Чтение онлайн

— На словах что сказали? — спросил я у того, ножом вскрывая конверт. Уже изучил его на предмет попыток вскрытия. Штатная процедура.

— Немедленно прорываться к своим, — пожал тот плечами.

— Ну да, — согласился я, изучая приказ, за подписью не Голикова, а начштаба фронта генерал-майора Казакова.

Командиры смотрели на меня, такая операция нами разработана, а уже и они поверили, что может получиться, хотя сил у немцев и итальянцев в городе изрядно, поэтому, когда я подошёл к керосинке и поджёг край листа, это встретили с одобрением и даже радостью. Я же укоризненно покачал головой, говоря особисту:

— Как же вы так приказ-то потеряли?

— Я?! — аж задохнулся тот от возмущения, наблюдая как я притоптал пепел.

— Ну может и я. И вообще, чего-то начальник штаба какого-то левого фронта нам приказы отдаёт? Мы за Юго-Западным числимся, вообще-то. Значит так, завтра всё по плану, начинаем в три часа дня ровно. Товарищу Гаврилову из подпольщиков, стоит вернутся в город и предупредить. Подъём всё также в десять дня. Всё, всем отбой, завтра дополним планы по операции. Да, лётчика пока также в автовзвод определить, если управлять грузовиками не умеет, санитаром в санвзвод. К самолёту не подпускать, это наша машина. Отбой.

Подъём был вовремя отбит, так что началась подготовка. Штабные активно работали, с новой информацией, то что нас командование кинуло, не порадовало, пришлось перерабатывать часть плана. Его выполнение я на себя взял, участвуют три танка, включая мой, и отделение бойцов из беглецов. У остальных всё по старому плану. В принципе особо и переделывать не надо. Тылы остаются тут в роще, охрана на зенитчиках, на опушке поставят свои молотилки, замаскировав. К двенадцати часам закончили, ещё час доводили до всех командиров, включая командиров танков и отделений, какие у них стоят задачи. В два часа рощу начали покидать трофейные грузовики с бойцами. Кстати, вернулись все разведгруппы, последняя уже после отбоя. Ещё два грузовика пригнали и трофейной формы добыли. Также доставили ценную информацию, по обороне города. Они же сообщили, что наблюдали как на территорию города входит состав с новыми самоходками «Штуг-3», двадцать штук. Были и вагоны, и две цистерны. Думаю, в вагонах снаряды, а что в цистернах итак понятно, топливо. Часа хватит подразделениям добраться до трёх лагерей, и занять там позиции. Штурмует пехота, из разведчиков и автоматчиков, у нас действительно мало людей, у танкистов свои задачи. Один взвод направил на аэродром, усилив их двумя «БТ», этой операцией комиссар командовал, задача захватить аэродром, если не уничтожив, то частично разогнав личный состав, и удерживать его до нашего прихода. Где у них пулемётные точки и зенитки, разведка выяснила, цели экипажи разобрали.

Что по мне, конечно жаль, что командование фронтом отказалось от участия в этой операции, такая обуза им не нужна, но что ж, справимся своими силами. Тем более подпольщики, сообщили, что в тюрьме, там же и гестапо в административном здании расположилось, находиться несколько советских генералов, в одиночных камерах сидят. Моя задача как раз освободить их, передать командование освобождёнными пленными, пусть берут город под контроль, а дальше прихватив свои тылы, быстро свалю, как темнеть начнёт, пока те не поняли, что происходит и без меня им будет сложнее. Впрочем, если тот состав с самоходками ещё на станции и их удастся захватить, это задача начштаба, он там командует, то это им здорово пригодится. Да, особист командует освобождением третьего лагеря. Все ручные гранаты что у нас были, ушли им. Тем, кто будет брать лагеря. У меня лично три штуки в запасе есть и всё. На этом всё. Но к счастью в батальоне собрались вполне авантюрные люди, и они только поддержали мой план. Без пятнадцати три, к этому времени разведчики в трофейной форме должны закончить резать проводную связь, и занять позиции, длинная колонна танков и несколько грузовиков покинула рощу и пыля рванула в сторону города на максимальной скорости. Мы проезжали мимо удивлённых немцев, встретили автоколонну, но не тронули, рано шум поднимать, как и крупнокалиберную зенитную батарею рядом с трассой. Там встало две «шестидесятки», нацелив на них пушки. Уничтожат, когда мы в городе будем. Или когда немцы решат опустить стволы и навести на них. В городе разделились, мы рванули по разным улочкам. Комиссар на максимальной скорости рванул вперёд по центральной улице. Ему нужно первым быть у аэродрома, вот тот и пересекал город, так просто быстрее. Кто начал первый стрелять сейчас уже и не скажешь, но как началась пальба, я тоже стал расстреливать, в основном из «ДТ», всех кого видел во вражеской форме. Кстати, гражданские мигом исчезли с улиц.

Вообще бой в городе сложная штука, столько укрытий, но не для моего сканера. Видел, что те два танка расстреляв расчёты зениток, не так и много, большинство в щелях пряталось, и орудия, по казённикам били, повреждая их, также ушли в город и начали носиться по городу расстреливая всё что видели. Серьёзных противотанковых средств тут не было и работали мои люди спокойно. Моя же группа, подлетела к зданию тюрьмы, уничтожив часть сотрудников у входа, те не понимали, что происходит, и повредив некоторые машины, но остальные целые. Они нам пригодиться. У меня было три танка и один «ЗИС-5», с отделением бойцов. Три бойца заняли позиции у танков, мой мехвод поставив машину на перекрёстке, перелез в башню и контролировал подходы, а стрелки рядом от гранатомётчиков их защищали. Сам я рванул к зданию тюрьмы. Нужно зачистить охрану и здание гестапо, а у меня всего отделение бойцов. Вооружён я был «ППШ», штатное оружие, что входило в вооружение моего танка, два запасных диска. Плюс пистолет сунул за ремень. Был я в форме танкиста, и шлемофоне. Первым было здание Гестапо, пользуясь тем что у меня личная защита, я шёл впереди, просто уничтожая всё, что сопротивлялось. Баррикады из столов на втором этаже, закидал двумя гранатами. Бойцы шли следом, зачищали, подчищали за мной. Тут не все, сержант с двумя бойцами и при ручном пулемёте вход в тюрьму контролировал, ворота расстреляли из пушек, не давал никому выйти. Здание зачистили быстро, сканер и личная защита рулят, потом подземные казематы, с теми, кто там был. Тут тоже всех уничтожили, я имею в виду из охраны. Да и было их пять.

К тому моменту наконец появились подпольщики, два десятка в гражданской одежде, но вооружены, сообщили, что там их человек был, он сам сдался, живым остался. Порядок. Пока бойцы и подпольщики открывали камеры, выпуская всех, вооружая за счёт уничтоженных нами немцев, и включая в строй, каждого своего бойца я назначил командиром отделения, ему подчинялось от восьми до десяти освобождённых. Теперь тюрьма. Тут ещё и командиры содержались, помимо нескольких генералов было три сотни командиров от капитана до полковника. Не всех вывезли дальше в тыл. Сменив накопитель в личной защите, просел до критической отметки, и мы, перезарядив оружие, диски, продолжили. Тюрьму штурмовали уже две сотни, но я также шёл впереди, беря на себя весь удар обороняющихся. Бои шли по всему городу. Носились танки попарно, тут шесть групп, что и должны наводить панику, и похоже с этим всё в порядке, ни о каком организованном сопротивлении и речи не шло. Кстати, из камер гестапо двух генералов освободили, один из них генерал-лейтенант, командармом недавно был. Ему я уже объяснил ситуацию и тот сходу в неё въехав, вооружившись, начал командовать. Все выкладки по городу, разведывательную информацию выдал, и какие планы насчёт города и освобождённых, мои мысли, тот похмыкал, но особо ничего менять не стал, начал формировать свой штаб, и следовать предложенному плану. Ему край как надо реабилитироваться за плен, видимо решил, что тот вполне рабочий. Полчаса на то чтобы зачистить тюрьму, часть пленных погибло, охрана прикрывалась ими, но уничтожили всех. В плен никого не брали. Дальше генерал, повёл командиров к другим лагерям. Улицы пусты, так что можно.

Я же на три грузовика посадил часть освобождённых, и в сопровождении одного танка направил к комиссару. Нужно прочесать аэродром, вот пехоту к нему и направил, там капитан командовал, по сути рота стрелков была. Мои бойцы тоже. Вот так. А я на двух машинах рванул в сторону станции. Усиливать начштаба. Оттуда просьбы помощи пришли, как оказалось состав с самоходками захватить удалось, часть всё ещё на платформах были, часть спустили, но там же целый пехотный батальон Вермахта, только что прибыл, а это не эмоциональные итальянцы, они в панику особо не впали и из города не бежали. Тут тоже сканером работал, тот показывал где немцы залегли, и выбивал пушкой. Дело быстро пошло, так что немцы, не выдержав, начали отступать, и тут в спину им ударили освобождённые, около тысячи. Кое-как вооружённые, но управляемые командирами. Рукопашная закончилась нашей победой. Станцию тут же заполнили бойцы в нашей форме, около десяти тысяч, и ещё прибывали, начали команды разноситься, склады вскрыли, собирали оружие с убитых. Две сотни к самоходкам, принимали их, скатывали те что на платформах. Генерал в курсе, что самоходки я не беру, сразу руку на них наложил. Я тоже начал носиться по городу, мы добивали остатки сопротивления. К вечеру тот был полностью взят, итальянцы сбежали. Мы с окраин расстреливали зенитки, пользуясь тем что танки приземистые, используя складки местности сближались, и расстреливали, так что зачищали. Аэродром захватили, пусть и сгорело там половина техники. Однако были и механики, и лётчики изучали, они и что уцелело, будет использовано при обороне города. Сам я посетил рощу, с одной ротой, десять танков было, и наши тылы перевёл к аэродрому, укрыв рядом в лесополосе. Ремонтники тут же начали восстановление повреждённых машин, что им притаскивали на тросах, к сожалению, три не вернуть, сгорели, две с экипажами. У медиков тоже работы немало.

Вечером, уже стемнело, колонна моего батальона, двинула прочь. Мы уходили, генерал отпустил. Я просто объяснил свои мотивы и тот, подумав, кивнул, вооружения немало захватили, включая тяжёлого, по сути мы им особо и не нужны, а планы у меня шикарные, только на пользу пойдут, так чего на корню рубить инициативу? И да, как начало темнеть, в небо поднялось шесть транспортных «Юнкерсов», всё что было на аэродроме, тут дислоцировалась транспортная часть, помимо бомбардировщиков и истребителей, и полетели Москву. Связываться с командованием Юго-Западного фронта, и уж тем более Брянского, я не собирался. Опыт показал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Помимо тщательно отобранных раненых, а их немало было, все самолёты забиты пострадавшими бойцами, также всех раненых моего батальона отправил, убитых похоронили. Были и рапорты, мой, с наградными списками, и от командарма. О захвате Харькова, какими силами располагаем и что планируем. Вот и всё. Надеюсь с Москвой будет легче работать, чем с командованием Брянского фронта. Вот так сидя в люке башни моего танка, шёл впереди, в дозоре, на броне шесть бойцов, и поглядывая по сторонам, тут и амулет ночного и дальнего виденья, и сканер, размышлял над тем что было. Здорово все прошло, как и спланировали. Город взят, освобождено аж сто шестьдесят тысяч военнопленных, треть из них, из трёх лагерей на окраинах Харькова, не в самом городе. Подразделения формируются, их отводят от города и там готовится мощная оборона. Точнее занимают то, что немцы сами приготовили, но не пригодилось.

Да, город в осаду встанет, на складах столько всего, пару месяцев хватит им сидеть. И не просто сидеть в обороне, генерал будет формировать моторизованные группы по типу моего батальона, и рассылать в разные стороны, диверсионные тоже, работать по тылам противника, создавать им немало проблем. Всё это было в рапортах. К слову, в обороне останется шестьдесят тысяч, этого хватит, тем более оружие только на них есть, остальных, кое-как вооружая, мелкими группами в сторону наших, глядишь кто и дойдёт. Это уже сам генерал решил. Что по моему батальону, то потери значительные. Из взвода автоматчиков уцелело двенадцать бойцов, взводный ранен, но в строю остался. У разведчиков не сильно лучше ситуация, семнадцать в строю, Егоров, тяжелораненый отправлен в тыл, Нахимов взвод принял. Всех раненых, как уже говорил, отправил воздухом к Москве, а павших похоронили. В первой танковой роте на ходу тринадцать танков. Пополнил из состава взвода управления, снова шестнадцать. Во второй роте четырнадцать машин, также пополнил до шестнадцати. Повезло, оба ротных живы и всё также командуют, получив немалый опыт боёв в городе. У разведчиков танков не осталось, на двух грузовиках едут. Во взводе управления три танка осталось, ещё один бросили на месте стоянки, не ремонтопригоден, списали, больше у нас танков нет. А в Харькове ничего не брал, там обороняющимся всё пригодиться. Оба «БТ» сгорели на аэродроме, у нас там самые большие потери в машинах были. Комиссар погиб.

Потери значительные, в людях, но не в технике. Два грузовика и четыре танка безвозвратно. Поэтому я приказал Ободзинскому, тот уцелел, без единой раны, хотя ему машину подбили, и он отбивался в обездвиженной. Вовремя я прибыл, немцы как раз подбирались чтобы сжечь его. Оглушён, но в порядке. Так вот, я приказал ему набрать людей из освобождённых. Чего-чего, вот их было в достатке. Вон, лишних даже прогнали, формируя роты по сто человек с одним командиром, давая что могли и отправляя прочь, пока город не блокирован. Ему помогал наш особист. Везучий парень, пять ранений и все легкие, впритирку. Более того, на базе взвода автоматчиков, приказал сформировать роту, с подразделениями усиления. Это отделение снайперов, взяли десять винтовок на складе. Немецкие с оптикой. Наш зампотылу там шарился, и вот увёл. Патроны тоже. Плюс отделение противотанкистов. А это уже наши находки, три ружья ПТР. Всё это под командование командира автоматчиков, ставшего вдруг ротным. Разведвзвод пополнили. Ещё набрали двух врачей в званиях капитанов, хирурги, два десятка шофёров и три десятка танкистов. Это всё, остальное у нас и так почти по штату. Что по врачам, то в Харькове шесть немецких и один итальянский госпиталей было, все взяли под контроль, там теперь наших лечат. Раненых немало было. А вот куда немецких дели, не знаю. Вроде в три перевезли из четырёх, уплотнив, в четырёх уже наших размещали. И да, боевые подразделения, как были сформированы, сразу в бой кидали. Не все немцы знали, что город захвачен, а тут им навстречу самоходки, да грузовики со стрелками. С ходу по ним открывали огонь, уничтожали, стрелки на добивание, и дальше. Зачищали так окрестности вокруг города. Потери понятно несли, но довольно низкие.

Вот такие дела. Похоже с уходом мы не опоздали, а уходили по трассе на Днепропетровск. Разрозненные части противника мы встречали, обороны не было, две части сходу уничтожили, освещая всё осветительными ракетами. Трофеями взяли. Остальные обходили, а шли дальше с включёнными фарами. Чуть позже ушли с трассы на просёлочные дороги. Кстати, «Шторьх» до сих пор буксируется за одним их грузовиков. Его лётчик, что сюда пригнал его, улетел на одном из транспортных самолётов. А вот сержанта-летуна не отпустил, пусть осваивает машину. Как разведчика использую, в случае нужды к нашим улетит с донесением. Так как техники мы не брали, а народу как раз немало взяли, все танки были заняты бойцами. Ещё, все взятые бойцы не вооружены были. Но как два подразделения, оба итальянский армии, были уничтожены, вооружены стали все. Недолго, у тех своё оружие, патроны где искать? Позже на немецкое сменим. Причина почему мы уходим в эту сторону, так тут довольно большой аэродром с бомбардировщиками. В шестидесяти километрах. Уже один налёт на Харьков вечером был. Ха, забавно, два эшелона в город пришло, мы их приняли, пока не отрезало, не предупредили об опасности. Сейчас все знают, что русские взяли Харьков, а так неплохо вышло. В общем, этот аэродром на нас, дальше уходим в свободное плаванье. Планов у меня немало было. Думаю, этой ночью успеем добраться до немецких лётчиков, всех их там в землю, и покрошив всё интересное что рядом имеется, уйти. Видно будет. Так что я довольно щурился, поглядывая по сторонам. Неплохо мы немцам вломили, но то ли ещё будет.