Чтение онлайн

Дэйв сделал шаг вперёд:

– Разрешите присесть рядом с вами, мисс Аластаир? – насмешливо уронил он и, не дожидаясь ответа сел, облокотившись на каменную балюстраду. – Очень злишься на меня за ту ложь, что я тебе наплёл в нашу последнюю встречу?

– Так ты лгал?

– Мне так велели сказать, – скрестил он руки на груди и вытянув вперёд ноги.

– Тебе велели сказать, что ты лгал? Или ты лгал?

– Нахширон со мной не спал. Но ему нравилось, когда у него на глазах это делали другие. Как думаешь, это нормально?

– А разве я хоть раз утверждала, что он нормален?

– Но чем-то ведь он людей цепляет, да?

– Он сильный, и красивый, и уверенный в себе. Хотим мы того или нет, но такие люди всегда цепляют и царапают.

– Он тиран, рвущийся к власти. Беспощадный и жестокий. И хотя мы с тобой по стечению обстоятельств сейчас здесь, глупо закрывать глаза на то, что мы на неправильной стороне.

Они оба помолчали, любуясь речушкой, в ночи похожей на узкую ленточку.

– Ты видела моего отца? – тихо спросил Дэйв.

Лейла кивнула.

– С ним всё в порядке? Он не ранен? Он как-то странно повёл со мной при встрече.

– Первым делом Эссус сообщил твоему отцу о… о ваших взаимоотношениях с Гриндейлом. Твой отец, сам понимаешь, был не в восторге.

И без того тонкие черты Дэйва ещё сильнее истончились.

– Как мило с его стороны! – безликим, тусклым голосом выговорил он. –Скажи, ты им довольна?

– Довольна?.. Ты о чём сейчас?

На скулах Майлза-младшего вспыхнули алые пятна.

– Чёрный Змей изобретательная личность. Даже и не представляешь – насколько. Недаром же эта маньячка Медора пребывает от него в таком бурном восторге! Тебе, видимо, тоже понравилось?

– Хватит! Не хочу я тебя слушать. Убирайся!

Дэйв поднялся. Он просто стоял и просто смотрел, но сколько бессильной ненависти было в ледяных светло-серых глазах-льдинках, что Лейла поежилась.

– Это мой дом, не смей мне здесь отдавать приказы. Это. Мой. Дом. Эти стены пропитаны магией моего рода, стоят на нашей крови, пронизаны нашими слезами и смехом. Одного присутствия Нахширонов недостаточно, чтобы всё изменить. Твой дядюшка-любовник старается испортить всё, до чего дотронется. Он хочет уничтожить нас, как уже уничтожил других! И наводнить наше сообщество такими, как ты.

– Такими, как я? А это – какими?

– Кем бы ты себя не воображала, ты всего лишь шлюха.

– От шлюхи слышу.

Сорвавшись, он со всего маха залепил её пощёчину.

Да что же это такое? Что он себе позволяет?! От Нахширона Лейла была вынуждена это сносить, но от такого, как Дэйв, терпеть этого не собиралась:

Одним взмахом руки она отшвырнула его от себя, словно щенка – без всякой палочки, на одной злости, как на топливе.

– Никогда не смей меня бить. Никогда! Или очень горько об этом пожалеешь, – она говорила тихо, не повышая голоса, не убыстряя темпа. – Я согласилась выйти за тебя замуж, чтобы спасти твою жалкую жизнь. А если тебе это не по нраву, пойди, утопись. Заодно освободишь и меня от жалкой участи быть твоей женой.

– Что ты думаешь? Он всегда будет с тобой? Знаешь, сколько у него было таких, как ты? И всяких разных других? Тебе понравилось, да? Ну, ещё бы, не понравится! Взрослый, опытный мужчина!..

София вонзилась ногтями в бледную, аристократичную, ненавистную высокомерную физиономию.

Майлз даже руки не отвёл, лишь рассмеялся ей в лицо:

– Завтра ты ему прискучишь. И тогда я уже не буду таким бесполезным и никчёмным. Тогда, может быть, и я на что-нибудь сгожусь, а?

Грубо схватив её за руку, Дэйв с силой сдавил пальцы на её предплечье.

– Пусти! – зашипела Лейла, когда Дэйв, заломив ей руку, прижал девушку своим весом к стенке. – Пусти меня немедленно?

– Чтобы ты могла продолжать царапаться в своё удовольствие? Ну уж нет.

– Пусти немедленно!!!

– Повторяешься. Скучно.

Сухая ладонь зажала Лейле рот. В ответ она цапнула его, сжав зубы на его солёной, жилистой ладони.

– Ах ты маленькая гадость! Тс-с! – склонившись к её уху, насмешливо выдохнул Майлз.

Лейла с удивлением поняла, что ситуация начала его заводить и растерялась, даже испугалась, неприятно поражённая тем, что от его голоса у неё по спине побежали мурашки.

Она что, теперь так на всех реагировать будет?! Ну уже нет!

– Тише, говорю. Ты своими криками переполошишь весь дом. Прибежит твой дядюшка, мой папенька, станут читать мораль…оно нам надо?

– Шёл бы ты к Гриндейлу!

– Ага! Я к Гриндейлу, ты – к Нахширону. Ещё успеем, милая моя невестушка.

– Пошел ты!..

– Я, конечно, не так хорош, как твой первый любовник, но я твой будущий муж. И быть может, тоже на что-нибудь сгожусь?

– Да у тебя на меня не встанет! – грубо засмеялась Лейла, с вызовом глядя на горе-жениха. – Я ж не мальчик!

– А это мы сейчас и проверим, – с улыбкой проговорил он.

Тонкие длинные пальцы ласкали её грудь нежно и мягко, совсем иначе, чем это делал Эссус. И Лейла разозлилась на себя за то, что его ласка нашла отклик в её теле. Хотелось закрыть глаза, а любопытство подстёгивало узнать, какого это – пережить тоже самое с другим мужчиной? Так же волнительно и сладко, как с Эссусом?

Но при одной мысли о том, что её тело может точно так же отзываться на ласки любого мужчины, как он реагировала на прикосновения Эссуса, её вдруг охватило острое отвращение, смывшее всё очарование момента.

Ладно бы она любила Дэйва, или он хотя бы ей нравился – тогда бы опыт имел смысл, но ей хватит одного мужчины без любви.

Да, Эссуса она тоже не любила. И он взял её силой и силой заставлял чувствовать то, что она чувствовать поначалу не хотела, но идти вразнос на поводу у самых низких своих инстинктов Лейла не хотела. Её воспитывали во вполне традиционных ценностях, и эти ценности были просты – единовременно у женщины должен быть лишь один мужчина.

– Опомнись, глупец! – оттолкнула парня от себя Лейла, оправляя на себе одежду. – Я не строю иллюзий, я для Змея всего лишь игрушка. Но такие, как он, своими игрушками делиться не любят. Не уверена, что хочу смотреть на то как он заставит тебя сожрать своим же яйца. И, хотя, в переносном смысле это, возможно, уже случилось, давай не будем дёргать тигра за усы? Лучше спустись вниз, Дэйв, и отпразднуй вместе со всеми возвращение своего отца.

Окатив её презрительным и в тоже время горячим взглядом, Дэйв отступил:

– Когда-нибудь у тебя не будем возможности бесцеремонно выставлять меня за порог, Аластаир. И тогда мы непременно продолжим.

– Жизнь длинная, – пожала плечами Лейла. – В ней всё может случиться.

Утро постучалось в комнату яркими лучами, и Лейла сладко потянулась, радостно предвкушая новый день, но в следующую же секунду ощущение счастья смыло воспоминаниями о том, во что теперь превратилась её жизнь, явилась мысль о запутанных отношениях с Эссусом и Дэйвом, и если солнце осталось по-прежнему светить ярко, то радость разом как-то померкла.