Чтение онлайн

– Я ничего конкретного не искала!

Брови Хэйса выразительно приподнялись.

– Я уже сказала, что… вы…

Лейла сделала несколько шагов, удаляясь от стола, за которым пряталась и словно бы отступая.

– Вы не понимаете…

– Разумеется, – кивнул Хэйс, – разумеется не понимаю. Вы и сами-то вряд ли понимаете себя, не так ли?

Черные глаза профессора выражали презрительную жалость.

– Простите, пожалуйста. Я поступила, легкомысленно, но…

– Никаких «но», мисс. В том мире, в котором вам предстоит существовать, легкомыслие жестоко карается.

–Я просто хотела узнать что-то новое. Что в этом плохого? Да и что я могу найти в вашей лаборатории, кроме зелий?

– Зелья зельям рознь. Уверяю вас, от тех, что хранятся под моим чутким руководством лучше держаться подальше легкомысленным блондинкам вроде вас.

– Я вовсе не легкомысленная блондинка!

Лицо Хэйса сделалось неподвижным. Уголок губ приподнялся, а взгляд чёрных глаз был весьма выразителен:

– Как скажите… госпожа.

Лейла густо покраснела.

– Я не… – начала она. – Вы упрекаете меня в том, что с вашим Господином я была слишком любезна?

– Упрекаю? – приподнял он бровь. – Любезна?.. Мисс Аластаир, ваше остроумие упоительно.

Какое-то время профессор и его студентка мерялись взглядами. Потом Лейла вдруг спросила:

– Почему вы примкнули к Чёрному Змею? Вы кажетесь умным и порядочным человеком. Что могло привлечь такого как вы к такому, как он?

– А что привело вас?

– Трусость, наверное, – пожала девушка плечами. – Я не нахожу в себе силы ему противостоять, потому что слишком боюсь его и не верю в свои силы. А теперь ваша очередь отвечать.

– Разве? С чего бы? Может быть, мы играем в какую-то игру, правил которых я не знаю?

Профессор Хэйс пожал плечами и добавил:

– Уж не знаю, каких откровений вы о меня ждете, но, уверяю вас, они не способны улучшить моей репутации в ваших глазах.

Лейла сжала руки в кулаки:

– Что заставляет вас подчиняться этому зверю? Идти за ним? Слушаться его? Любовь к нему? Или страх перед ним?

– Этот вопрос логичен в вашем случае. В моём – не то и не другое. – холодно прозвучало в ответ. – Мой выбор осознанный и вполне добровольный. Я выбрал мрак потому, что это кажется мне интересным.

– Интересным?!

– Временами.

– Но грязь далеко не тот предмет, что способен надолго приковывать к себе внимание такого интеллектуала, как вы, мне так кажется?

– Вы мне льстите. Я же не склонен к философским рассуждениям. Всего доброго. Дверь прямо за вашей спиной.

Как всегда, в словах профессора не было прямого оскорбления. Как всегда, Лейла почувствовала себя так ужасно, как если бы появилась в обществе изысканно одетых людей, на великосветском приёме – голой.

– За что вы меня презираете? – вскинула она подбородок вверх.

– Презираю? С чего вы это взяли, мисс Аластаир? Уверяю вас, вы ошибаетесь – я не беру на себя труда презирать вас. Мне вы попросту безразличны. А теперь подите же, наконец, вон. И не появляйтесь больше в моей лаборатории. Здесь слишком много ядовитых миазмов, которые могут быть опасными для вашего неокрепшего организма.

– Как прикажете, профессор, – ядовито отозвалась Лейла. – Сегодня вы, по всей видимости, не желаете предаваться долгим беседам?

– Никогда этого не желал. Хотите сказать, что сожалеете об этом? – с усмешкой парировал учитель.

От его тона у Лейла отчего не только зарделись щеки, но и запылали уши.

– Вы… вы ужасный человек!

– Если это вас утешит, – отвесил Хэйс насмешливый поклон.

У входа в кабинет Эссуса Лейла наткнулась на Рекса Лейна, вернее, на его фирменный, леденящий душу взгляд – словно в прорубь окунулась.

– Мисс Аластаир, – отвесил он издевательский поклон.

– Мистер Лейн, – в тон ответила Лейла.

Взявшись за дверную ручку, она вынудила его посторониться.

Чёрный Змей сидел в кресле и лениво поигрывал своей палочкой, находясь в состоянии непривычной для него праздности и задумчивости.

– Добрый вечер, Лейла, – кивнул он, когда она в нерешительности остановилась у порога.

– Добрый вечер, дядя. Вы просили меня зайти к вам?

– Просил?.. – насмешливо фыркнул он.

– Вы велели мне прийти к вам – и вот я здесь.

– Вижу.

Не поднимаясь из кресла, Эссус вытянул руку, и бутылка вместе с двумя фужерами из шкафа мгновенно переместилась, материализовавшись между ним и девушкой. Небрежно поведя пальцем, колдун заставил пробки вылететь, после чего бутылка зависла над бокалами, наполняя их рубиновой жидкостью.

Лейла едва пригубила угощение.

– Боишься, что отравлю? Или моё вино тебе не по вкусу?

– Я плохо разбираюсь в винах.

– Для такой выдержки, на мой вкус, пожалуй, крепковато, – он вернул бокал на стол. – А если говорить начистоту, то это вовсе и не моё вино. На самом деле оно, как и всё здесь, принадлежит твоему будущему свёкру, – сладко улыбнулся Эссус. – Никогда не любил алкоголь. Он призван в мир, чтобы лишить человека самого дорогого – способности мыслить трезво. Так что это и к лучшему, что ты не пьёшь.

Рюмка испарилась по мановению руки тёмного мага.

– Расскажи, – продолжил он, – как тебе понравились отведённые для тебя апартаменты? Надеюсь, они достойны той, в ком течёт кровь Нахширонов?

– Я всем довольна. Спасибо.

Чёрный Змей закинул ногу на ногу, сложил пальцы домиком и склонил голову на бок:

– Что ж, если эта тема кажется тебе неинтересной, давай сменим её. Не хочешь говорить о гостеприимстве Майлзов, поговорим о твоём профессоре Хэйсе?

Лейла в недоумении взглянула на мужчину:

– О профессоре Хэйсе? И что о нём сказать? Я его почти не знаю…

– Зато я знаю отлично. К слову, не нахожу ничего удивительного в том, что ты запала на этого засранца. Ещё бы! Он почти такой же, как ты сама, «серый ангел», да? – с издевательской насмешкой приподнял бровь Чёрный Змей. – Он даже качественнее в своей серости, если можно так выразиться. Ведь всё, на что хватает тебя, дорогуша, так это скрещивать за спиной пальцы в надежде, что никто не увидит твоего молчаливого несогласия, в то время как Хэйс …о! Хэйс пытается усердно усидеть на двух стульях, служа и мне, и Министерству. Он бесстрашно участвовал почти в каждой саботажной операции, направленной против меня, без сожаления раня, порой даже убивая моих людей. У него это называется конспирацией. Действия оправдываются необходимостью, ведь министерские ни за что не должны догадаться, на чьей стороне истинные предпочтения талантливого воспитателя юных душ. Так что ты всего лишь трусливый мизантроп, в то время как твоего профессора Хэйса следует назвать человеком действия.