Чтение онлайн

Атум несомненно был прав. Слишком много совпадений на короткий временной отрезок. Заброшенный дом Гуфо, книга, Жар-Птица, нерассеянные… Однако Лику казалось, что совпадения этим не ограничиваются. Их было гораздо больше, стоило лишь охватить более широкий временной промежуток, и вот уже прослеживалась долгосрочная связь между незначительными событиями прошлого и настоящего, будто множество нитей возникли тогда, и теперь сплетаются все плотнее в одну сложную реальность.

Лик отвернулся и вновь пошел к дому.

Ивченко, Пустоши, Дингир, мертвые и одновременно живые ангелы, Шут… Поступки, слова, расследования… Лику понадобилось бы несколько часов, чтобы изложить устно все, замеченные связи. Он вспомнил апокалипсический сюжет рисунков Умэтаро, его могилу, текст, что удалось прочесть фениксу, и собственный опыт боя с ангелом. Иму счел рукопись фантазиями больного мага, но вывод свой он делал, не зная истинного значения слова «аптекарь».

«Бесконечно далеко и близко, в иной ветви событий, мир выглядел вот так…»

Скирон, брат Пелопа и ученик Арно, тот, кто притворялся Аимом, и отчего-то жаждал встретиться с Марусей, а встретившись, убил себя с мольбой на устах «вспомни меня». Зачем мнящий себя дитем водной стихии просил об этом на давно несуществующем языке? Лику понадобилось время, чтобы установить значение фразы. Как Рыжик могла вспомнить того, кого никогда не знала? Или все-таки знала? В этой цепи временной или в той, о которой писал Гуфо?

А волчицы? Что делал нефилим с волчицами и с их детьми? Сын Пустошей спас одну, ту, что была любимой Лои, друга Маруси.

Маруся. Куда ни оглянись, увидишь ее, будущего аптекаря, четвертого мага, обладательницу уникального маниту, напрямую связанного с энергией Вселенной. Весь калейдоскоп событий и созданий начал медленно раскручиваться с ее появлением.

Рыжая шевелюра мелькнула в окне второго этажа.

– Ну, как? – Навстречу Лику из дома вышел Иму. Оболочка леопарда светилась и недовольно подергивала вибриссами.

Эйдолон пожал плечами.

– Ничего толком. Пока отталкиваемся, что у нас тут Гуарино Вольпи с подружкой. А у ревнивой хозяйки свидетели непричастности.

– Чтоб у главы земли и не было свидетелей? – аниото усмехнулся.

– Ты проверил всю территорию?

Иму кивнул.

– И что скажешь? Готовы выводы?

– Готовы. Только они тебе не понравятся. Если наш мститель и пришел сюда, то не по земле.

– Ты прав. Мне не понравилось.

Аниото рассмеялся.

– Слушай, – задумчиво глядя на окна второго этажа, проговорил Лик. – Мне нужно, чтоб ты привез двоих ко мне домой. Нужна твоя сила, скорость и чутье, но придется быть и милым. Горица с Ехидной в больнице. Справишься без нее?

Леопард недовольно фыркнул.

Лик улыбнулся и тихо пояснил Иму, где спряталась беременная от Вольпи волчица со своим добросердечным хранителем.

– И все?

– Там будет Нечери. Поэтому осторожнее. Мне нужны вероятные свидетели, а им нужно надежное убежище и охрана.

– Вероятные свидетели или…

– Без «или». Личности жертв нам пока неизвестны.

– Ладно. Сделаю.

Лик похлопал друга по плечу и вошел в дом, на ходу доставая из кармана наушник. Береслава ответила сразу:

– Ну?

– Бабуля, нам надо поговорить. Вы где?

Пожилая ведьма недовольно зафыркала, будто старая кошка.

– Какая я тебе бабуля?!

– Очень уважаемая.

Козлова еще пару раз фыркнула, но уже более добродушно.

– Чего надо?

– Я бы предпочел лично изложить суть дела. Вы где?

– У внучи дома. Где я еще могу быть?

– А где Ехидна проживает знаете?

– Знаю.

– Тогда прилетайте прямо сейчас, без промедления.

Лик прервал соединение до того, как Береслава успела сообщить ему все, что она думает о его манере ведения диалога со старшими.

– Зачем тебе бабуля? – Маруся смотрела на него сверху, перегнувшись через перила.

– Не упади опять, – не удержался от предупреждения Лик.

Она отрицательно покачала головой. Рыжие блестящие пряди, выбившиеся из хвоста, запрыгали в такт, на мгновение заворожив бога.

– Считаешь бабуля таким образом угрозу выполнила?

Лик поднялся по лестнице.

– Какую угрозу?

– Пустить Вольпи ко дну, как топор.

– А при чем тут он?

– А по кому еще Ехидну будет так подтрясывать?

Эйдолон прикрыл глаза ладонью и рассмеялся. Логика, неподкрепленная физическими доказательствами, но чистая – в этом была вся Рыжик в своем новом обличье, незамутненном влиянием Шута.

– Я ошиблась? Ты ведь к тому же выводу пришел. – Она взяла его за запястье и убрала руку от лица.

– Я всего лишь проверяю. А бабуля мне нужна, чтобы узнать, чем занимался Вольпи последнюю неделю, чем занималась она последнюю неделю и что она в целом знает.

– То есть ты не думаешь, что это она его по стенам там размазала?

Лик усмехнулся. Его руку Рыжик так и не отпустила, и ему это нравилось несказанно. Сбивало, правда, немного с рабочего настроя, но бог пока был не в том положении, чтобы разбрасываться ее прикосновениями.

– Я предполагаю, что бабуля придумает месть пострашнее, чем размазать кого-то по стене. Я даже уверен, что она расстроится, если у нас размазан Вольпи.

– Запутаться в бабах? – тут же сориентировалась Руся. – Думаешь, она как-то случайно спровоцировала одну из его любовниц?

– Мос где? – вместо ответа спросил Лик.

– Там, – Рыжик указала на дверь в конце коридора. – В комнате для гостей.

– Что-нибудь интересное нашла?

– Не знаю, – Руся пожала плечами.

– Ты.

– А! Я? Да! Пойдем, – ведьма встрепенулась и потянула Лика к ближайшей двери. – Это спальня хозяйки.

Эйдолон немного опешил от убранства комнаты. Полосы обоев из шелка различной расцветки, живописные работы мастеров, начиная от классики до авангарда, развешанных по стенам вплотную друг к другу и на одной высоте, потолок со сложной лепниной и мозаикой, на полу паркет и шкуры животных. У окна возвышалась огромная широкая дубовая кровать со множеством подушек. Шкафы и тумбочки повторяли классический и модный в Иномирье стиль прованс. И завершали нелепую композицию пластмассовые жалюзи.