Чтение онлайн

— Лес. Осень. Лист летит. Его постоянно подхватывает ветром, поднимает и переворачивает…

Обрываю поток сознания.

— Напиши мне эту картину на холсте, Хайнц. Но сначала напейся. Виски?

— А ты чем «отмывался» после первого раза?

— Граппой. Пятидесятиградусной. Но это на любителя.

— Я наверняка именно такой любитель. Нужно пробовать. Давай напьёмся поскорее. Чёрт… Вот это да… Да уж, живёшь ты не так уж и быстро, Эндрю. Это я понял. Ты заранее бутылку приготовил? Точно знал?

— Пей, геноссе. Пьянство — мерзость, но иногда приходится «клин клином». Давай, Хайнц. За Свободу! Теперь ты знаешь, что это такое.

Я не хочу знать, что первым делом черпанул из «пятого измерения» Хайнц. Я точно знаю, что первыми всплывают самые постыдные эпизоды, причём в проекции «под микроскопом» и этим лучше вообще ни с кем не делиться, даже если тебя разрывает от такого желания.

Выпиваем по Высоцкому, по «сто семьдесят граммов на брата». Молчим. Сейчас слова несут меньше информации, чем молчание, и Хайнц начинает этим проникаться. Повторяю ещё по «сто семьдесят». За наше светлое будущее! Единственный глаз Хайнца Хофманна «отлип от прицела». Теперь он не снайпер, а корректировщик, не исполнитель — судья. Примерно так должно измениться его сознание, моё изменилось именно так. Остатки из бутылки сливаю Хайнцу.

— Всё проходит, и это пройдёт, геноссе. Выпей за это.

Выпивает как воду.

— Пройдёт… Это я уже понял… Шаман, значит… Теперь мне нужно виски, Эндрю…

Так мы и не подрались, если это кому-то интересно.

Снова лето. Теперь в северном полушарии. Август 1919 года, мы на Кубе. Куба хоть и считается независимым суверенным государством, на самом деле самая натуральная колония САСШ, и это меня полностью устраивает.

Деньги снова есть. «Мясорубка» отлично продаётся в САСШ, Канаде и Британии, Германии, Австрии и немецкоязычных кантонах Швейцарии, даже в Швеции у Граналя больше пятидесяти тысяч подписчиков, а общий тираж уже превысил миллион экземпляров. Меня выдвинули на Нобелевскую премию по литературе за 1919 год и сомневаться в победе оснований нет — а это тоже деньги. Немалые по нынешним временам — сто пятьдесят тысяч шведских крон, или тридцать тысяч долларов САСШ.

Это пока не тот капитал, который можно назвать большим состоянием, но я уже знаменит и это сильно облегчает вопрос кредитования. Банк «J. P. Morgan Co.» предложил лучшие условия — миллион долларов под 7,5% годовых, с ним и работаю. Процент кусачий, прямо скажем, но он даёт мне возможность обойтись без левых акционеров. Какие-то доли я потом выделю менеджменту, причём опционами, но это потом. На этом этапе мне никто на нервы не действует, не мешает реализовывать послезнание.

Первым делом я выкупил патенты на игровые автоматы — и с тремя барабанами, и с пятью. Недорого, популярностью эти машинки пока не пользуются, а трёхбарабанный автомат Чарльза Фея вообще прозвали одноруким бандитом, но я точно знаю, что впереди у них триумфальное шествие по всему миру.

Пунта Кабеса-де-Вака, где я выкупил землю под строительство, ещё не Гавана, а её пригород, причём не ближний, примерно как Карраско у Монтевидео, зато бухта очень перспективная для Марины, отличный пляж, а земля в три раза дешевле, чем в столице. Вместе с лачугами рыбацкого посёлка, которые пойдут под снос, вся площадка в без малого 900 акров (350 гектаров) обошлась мне в двадцать семь тысяч долларов.

Зачем так много земли?.Пригодится обязательно, ещё и мало будет, если мой аэропорт будет развиваться в качестве столичного, а такое теперь не исключено. Первые аэропорты из таких аэродромных площадок и вырастали.

Первая мировая война, которую сейчас называют Великой, закончилась подписанием Версальского договора 28 июня 1919 года. Ещё предстоят его ратификации, в том числе и созданной Лигой Наций, но это уже вторичные танцы. Германия унижена и ограблена беспрецедентно, стараниями французского президента Жоржа Клемансо в первую очередь. Хотел-то он наверняка как лучше — навсегда устранить угрозу для своей любимой Франции с востока, но лучшими намерениями, как известно, выстлана дорога в Ад. Излишние злобность и жадность всегда губят любые хорошие начинания.

Хайнц к Версальскому договору отнёсся спокойно, проявил только академический интерес, сверяя мои пророчества с реальным текстом. Теперь я для него шаман, глубоко проникший в мир духов, и этим пользуюсь. Источник моих необычных способностей Хайнц теперь знает и к пророчествам относится с большим уважением. Поэтому эмоций у него Версальский договор и не вызвал, разве что брезгливость.

Хайнц Хофманн заканчивает переводы на датский и норвежский языки, и я потихоньку подвожу его к мысли о политической карьере. В самом начале 1920 года в Мюнхенском «Хофбройхаусе» организуется Национал-социалистическая рабочая партия и Хайнц должен быть в числе её основателей. Я не планирую «мочить» Адольфа Гитлера, во всяком случае не сразу. Нет в этом никакого профита. Ход событий до 1939 года меня полностью устраивает, пусть он повторится и в этой истории, разве что чуть скорректируется. Например, в плане признания русских истинными арийцами. Хайнц Хофманн в этом уже убеждён, и как будущий ближайший соратник будущего фюрера наверняка сможет на того повлиять. А убери сейчас фигуру Гитлера с доски, и что? Не найдётся другого отморозка? Найдётся сто процентов, ещё и похуже. Нет, с этим точно не стоит торопиться.

Архитектором строительства отеля-казино я выбрал бельгийца Пауля Белау, недавно закончившего строить Palacio del Centro Gallego /ссылка 10: сейчас называется Gran Teatro de La Habana — Большой татр Гаваны/. Понравился мне стиль колониальный барокко в его исполнении. Эскизы готовы, рассматриваем их с Хайнцем.

— Красиво получится.

Красиво. Настоящий дворец, да и место просто шикарное.

— Мне тоже нравится. Всё, больше нас на Кубе ничего не держит, амиго.

Наш путь лежит на север. В Нью-Йорке меня ожидает большая культурная программа, подготовленная мсье Жюлем Граналем, да и кроме того есть дела — пора одной из моих швейцарских компаний, той, которая будет прорывать торговую блокаду Советской России, обзаводиться зарубежными «дочками». Для начала в САСШ, потом в Финляндии. Эмбарго американцы введут летом двадцатого, и наверняка ведь не на пустом месте такие хлопоты у них возникли, значит и желающие торговать имелись, и товар в объёме, и платёжный спрос /ссылка 11: К моменту национализации банков в конце 1917 года, с учётом золота, добытого во время войны, золотой запас России составлял 1101 миллион рублей, или 852,5 тонны золота. Дополнительно к резервам Государственного банка около 200 т золота было изъято у населения в ходе тотальных конфискаций. По разным оценкам примерно 500 тонн золота потратил Колчак и украли чехи, но половина то осталась/.

— Заказывать билеты?

— Заказывай. И телеграмму мсье Контесону отбей, пусть присылает своего «зиц-председателя».

Нравится мне путешествовать морем. Морской болезни я не подвержен и качкой даже наслаждаюсь. Специфический кайф. В детстве я обожал качаться на «лодочках», но там требовалось прикладывать усилия, а здесь всё само качается. Под качку мне отлично пишется.

Пишу, ага. Пора выдавать новый бестселлер. Сюжетную идею я снова позаимствовал в будущем, на этот раз у Роберта моего любимого Хайнлайна. Да-да, тот самый «Звёздный десант». Но «попёр» я опять только общую идею, сама книга отличается очень сильно — слишком много «заклёпок» требует описания. Это ведь не пушечное ядро на Луну выстрелить, авось долетит, у меня всё серьёзно. В космосе вакуум, невесомость и расстояние, измеряемое в световых годах, корабли с термоядерными двигательными установками, возможностью совершения подпространственных прыжков, системами искусственной гравитации и искусственного фотосинтеза, скафандры космодесантников с экзоскелетами, индивидуальными медблоками и реактивными ранцевыми двигателями, монокристаллические искины, выращиваемые в невесомости, индивидуальные нейросети, погрузчики на антигравах и так далее. Собственно, от Хайнлайна осталась только раса мерзких арахнидов, да социальное устройство перенаселённой Земли. Гражданин только тот, кто воевал за свою любимую планету, а трусливые обыватели поражены в правах довольно существенно.

Ну, и естественно — секс. Трахаются мои десантники с десантницами много и с удовольствием. Без анатомических подробностей, но и это сейчас самое настоящее порно. Мне нужен скандал, причём скандал долгоиграющий, с вырезанием цензурой различных сцен. Это позволит продать книгу дважды — в первый раз кастрированную моралистами версию, а второй — авторскую. Плюс — бесплатная критика, которая сойдёт на меня настоящей лавиной. Лавиной халявной рекламы.

— Не переживаешь за свою репутацию?