Чтение онлайн

Тим засмеялся.

— За открытый живот? — удивилась Иска. — Какая глупость.

Я тоже почему-то развеселился:

— Оформляй и поехали.

На самом деле, это даже отличная идея! Обе тала, подруги, невесты – во всяком случае, есть надежда, что ни мне, ни этому ревнивому раздолбаю не откажут, - будут стоять рядом. Если так представить, то картина вырисовывается гармоничная.

Хорошо, когда твоя женщина – тала. Кто в здравом уме станет местной девчонке делать предложение с кольцом и с платьем, да еще и с сюрпризом в виде спланированного венчания? Бессмертным надо быть. Вот если я ей багнак без ее ведома выберу и куплю, там да, будет возмущение. Мягкое, тактичное, ласковое, но возмущение. Мою женщину в одежде интересуют исключительно удобство и функциональность. Перед внутренним взором всплыло воспоминание: обнаженная девушка на сиденье пикапа в полупрозрачном платье, ночь и дорога на озеро. Юбка сбилась, подол задрался и на груди этот вырез, открывающий ключицы и ложбинку между грудей, а сквозь ткань отчетливо проступают очертания сосков. Кровь мгновенно отреагировала на любимую картину прошлого. Сколько у меня их, таких картин, – не счесть. То платье она надела не случайно, об этом я в ту ночь подумал, но не подумал о том, почему она его вообще купила.

До нашего первого поцелуя Селене одевалась очень просто и всегда одинаково. В ее гардеробе было несколько джинсов, футболок, рубашек, толстовка и еще осенняя легкая куртка. Открытая, сексуальная одежда появилась потом. И белье откровенное тоже. И все мне неизменно нравилось – это же не случайно. Без меня малышка может сутками носить скафандр или какую-нибудь простую длинную рубашку дома, от Иски узнал. Такая вот функциональность.

Сур закончил с заказом, отключил браслет от домашней системы, и мы вчетвером направились к выходу.

— На чьей машине поедем? — Дочь деловито вышагивала впереди.

Тим будто ждал этого вопроса:

— Я повезу. У отцовского пикапа кузов длиннее. Преподобный же сейчас обязательно какой-нибудь хлам загрузит за город везти.

Я засмеялся. Что есть, то есть. Хочешь жениться на некрещеной – будь добр исполнять просьбы священника.

— Но поведу все равно я! — Иска подпрыгнула от восторга, распахнула дверь и едва не споткнулась о небольшую темно-синюю пластиковую коробку. — Ой…

— Осторожно, — пробормотал задумчиво Тим, наклонился, внимательно оглядел безымянную посылку, после чего аккуратно поднял ее и отнес на подъездную дорожку, подальше от дома. Там присел, поставил коробку на гравий и принялся снова рассматривать.

Иску я за руку поймал и для верности к себе прижал, а то чересчур порывистая. Сура тоже остановил, что у него вызвало недоумение.

— Ты чего?

Я неопределенно повел плечом, вглядываясь в напряженную спину Тима. Он не из тех, кто безрассудно рискует жизнью, и не из тех, кто молчит, когда нужна помощь.

— Шерифа вызвать? — крикнул Сур. — Ну, или хочешь, мамчику позвоним!

Тим немного помолчал, затем поднялся и повернулся к нам.

— Ну, конечно, еще мэра нам тут не хватало! — Он двинулся обратно к дому. — Вчера сыновья Гущина в поле перестрелку затеяли со всем кланом Лежоевых. Спира точно там, а сюда кого пришлет? Первого помощника, Пашку-растеряшку? Мне Иванов, конечно, нравится, но даже по местным меркам он пень. Нет, уж. Уволь.

Бурча себе под нос, Тим протиснулся мимо нас и вытащил из кладовой ящик с инструментами.

— Сам просканирую.

— Может, твоим родителям что-нибудь прислали? – уточнил Сур.

— Может, — согласился Тим, — но тогда меня бы предупредили. Лучше перестраховаться.

Сосредоточенный, он снова прошел мимо нас. На сканирование подозрительного предмета у него ушло около десяти минут, после чего, наконец, появилась возможность без особых опасений вскрыть коробку. Тим надел защитную маску, перчатки и все там же, на дорожке, разрезал синий упаковочный слой.

— Можно! — крикнул он нам.

Иска вырвалась из моей хватки и стремглав понеслась к своему медопекуну и медкумиру – даже не знаю, что больше.

— Что там? — еще на подлете выкрикнула она. Любопытство – не порок, называется.

Сур хохотнул:

— Голова врага.

Я покосился на его довольное жизнью лицо и тоже заулыбался. В принципе, если отвлечься от всех идей гуманизма, то получить по почте от тайного доброжелателя батарею голов из конкретного списка, наверное, было бы неплохо.

— Плосковат чемодан для головы. — Да, это не то, о чем я подумал, но тоже годная шутка. Сур оценил.

— Плосковат, — подтвердил Тимур, оглянувшись на нас. На лице его веселья не было, да и Иска выглядела озадаченной. Мы с Мансуром, как по команде, ускорили шаг.

На подложке из упаковочного пластика и наполнителя лежали толстый конверт, старый резной футляр для ювелирных украшений и сложенная пополам карточка с надписью «Тимур».

«Пожалуйста, передайте моему сыну, — гласило послание внутри, — Мансуру. Только не через мою жену. В этом случае посылка не дойдет. С благодарностью, М. Воронов».

Тим карточку открыл все так же, сидя на корточках, так что прочли мы все и, как по команде, взглянули на Сура. Он растерянно уставился на содержимое посылки, потом медленно, словно завороженный, склонился и поднял футляр с конвертом.

— Красивая шкатулка, — благоговейно пролепетала Иска, придав моменту какую-то нелепую торжественность.

Тим поднялся:

— Похоже на ручную работу. Можно у деда Михи спросить, он в таких вещах иногда разбирается.

Сур открыл футляр, и нашему с Тимуром взору предстало изящное тонкое кольцо из белого металла с витой линией инкрустации крошечными рубинами.

Иска торопливо перебежала к нам и восхищенно выдохнула:

— О-о-о. — Точь-в-точь как когда-то в детстве.

Из конверта Сур извлек стопку все так же свернутых пополам листов. Текст на первом начинался со слов «Дорогой, мой любимый сын». Я поспешно отвел взгляд, обогнул Мансура и оттащил свою слегка невоспитанную дочь в сторону. В шоколадных глазах сначала появилось возмущение, и лишь затем стыд.

— Ай-яй, — прошептал я ласково.

— Я больше так не буду, — она виновато закусила губу и прижалась щекой к моей груди. Ну, как не обнять такого чудного ребенка? Я с улыбкой поцеловал темную макушку. Дурочка еще совсем.

Тим сунул карточку со своим именем в задний карман джинсов, опустился на корточки и принялся собирать мусор.

— Если твой друг получил посылку, — вдруг начал читать вслух Сур, — значит, я не дожил до того момента, когда смог поговорить с тобой по-настоящему и все объяснить. Значит, все, что я могу, - написать и надеяться, что ты прочтешь и простишь. Когда-то мне казалось, что ты будешь злиться на меня, и только. К сожалению, мной двигал идеализм и романтичное представление о жизни. Твоя мама пыталась раскрыть мне реальное положение вещей. Я ее не послушал, о чем впоследствии пожалел и жалею до сих пор. Она точно предсказала истинную суть избранного мной пути, и твою ненависть ко мне, и тот масштаб боли, который я причинил вам обоим.