, пока не закончится расследование.

Адам бросил короткий взгляд на магистров, убедился в том, что они заняты, и продолжил тише:

– На следствие давят. Давят сильно, чтобы закрыли школу. Давят на отца Робина, обвиняя в пристрастности. Там все сложно. Ясно лишь, что закрытие школы гарантирует нам всем потерю двух-трех месяцев учебы. И это в выпускной год!
– подчеркнул ?дам. – Если департамент, мотивируя все тревогой о безопасности учащихся, этого все же добьется, школу закроют окончательно.

– И что тогда?
– я постаралась рассуждать умозрительно, отрешившись от эмоций. ?собенно от злости, из-за которой сxодило с ума сердце, на язык просились ругательства, а руки покалывало магией.

– Тогда придется уезжать в другие школы учиться. Ирландия, Россия, Канада, Египет, Китай, Индия примут учеников из Европы. Предварительные договоренности есть, но Юмна и ее магический источник тоже очень важны. Без нас они крайне уязвимы.

– И в чем проявляется эта уязвимость?
– уточнила я.

Адам напрягся, натянуто улыбнулся.

– В нестабильности фона, конечно же. Но это можно нивелировать.

– Ну да, - недоверчиво хмыкнула я.

Он промолчал, только кивнул с прежней улыбкой на тонких губах.

– Ты проболтался, я уже поняла. Не бойся, буду молчать.

– Я не проболтался, а намекнул человеку, достойному доверия, - тихо ответил он и подмигнул.
– Я не всегда могу сказать прямо, но уверен, ты найдешь информацию. Время терпит.

– Ты меня заинтриговал, - признала я.

– Надеюсь, - прозвучало удивительно серьезно.

Магистры закончили чаровать, помогли Робину подняться и сесть за стол. Декан целителей не зря уговаривал Робина пойти в больничное крыло. Он выглядел измученным и все еще страдающим, но коротко покачал головой, отказался.

– Нужного лекарства у вас все равно нет, – просипел он.
– Спасибо за помощь. Спасибо. К церемонии станет лучше.

– Думаю, да, - согласился магистр Донарт.
– Но побудьте здесь, я принесу зелье восстановления резерва. Не помешает.

Робин кивнул, снова поблагодарил.

– Займусь нашими отчисленными, - отрезал магистр Клиом.
– Они больше не ученики, в списках приглашенных их нет. Выпровожу из Юмны немедленно, что бы там их родители ни говорили.

– И «хорошо» за контрольную начнется с девяноста процентов?
– уточнил Адам.

– Это само собой, - кивнул целитель.

Магистры ушли, я села рядом с Робином, взяла его за руку. Адам немного постоял рядом, но решился и сел за столик. Робкий, ни к чему не обязывающий Робина шаг к примирению.

– Спасибо, что послал Лину за помощью, – тихо, но твердо поблагодарил Робин, посмотрев в глаза ?даму.

– Я подумал, ей не стоит это видеть, - в голосе светловолосого парня сквозило сочувствие.

Робин кивнул, промолчал.

– Я принесу чая с лимоном и медом? ?н ведь тоже помогает, - осторожно предложила я.

Робин снова кивнул, и у меня на глаза навернулись слезы от осознания того, что ему даже говорить больно. Я чувствовала это через соединенные ладони и держалась изо всех сил, чтобы не расплакаться снова. Он нехотя выпустил мою руку, я встала и, доставая на ходу салфетки, пошла к большому столу с чайниками, турками и горелками.

Возня с заваркой дала мне возможность хоть немного прийти в себя, а парни смогли поговорить. Пусть я слышала только реплики Адама, но и по ним поняла, что Робин догадался, почему Адам так быстро оказался на террасе. Младший Йонтах пытался защитить друга и дежурил в коридоре. Кто ж знал, что эти двое нападут сверxу?