Чтение онлайн

Дело оставалось за малым — избавиться от Людмилы Владленовны. Не в полном, не в буквальном, конечно, смысле. Избавиться на время.

Хотя, боюсь, если мать задержится в Москве надолго, вариант со смертоубийством может тоже случиться. Либо бабка нас изведёт, либо Илюша ее.

— Людмила Владленовна! — Заорал дед с порога, как только мы вместе с половиками вернулись в квартиру. — Людмила, я принес тебе благую весть! Бросай все и срочно беги в универмаг. Лети аки горлица на крыльях ветра.

— Ты что, успел где-то за воротник опрокинуть? — С подозрением поинтересовалась бабка, выглянув из кухни.

Судя по запаху, распространившемуся по квартире, она жарила котлеты. Судя по выражению ее лица, котлеты явно предназначались не всем членам нашей недружной команды.

— Вроде не должен. Я все время следила. Ты от внуков не отходил. Чего плетешь тогда?

— Людмила, мне обидны твои намёки и инсинуации. — Дед смешно оттопырил нижнюю губу, изображая, насколько сильно его задели слова супруги. — В универмаге «выкинули» сапоги. Демисезонные. Беги, говорю. Потом все локти обгрызешь. Мои локти. Свои тебе жалко будет. Мы же брали с собой денег на нужды, вот тебе как раз и нужды нарисовались.

— Откуда знаешь? — Людмила Владленовна прищурилась, внимательно изучая дедово лицо.

— Дык соседка сказала. Вон, шла мимо нас, увидала пацанят, спросила, где мать. Мол, пусть бежит за сапогами.

Дед Иван настолько искренне все это рассказывал, что я даже сам чуть не поверил в историю про сапоги. Однако, Людмила Владоеновна, видимо, не первый год жила с ним и прекрасно знала, верить деду нельзя. С другой стороны, ее все-таки начала мучать мысль, а вдруг не врет. Вдруг и правда сапоги «выкинули».

— Ну, Ванька… — Она погрозила мужу кулаком. — Если опять сбрехал, я тебе потом такое устрою…

— Ну ты чего, Людмила… — Еще больше обиделся дед. — Разве ж можно такими вещами шутковать? Сапоги — это святое.

В общем, бабка сдалась. Она быстро кинулась в комнату, на ходу стягивая фартук и раздавая всем указания.

Соответственно этим указаниям, нам с Илюхой надлежало доесть позавчерашний борщ, деду — дожарить котлеты, а потом всем нам — читать первый том Толстого «Война и мир». Третий пункт, мне кажется, бабка сочинила чисто из вредности.

Илюша пытался объяснить, что конкретно данная книга не совсем подходит его возрастному цензу, но Людмила Владленовна его уже не слушала. Она, натянув туфли и лёгкий плащ, выскочила из квартиры и рванула за вожделенными сапогами.

Дед Иван тут же бросился к окну и притаился за шторкой, наблюдая за периметром двора.

— Надо убедиться. — Пояснил он свои странные действия в ответ на наши удивлённые взгляды.

Когда Людмила Владленовна скрылась за поворотом, исчезнув из вида, родственник тут же оживился, как будто его подменили.

— Ну что, пацаны, по коням! — весело объявил он — Пока бабка не вернулась, надо делать ноги.

— А борщ? — спросил Илюха, который, конечно же, всегда горазд пожрать.

— Какой борщ?! Ты что, на концерт собрался с полным брюхом? — Удивился дед. — И потом, говорю же, мороженное будет. Быстрее, быстрее! Пока Людмила не догадалась, что я ее разыграл!

— Разыграли? — Я усмехнулся. — Сдается мне, розыгрыши — это безобидные шутки. А за сапоги она вас просто прибьет.

— Не боись, не прибьёт. — Отмахнулся дед, — И не из таких переделок выбирались.

В любом случае, родственник был прав, а потому мы с братом шустро кинулись переодеваться.

— А Толстой? — Спросил младшенький, натягивая брюки вместо старых «треников». — Расскажите хоть, что там было.

— Какой Толстой?! — заорал дед из зала. Он тоже вытащил из шкафа, куда они с бабкой повесили свои вещи, чистую, накрахмаленную рубашку, нацепил ее и теперь пытался повязать галстук. — Ты что, книжки читать собрался? Да ты же буквы-то не все знаешь!

— Чего это не знаю? Знаю! — обиделся братец. — Я все от «А» до «Я» выучил. Сказки читаю, между прочим.

— Ну вот, почти грамотей, — усмехнулся дед. — Ладно, хватит болтать, пошли!

Мы выскочили на улицу и спустя пять минут я уже бежал к дому Макса. Деду с Илюшей велел идти в парк, и желательно со мной не пересекаться до конца всего увеселительного мероприятия.

— Ты что-то задумал. — Уверенно высказался братец, услышав мои распоряжения. — Точно задумал. Интересное что-то.

— Ого. — Дед Иван радостно потер ладоши.

— Никаких «ого»!

Стало понятно, нужно на корню пресекать этот нездоровый интерес к моим делам. Иначе точно выйдет херня. Я вполне себе представляю, на что способен младшенький в порыве своей любви к развлечениям. Но в связке с дедом Иваном… Боюсь предположить даже.

— А Наташка точно будет? А драка, как в прошлый раз? А если будет драка, то мы за кого? — Младшенький несколько раз подпрыгнул на месте.

— Что ты прицепился к этой Наташке?! — Начал заводиться я.

Мне категорически не нравился настрой братца. Впрочем, выражение дедова лица тоже. Он, услышав снова про старосту и драку, которая когда-то уже была, заметно оживился.

— Наташка там сама по себе будет. Ясно? — Я схватил Илюшу за плечо, останавливая его безумные прыжки, — Хватит уже о ней. И смотри не вздумай за мной следить или совать свой нос в мои дела. Ясно?

Вместо Илюхи ответил дед. Он рассмеялся и легонько хлопнул меня по спине:

— Все хорошо, Алексей, не паникуй. Я за ним присмотрю.

— Это как раз пугает сильнее всего. — Тихо буркнул я.

А вот уже после этого развернулся и побежал к дому Макса. Судя по времени, пацаны должны быть на месте.

Дед и братец тоже двинулись с места, но в противоположную сторону, к парку.

— Девочек надо беречь. Они нежные и ранимые. — Донесся мне в спину обрывок их разговора.

— А Людмила Владленовна? — поинтересовался Илюха. — Она же тоже девочка. Вы ее бережёте?

— Людмила Владленовна, она не девочка и даже не баба, — Категорично заявил дед. — Она — стихийное бедствие.

Начала их разговора я не слышал, поэтому не особо обратил внимание. Мои мысли занимал предстоящий вечер.

Как я и думал, вся наша компания уже была в сборе. Пацаны сидели на лавочке возле подъезда Макса, ожидая только меня.

— Это что такое? — Спросил я сходу, остановившись перед друзьями.

Мой вопрос относился к конкретному и очень странному факту. Серега Строганов, в отличие от Макса, Демида и Ермакова, сидел не просто так, не с пустыми руками. Он держал… торт. Домашний «Наполеон», красиво возлежащий на круглом блюде.