Чтение онлайн

А всё, «Мацусима» тонул, оседая корму. Такой снаряд для бронепалубного крейсера, сметный приговор. Дальше вернувшись в башню, ох и оглушало выстрелами, но снова зарядил орудия, и стал выцеливать миноносцы. Кстати, у башни ждал посыльный, оправил его к старшему офицеру, пусть переносят огонь на миноносцы. «Манчжур» не трогать. Посмотрим, что решат с ним японцы. Сам тоже открыл огонь. Долго выцеливал, всё интуиция молчала, носовая башня уже раз десять залпы сделала, и всё же выстрелил. Есть! Один миноносец аж покинуло, и его в воздухе разломило, снаряд под килем рванул, отчего рухнул тот обратно двумя частями, мигом затонув. «Мацусима» вот тонуть почему-то не спешил, волны по корме перекатывались, но не тонул. Тут снаряд на него потратил, окончательно добив. Всё, задрав нос, как и «Чиода», «Мацусима» пошёл ко дну. Я же вздохнув, приказал перенести огонь на «Манчжур». Задрали, даже одного попадания добились в мой крейсер, тот серьёзно содрогнулся. Хорошо больше краску попортили на борту. Так что теперь и по нему открыли огонь, но хватило одного выстрела моей башни, как подрыв погребов, просто уничтожил его. Там полные погреба были? Удивлён. Вот японцы ушлые. Вот так всё и прошло, пока Васильев гонял оставшийся миноносец. Далеко ушли, уже и дымов от них не видно, японец просто драпал. Ничего, если потеряемся, то место встречи заранее обговорили, так что мы направились прочь. Старшему артиллеристу я приказал привести орудия в порядок, почистить, орудие комовой башни тоже, и развернуть их, а то до сих пор смотрят на правый борт. Вот так и двинули прочь.

— Господин капитан, а что, помогать выжившим японцам не будем? — спросил старпом Смирнов.

— А зачем? Хотя, пусть они и нарушают международные правила, меня они в бухте Чемульпо тоже спали. Ладно, идём к месту гибели японского отряда, глянем, кто выжил, и поднимем из воды. Потом передадим какому нейтралу.

— Как думаете, почему они не разбегались, увидев нас? Всё же противостоять кораблю первого ранга просто невозможно.

— «Асама» без артиллеристов, это все знают, японцы тоже были в этом уверены, — пожал я плечами. Для меня не было загадкой, почему японцы были так самоуверенны, просто поставил себя на их место и всё сложилось.

Командовал старпом, его вахта, я стоял у борта, с интересом рассматривая места, где японцы потеряли свои корабли. В воде хватало моряков. Почти лето, жара, не ледяная вода, терпимо. Многие держались за доски. Даже две целые шлюпки было, набитые до предела. Я уже разрешил гражданским выходить, так что тут даже дети бегали, все с интересом смотрели на японцев в воде. То, что мы победили, уже было известно, да и команда на позитиве была. Тут подошла Наталья, взяв меня под локоть, прижалась. Именно в этом время подбежал Росляков, выбрал время, и сказал:

— Мой бог, разрешите идею высказать?

Лейтенант принял правила игры, более того, Смирнов внёс в боевой журнал пари, и что наш главный артиллерист признал своё поражение. Пять выстрелов, и всё в цель, это выше его понимания. И вот сейчас тот подскочил, озарённый какой-то идеей. А ведь на нём задача принимать японцев, и их охрана.

— Давай уже, выкладывай.

— У нас хорошая скорость и вы не мажете, найдём японцев, сделаем вид что убегаем, а вы из кормовых орудий будете по ним бить. Наши снаряды если не потопят, то серьёзно навредят.

Тоже мне идея, я её ранее обдумал, и посчитал бесперспективной. Вот если бы орудия броненосцев были, тогда ещё можно было провернуть эту идею. Хотя мелочь так половить, бронепалубные крейсера, вполне можно.

— Помнишь попадание «Манчжура», с которым мы лёгким испугом отделались? Вон боцман изучает, как закрашивать? Хорошо фугас, а не бронебойный. Двадцать выстрелов по нам и одно попадание. А тут будет бить не один корабль, и количество перевесит качество. В нас будут попадать, даже когда станем убегать. Рано или поздно наступит момент золотого выстрела. А им нужно лишь чтобы мы потеряли ход, тогда хана. Так рисковать я кораблём не хочу. Однако, сами искать встречи не будем, но если японцы нас найдут, то план к действию неплох, проработайте его и в письменном виде мне.

— Есть, — козырнул тот, и убежал, выстраивать вооружённых матросов, что будут принимать японцев.

Уже спускали шлюпки, кидали за борт спасительные средства. Мы начинали спасение, подойдя к ближайшей группе. Она поменьше, человек двадцать, где шлюпки и народу много, дальше, в километре. И это на месте гибели «Манчжура» и «Мацусимы», они и погибли примерно в двух километрах друг от друга. Мы подошли сначала к месту гибели нашей бывшей канлодки. Тут услышали крики на русском, и я рассмотрел несколько моряков в русской военно-морской форме. Пленные с «Манчжура» были на борту? Не знал. Их первыми подняли в шлюпки, те оглушены и обессилены, помощь нужна была, и к нам на борт. Забортный трап спустили, четверо сами поднялись, остальным пришлось помогать. Пока наш врач осматривал матросов, начали подниматься японцы, их усаживали у бортов, один здоровый матрос держал на прицеле «Мадсена». Вообще оба пулемёта бой за «Асаму» пережили так себе. Одному, тот с которым я бегал, там стволу хана. У второго, от перегрева, деталь смялась, и его заклинило, потом оружейный мастер в Порт-Артуре исправлял. Кстати, оба пулемёта привёл в порядок, сам платил как за частный заказ по ремонту. Я даже патроны нашёл, ящик где-то, а то осталось по три магазина на каждый пулемёт. Хорошо тогда повоевали. Оружие моё личное, в штат корабля не входил, но пулемёты находились в арсенале, их изучали знакомились. На данный момент все матросы его знали и как с ним управляться им известно.

Убедившись, что больше живых нет, в корабельный журнал внесли кого спасли, подняли шлюпки и двинули к месту гибели «Мацусимы», где и стали принимать на борт выживших там. Тут и появился дым с одной стороны. Отбой, Васильев возвращался. Как раз к борту подошёл, когда мы последних приняли. Почти триста японцев выжило. Тут ещё часть команды с «Чиоды», их ночью подняли с воды. Выслушав доклад Васильева, покивал. То, что он догнал соперника, я видел. Миноносец заметно пострадал от ответных выстрелов. А так у того двадцать восемь узлов, против тридцати одного на «Касуми», не удивительно, что нагнал и потопил. Так что слушал, как тот это сделал. Поднял он с воды тридцать шесть моряков, который и передал нам. После этого отправился выполнять задание, найти нейтрала, чтобы передать японцев. Мне они не нужны. Кстати, я общался с тремя японскими офицерами, что вполне знали английский, двое с «Мацусимы», третий с «Чиоды», вполне компанейские, ко мне относились с заметным уважением, когда Васильев прибыл. Я отошёл с ним пообщаться, и когда тот отбыл искать какого купца, пригласил японцев в кают-компанию. Как раз начали раздавать обед, кормили тех, что на палубе, кок с помощниками и на них сготовил. Вот так и сидели в кают-компании, уже заканчивали с обедом, по правую руку Наталья устроилась, когда я вдруг захохотал. А видя, что присутствующие, мои офицеры и японцы с недоумением смотрят на меня, пояснил, на русском, потом на английском:

— Да я только сейчас понял. Бой шёл между русским кораблём, захваченным японцами, и японским, захваченным русскими. Нонсенс. Думаю, такое первый случай в мировой истории, и вряд ли он повториться.

Да, этот момент оценили. А так обед прошёл неплохо. К слову, из восьми поднятых с воды японских офицеров, было в кают-компании шестеро. Двое ранены, а то что трое не понимают нас, не важно. А так мои офицеры на японцев поглядывали с заметным превосходством. Им и «Менджур», подло захваченный, припоминали. Тут японцы смущались, и говорили, что только выполняли приказ. Чуют вину за собой.

— Мой бог, — подал голос Росляков, под смешки офицеров, они когда это слышат, на них нападают хохотунчики, не могут сдержаться, это главному артиллеристу всё равно, держит лицо. — А может их к нашим? Ведь виновники нападения на «Менчжур» тут. Суду можем придать.

— Дело говоришь, даже вполне толковое предложение, — подумав, ответил я. — Знаешь, а мне нравиться. Заодно если там японцы, проверим твою идею с отстрелом преследователей. Ты кстати написал рапорт с предложением по такой операции?

— Не успел, но обязательно сделаю.

— Ладно, радисту, сообщение на «Касуми». Пусть возвращаются.

Тут крик снаружи, что до нас долетел:

— Дымы справа по борту! Боевые корабли идут.

Мы высыпали на палубу. Я поднялся на мостик, оттуда лучше видно, и изучил дымы. Это точно топки боевых кораблей работают, и явно не маленьких, а на уровне «Асамы», их там не один и не два. Пять-шесть думаю. А мы следом за «Касуми» двинули, тот по направлению к Циндао убежал, его радист уже подтвердил сообщение, возвращаются, а тут дымы, вот все и гадали, кто это? То что не нашли, точно. Японцы воодушевились, надеялись, что свои идут. Я лично сомневался, нечего им тут делать, далеко от зоны боевых действий, да и интуиция молчала, опасности от этих боевых кораблей не было. А вскоре и крик сигнальщика:

— Англичане. Из Вэйхайвэй идут. Три броненосных крейсера, бронепалубный и один броненосец… Три миноносца ещё.

Японцы приуныли, так что шли дальше не меняя курс. Однако странные манёвры англичан, а к нам сбегал бронепалубник, опознал, заставили насторожится, все три броненосных крейсера начали преследовать, да ещё охватывая по флангам. Мы как раз с «Касуми» соединились. И первый выстрел сделали англичане, снаряд рванул по курсу. Приказ остановиться. И сигнальные флажки взлетели на одном, дублируя тот же приказ, добавляя, требование принять досмотровую группу. Это вообще что такое происходит? Даже японцы были удивлены.