Чтение онлайн

Внезапно видео зависло.

— Да чтоб тебя джинны в преисподнюю утащили! — рявкнул Осман Нури-паша, долбанув кулаком по клавиатуре ноутбука. Экран тут же окрасился зловещим синим цветом. — Джамиль! ДЖАМИЛЬ! Опять эта шайтанская машина сломалась!

Адъютант вбежал в шатёр и замер у стола.

— Чего изволите, ваше высокопревосходительство?

— Эта дьявольская хреновина опять показывает синий экран смерти! — Нури-паша ткнул пальцем в монитор, от которого на экране остался жирный отпечаток. — А ещё он постоянно требует какие-то обновления! Я полководец, а не этот… как его… айтишник!

Джамиль аккуратно наклонился к экрану.

— Вы случайно ничего не нажимали, ваше высокопревосходительство? В прошлый раз…

— Да не трогал я его! Я просто хотел посмотреть, что там на Кавказе творится!

— Разумеется, ваше высокопревосходительство. Давайте я попробую перезагрузить систему.

Когда всё было готово, Нури-паша вернулся к просмотру.

Сначала он с кислой миной пялился на видосики, где китайские ракеты, похожие на стаю очень быстрых и очень злобных пчёл, разносили в хлам османские позиции, которые, между прочим, считались почти неприступными.

— Да как так-то?! — Нури-паша стукнул кулаком по столику. — Откуда у этих узкоглазых столько ракет?! И что это за хрень?! Почему они такие быстрые и мощные?! Я же лично приказывал нашим ПВО-шникам… Эй, а где, кстати, наш главный ПВО-шник? Тот, который с тремя подбородками и вечно потным лбом?

Адъютант Джамиль только пожал плечами.

— Э-э… Ваше высокопревосходительство, он в отпуске. По состоянию здоровья. Говорит, нервы сдали после того, как китайцы снесли половину наших ракетных установок одним залпом.

— В отпуске?! — Нури-паша побагровел. — Я ему такой отпуск устрою, что он до конца своих дней под себя ходить будет! На гауптвахту его! На три месяца!

Джамиль поспешно кивнул, записывая приказ.

— А это что за хрень?! — маршал ткнул пальцем в другое видео.

Там, на фоне заснеженных кавказских гор, его доблестные османские войска… ну, скажем так, не очень доблестно отступали под натиском русских. А впереди, размахивая саблей и что-то истошно вопя, бежал его ученик, Абдул-паша. Бежал, правда, в обратную сторону от противника.

— Позор! — Нури-паша схватился за голову. — Какой позор на мою седую бороду! Что ты творишь, сын шайтана?!

Дело в том, что генерал Абдул-паша, его бывший ученик, которому Нури-паша в своё отсутствие доверил командование на Кавказе, умудрился облажаться по-крупному. Этот гений стратегии решил, что лучшая тактика против русских — это заманить их в ущелье, а потом обрушить на них лавину. И всё бы ничего, да только лавину он вызвал… на свою же армию.

— Я же ему говорил: «Абдул, не выпендривайся! Делай, как я учил!». А он что?! «Я сам, я всё знаю!». Вот и дознался, ишак безмозглый!

Нури-паша залпом осушил остатки кофе (который, кстати, был отвратительным, австрийцы даже кофе нормальный варить не умеют!), схватил со стола бутылку какого-то местного шнапса и сделал большой глоток прямо из горла.

— Не думал, что на моём веку такой позор увижу! Ай-ай-ай! После Кавказа я этого ишака лично кастрирую! И султан Мурад, небось, уже в курсе! Что он теперь скажет? Что я, Осман Нури-паша, даже своего ученика уму-разуму научить не смог?!

Он снова отхлебнул из бутылки.

— Кстати, — Нури-паша вдруг посерьёзнел и посмотрел на Джамиля. — Султан Мурад не связывался? Не давал добро продолжить с этим Лихтенштейном? Так-то мы бы быстренько его развалили… А там, глядишь, ещё и успели бы на Кавказ переметнуться, спасать честь Османской Империи. А то этот Абдул там такого наворотит, что потом сто лет разгребать будем!

Джамиль покачал головой.

— Никак нет, ваше высокопревосходительство. Тишина.

Нури-паша тяжело вздохнул.

— Ладно, вали отсюда, — махнул он рукой. — Я отдыхать буду. И вина ещё принеси. Нормального, а не этого шмурдяка австрийского.

Адъютант с поклоном удалился, а Нури-паша, кряхтя, завалился на походную кровать, больше похожую на пыточную дыбу, чем на место для отдыха.

— Старость — не радость, — пробурчал он, закрывая глаза. — Всё болит, всё ноет… А ещё эти идиоты вокруг…

Внезапно, когда он уже почти провалился в спасительное забытьё, в шатре раздался незнакомый, спокойный голос:

— Вино «Шато Мартен» семьдесят четвёртого года — нормально?

Нури-паша сначала даже не понял, что произошло. Он подумал, что это Джамиль, гад такой, решил над ним подшутить. И уже приготовился высказать всё, что он о нём думает.

— Джамиль, мать твою, откуда у нас такое вино… — пробормотал он, не открывая глаз.

А потом до него дошло. ЧУЖОЙ! В ЕГО ШАТРЕ!

Он резко открыл глаза и… его челюсть медленно поехала вниз.

Перед ним, с бутылкой вина в одной руке и двумя бокалами в другой, стоял молодой человек европейской наружности. В дорогом, идеально сшитом костюме, с лёгкой улыбкой на губах. И от него исходила такая аура… силы? Нет, даже не силы. Аура чего-то настолько мощного, от чего у старого маршала по спине забегали мурашки.

— Пожри меня шайтан… — только и смог выдохнуть Нури-паша. — Ты ещё кто такой?!

Незнакомец улыбнулся ещё шире.

— Я Теодор Вавилонский, приятно познакомиться.

— Я люблю удивлять, — усмехнулся я, остановившись перед Осман Нури-пашой прямо посреди его шатра.

На самом деле, я появился не из воздуха, а из недр земли. Охрана, конечно, попыталась было дёрнуться, но я их мягко «усадил» на пол, заточив в каменные коконы. Не убил, нет. Просто временный паралич. Зачем лишние трупы?

Осман Нури-паша, маршал Османской Империи, уставился на меня так, будто я только что предложил ему сыграть в карты на раздевание.

— Ещё бы! — он мгновенно взял себя в руки. Глаза старого вояки сверкнули. — Враг, за которым я веду охоту, сам является ко мне. Это смелость, глупость, или у тебя действительно есть что предложить?

Я, как фокусник, достающий из шляпы кролика, продемонстрировал ему бутылку «Шато Мартен» семьдесят четвёртого года и два изящных бокала на тонких ножках. Поставил всё это на столик рядом с ноутбуком, оттеснив какие-то карты и бумаги.