Чтение онлайн

Остановившись у спуска на первый этаж, повернулась к Мэлвину.

– Послушай, Мэл, то, что ты увидел…

– Не надо, Джо, – предостерегающе произнес он, – или я не отвечаю за себя.

Я предприняла еще одну попытку объяснить ситуацию.

– Нет, ты не понял…

– Нет! Это ты не поняла! – тон голоса стал в разы выше. – Я считал тебя самым благоразумным человеком. Способной на рациональные, взвешенные решения. А что я видел сейчас? Ты давно уже определилась с выбором, поэтому отшивала меня? Только вот понять не могу – почему именно он?

К концу гневной тирады я чувствовала себя почти виноватой, пока не дала мысленную пощечину, отрезвляющую на все двести процентов.

С чего я должна чувствовать себя виноватой?

Я что-то ему обещала? Клялась? Дала зарок?

Нет, нет и нет.

Так почему я должна испытывать чувство вины?

– Знаешь, что, Мэлвин? – сжав кулаки так, что ногти в кожу впились, зло проговорила я. – Я не обязана оправдываться перед тобой, но ты должен усвоить одно, – с силой ткнула пальцем в его грудь. – Не смей обвинять меня в том, чего я никогда не делала. Я никого не выбирала. И не собираюсь. И мне глубоко плевать, что ты там себе наплел в своей глупой голове, которая никак не хочет смириться с тем, что нам с тобой никогда, слышишь, НИКОГДА НЕ БЫТЬ ВМЕСТЕ!

Он отшатнулся от меня так, словно я его ударила. Должна признать, это было жестоко, может, даже и не сильно оправдано, но я устала… Устала оттого, что Мэл ждет, будто я вычеркну из жизни семь лет счастливого брака, и сразу же после смерти мужа стану с ним налаживать отношения. Это вообще как представлялось в его голове? На что он надеялся?

Гнев давно погас в его зеленых глазах, уступая место разочарованию. Он смотрел так, будто я предала его.

– По-твоему, во всем я виноват? – тихим хриплым голосом спросил Мэл.

– Твои ожидания – это только твои проблемы, Мэлвин, – жестко бросила я и, пройдя к лестнице, стала спускаться.

Внутри клокотала обида за себя: он посмел подумать так обо мне. А я ведь повода не давала, кроме этого поцелуя, который таковым и назвать сложно.

– Джоанна?

В стеклянные двери холла зашел Элкай. Вид у него был встревоженный.

– Привет, Элкай, – поприветствовала его.

– Поступила новая информация, – он подошел ближе и посмотрел куда-то поверх меня. – Вам обоим стоит это знать.

– Выкладывай, – строго сказал Мэл, присоединяясь к разговору.

– Другие наемники дали свои показания. Только один проговорился, что Бакстер послал еще отряд на случай, если эта команда не отчитается в течение трех месяцев после внедрения в штаб Хэйвена, – Роджерс внимательно посмотрел на меня.

– Они не отчитались, – констатировала я, прикусив губу.

– Да, именно поэтому командир Хантер разослал всему отряду сообщения, чтобы нашли тебя и привели сюда, – Элкай перевел взгляд на Мэлвина. – Вас обоих.

Наверное, Хантер решил, что мы уже далеко ушли от штаба.

– Погоди, – я все еще не совсем приняла услышанное, – а как же моя семья? Они не смогут отправиться…

– Они остаются. Наемникам нужна только ты.

С львиной долей непонимания, разбавленной небольшим количеством паники, начинала осознавать, что все это происходит на самом деле. Снова моя жизнь переворачивается с ног на голову. Снова бежать.

– Роджерс, можешь быть свободен, – наверху раздался голос Хантера, который стремительно приближался к нам. – Я думал, что вы уже дошли до дома.

– Нет, разбирались кое с чем, – раздраженно бросил ему Мэл.

– Это подождет, – грубо ответил Хантер, – у вас один прилив, чтобы собраться в дорогу. Потом мы выдвигаемся.

– Понял, – одарив главнокомандующего холодным взглядом, друг обратился ко мне: – Идем.

Мне подобное обращение не понравилось, но положение, в котором я оказалась, предполагало сохранение такого шаткого, но необходимого мира между нами. Хотя после того, что я сказала ему возле лестницы, вряд ли мир между нами возможен. Мне показалось, что той тирадой сожжены все мосты, которые могли вернуть нам прежние отношения.

Дорога домой проходила в полном молчании. Стараясь поддерживать темп ходьбы Мэла, погрузилась в собственные размышления на тему того, в какой ситуации я оказалась. Это выбивало из колеи, ведь предполагалось, что в Хэйвене жизнь должна была наладиться, а не наоборот – стать хуже. Хотя, мне иногда кажется, что после смерти Томаса, это стало просто невозможным.

Дома нас ждала мама, которая уже что-то жарила, напевая под нос незатейливую мелодию.

– Джо, Мэлвин, ужин почти готов! – вместо приветствия сказала она, увидев нас.

– Мам, надо поговорить, – устало произнесла я, опускаясь на стул.

Мэлвин притулился боком о дверной косяк.

Вкратце выложив ей обо всем происходящем, она с легкой растерянностью воспринимала все, что было сказано.

– Этот ублюдок никак не успокоится! – возмущенно воскликнула она.

– Радует то, что вы его не интересуете, – серьезно проговорил Мэлвин. – Иначе дела обстояли бы куда хуже.

– Объясни, – потребовала мама, но я знала, что он скажет.

– Семья – это рычаг давления, который можно использовать в любых целях. Даже если у тебя есть хотя бы один близкий человек, он становится инструментом в достижении конечной цели.

– Тогда почему он не использовал тебя? Или детей? – я непонимающе посмотрела на него.

Да, эта мысль меня посетила сразу же, как Хантер рассказал мне о том, что за похищением стоял Бакстер. Ведь проще было взять в плен мою семью и с помощью примитивного шантажа вынудить сдаться, вернуться в Зону Б.

Усталый взгляд в мою сторону, будто я спорола очевидную глупость.

– Потому что, Джо, твоя семья находится под наблюдением «Ястребов», а также главнокомандующего армией Хэйвена. У Бакстера много пороков, но глупость не в их числе. И если бы он сунулся к твоей семье, имел бы дело с силами самого могущественного города в Горле. А раз Ублюдок Гарри прислал наемников, значит, хотел сделать все тихо.

– Понятно, – я потерла виски, соглашаясь со сказанным.

– Как долго вас не будет? – мама задала вопрос, ответа на который у меня не было.

– Я не…

– Больше месяца точно, – уверенно заявил Мэл, перебивая меня.

Меня эта новость поразила настолько, что я не сдержалась.

– Так долго?

– Как только станет ясно, что опасность миновала, мы вернем тебя домой, – не глядя на меня, сообщил он.

Его тон и поведение меня ничуть не успокаивали. От ранней ссоры мне не по себе, но внешне демонстрировать это никак не собираюсь. В чем я виновата? В том, что отстояла свои границы? В том, что сердцем преданна любимому человеку? Вместо того, чтобы углубляться в бесконечный и неуместный самоанализ, лучше проведу время с девочками.