Чтение онлайн

– Это потому что меняя лишили наследства?
– он вскочил с колен и вновь забегал по комнате, впившись пальцами в свои волосы.

– Вы же сказали, что не лишили?!
– ахнула я.

– Это в первый раз. А потом, после госпожи Уверсы был такой скандал...
– он горестно покачал головой.
– И я уехал.

– Оларг, - вздохнула я сочувственно.

– И я не смог взять с собой ни слуг, ни охранников... пришлось попроситься на случайный корабль пассажиром. И теперь мне закроют доступ к семейному счету, а личных наличных денег у меня не так много... и все друзья семьи теперь от меня отвернутся...
– он говорил все тише и все несчастее.

– Ох, Оларг... не волнуйтесь, все будет хорошо...

– Как?..
– он поднял на меня несчастные глаза побитой собаки.

– Давайте вы пока поживете у меня, а потом все наладится, я уверена, - слова сорвались с моих губ как-то сами собой. Не то, чтобы я этого сильно хотела, но видя его практически на грани депрессии тоже не смогла.

– Ох, Арина, это было бы ужасно неприлично...

– Боже, Оларг, и вы туда же!
– возмутилась я.
– Вот капитан Гарт живет у меня в мансарде и ничего.

– Господин Гарт живет в вашем доме?!!

Я -то наивно полагала, что то, что творится в моем доме с командой матросов, их капитаном, кучей детей, их родителей, половина из которых не понимает имперского и разумным двенадцатищупальным осьминогом - это дурдом. О, нет, для настоящего дурдома этой компании не хватало главного катализатора - стремящегося показать свою пользу Оларга Рохеиса.

На следующее же утро он устроил грандиозную ревизию всего имущества в доме, заставил женщин перемыть и перечистить все и вся, включая и мытье детей, которые помогали убираться, а точнее мешали и путались под ногами. Кармелта ворчала по-халифатски, потому что ее заставили записать все купленные запасы продуктов со всеми ценами и прочим, а также составить опись всей посуды и другой утвари и составить список того, что требует починки или замены. Я и понятия не имела, что оказывается у нас на кухне забилась одна из труб и требуется вызвать трубочиста или мага для ее прочистки. Почему мне это никто так и не передал - ума не приложу, неужели я такая страшная? Пришла сама и промыла трубу сильным потоком воды. В результате испачкала золой крышу и часть стены снаружи, пришлось отмывать и там, но зато теперь весь дым шел ровнехонько наружу, а не задерживался в кухне.

Еще оказалось, что в спальнях на втором этаже очень холодно, потому что окна хоть и стоят, но это не современные мне стеклопакеты, а один слой, и их приходится закрывать ставнями, а все печи на первом этаже и до второго тепло не доходит. Вообще-то там были отдельные камины, но их не топили. Почему? Просто потому что не смели без моего разрешения, а меня не решались спросить. Вроде как зачем, если можно накрыться одеялами в несколько слоев и спать по несколько человек в одно кровати? Кошмар! Вот почему они так сопротивлялись, когда я предлагала поставить узкие двухъярусные кровати в детских комнатах, я-то полагала, что они боятся новой конструкции, а оказалось так спать теплее.

А сколько какого-то мусора Рохеис заставил вынести из скрытых по всему дому кладовок: старая мебель сломанная или просто вышедшая из моды, какая-то ветошь, одежда, в том числе вполне приличная, ржавые подсвечники и другие разнообразные вещи, оставшиеся от предыдущих владельцев. Все это я велела разложить в гостиной и тщательно исследовать на предмет пользы или возможности продать. Ощущение, что разбираешься на деревенском чердаке. Рохеис даже нашел там несколько ставших уже антикварными вещей, а один симпатичный комплект из чернильницы, подставки для перьев и других мелочей мне отчистили от непонятной грязи и поставили в кабинете. Он был красивого золотисто-медного цвета с малахитовыми вставками в старинном стиле, и такой тяжелый, что я могла в кой-то веке не бояться, что опрокину чернильницу.

В общем, все забегало и заработало. Я Рохеиса не останавливала, даже благодарила. Во-первых, потому что польза делу, а во-вторых, я видела, что он просто пытается чем-то себя занять, чтобы не думать о конфликте с семьей. Я советовала ему написать родителям, потому что уехал он ночью, никому ничего не сказав, считай сбежал, а может они волнуются. Но Оларг только отмахивался и вновь кидался грудью, только не на амбразуру, а на выбивание пыли из старых гобеленов или оттирание грязи за кухонными шкафчиками.

Между делом Гарт передал мне послание от ювелиров - двое из них были согласны взять на реализацию еще партию моих «перламутровых безделушек», и даже поднять цену, но при условии, что я дам больше вещей. Пришлось оставить Рохеиса на хозяйстве, он как раз вел очередные разборки с Кармелтой по-халифатски. В целом, можно было сказать, что Оларг принял на себя управление халифатской частью моих слуг, хотя и матросов тоже пытался припрячь, но они сопротивлялись и сбегали под прикрытием того, что им что-то поручил Гарт. Работало, правда, не всегда, совсем откровенно филонить они стеснялись, но все время искали какого-нибудь поручения, чтобы не двигать мебель или не натирать деревянные полы каким-то вонючим составом.

Поездка к ювелирам выдалась довольно муторная и оставила у меня неприятное впечатление. Оба моих контрагента источали в эмоциях жадность, но и недоверие, поднимать цену серьезно не желали, ссылаясь на то, что, чтобы что-то продать, придется добавить своей работы, что это всего лишь полуфабрикат и тому подобное. Мне не нравилось, к чему они вели и как снисходительно на меня смотрели. Ощущение, что меня дурят не проходило, но я все же подписала договор, хотя много вещей отдавать не стала. Ладно, пусть бренд раскрутится, потом покупательницы поднимут спрос - и поторгуемся. Пока на мои попытки не продавать оба ювелира реагировали слишком уж спокойно, просто пожимали плечами и ничего не боялись. А жаль.

После велела заехать в третью ювелирную лавку. К моей удаче девушка за прилавком меня не признала (может, в прошлый раз была не ее смена или она новенькая), а владелец, как всегда, был где-то в задних помещениях. Я притворилась капризной клиенткой, которая выбирает себе подарок:

– Мне бы хотелось чего-то такого, - сделала неопределенное движение рукой, - изящного, светлого, нежного...

– Может быть, с эльфийскими резными вставками?
– предположила продавщица с улыбкой.

– Покажите, - кивнула я.

Кстати, интересно, что те работы, которые я видела в более дорогой ювелирной лавке, были изящнее. Вроде бы то и другое эльфийская работа, но тут просто какие-то цветочки-листики, а там поинтереснее было.

Я морщилась, примеряя то одно, то другое:

– Мрачно, это уже было, похожее уже есть у моей подруги...

– Быть может, вы захотите примерить эти серьги? Это наша новинка, - наконец, предложила девушка и пододвинула ко мне стойку, на которой висели сережки из перламутра моей работы в окружении пошленьких золотых подвесок.

– Что это?
– приподняла брови.
– Есть еще что-то такое?

– Вот еще браслет, - на прилавок между нами легла устланная алым бархатом коробочка с золотым толстым браслетом с наложенными на него моими элементами. Отвратительная пошлость получилась, изящные полупрозрачные элементы закреплены на здоровенных золотых квадратах, а вокруг еще куча цепочек-подвесочек с мелким речным жемчугом.
– Это последнее изобретение нашего мастера, - заливалась соловьем девица.
– Очень редкий морской перламутр, смотрите, какой красивый рисунок, как изящно. Как раз оттенит вашу красоту.