Чтение онлайн

— Думаю, что в наших общих интересах, чтобы вы меньше ссорились с Комендантом. В дороге всякое может случиться, а тут еще вы со своей грызней. Так что я снова забралась к нему в голову, кое-что отрегулировала и слегка сбила его командирский гонор. В Форте я за пару секунд верну его в прежнее состояние, — шепнула она мне на ухо и, подумав, добавила. — Если захотите.

Перед отправлением Профи попыталась устроить перекличку, на что Циклоп отреагировал недовольным бурчанием:

— Поехали уже! Хватит резину тянуть!

— Все в сборе! — вторил ему отец Никон.

— Точно? — спросила Профи.

— Да! — ответили мы хором.

И драндулет, тарахтя мотором и покачиваясь, тронулся с места и завис над землей. Нас легонько тряхнуло, завибрировали стены, а под ногами прокатилась какая-то ржавая железяка.

Я крепко сжал маленькую ладошку Помилки и вдруг осознал, что боюсь не столько за себя, сколько за нее.

— Следующая остановка — Форт! — громко проинформировала рулевая, надвинула на глаза очки-консервы и нажала на газ.

Как только драндулет набрал высоту, Циклопа начало укачивать. Он попытался открыть окно, но оно не поддавалось. Тогда мутант резко вскочил с места и, зажав рот рукой, бросился к выходу.

— А ну-ка быстро сел на место! Здесь тебе не проходной двор! — приказала Профи.

Позеленевший от качки, он только жалобно замычал в ответ. Капитан нашего корабля подхватила стоящее у водительского кресла пластиковое ведро и протянула его страдальцу. Опорожнив желудок, он хотел было вернуть емкость.

— С собой возьми. Тебе оно нужнее, — распорядилась Профи.

Сев на свое место, Циклоп затихарлся, словно его тут не было.

Зато рулевая не умолкала всю дорогу. Она обрушила на нас целую лавину вопросов. Ее интересовало буквально все. Чем мы питаемся? Есть ли в Форте душ? Как мы проводим свой досуг? В какие компьютерные игры любим играть? И вообще, имеется ли у нас игровая приставка? И прочее, прочее, прочее. Мы отвечали односложно, а то и совсем не отвечали, ограничиваясь кивком головы.

Но когда речь зашла о Помилке и таинственном серебряном шаре, Профи вытрясла из меня все, что я знаю. Но так как знал я немного, то и разговор получился коротким.

В конце концов она добралась и до Циклопа. Окликнула его и начала было свой допрос с пристрастием, но тут по салону разнесся голос Миры:

— Шуба!

Причиной ее волнения оказалась черная туча. Очертания этого странного атмосферного явления напоминали гигантскую рыбу-меч, которая неслась прямиком на нас. И чем ближе, тем явственней становился шум множества крыльев и протяжное карканье.

— Симурги! — не своим голосом заорал внезапно оживший Циклоп.

Мы в панике повскакивали со своих мест. Драндулет тут же угрожающе накренился и начал терять высоту.

— Сядьте! Немедленно! — крикнула Профи.

Мы послушно вернулись на свои места и транспортное средство выровнялось.

Симурги в момент облепили драндулет и начали долбить жестяную обшивку когтями и клювами. Нас стало качать из стороны в сторону, подбрасывать и мотать.

Током по нервам пробежался страх. К нему добавилась обида. Умирать уж очень не хотелось. Сейчас, когда, миновав столько опасностей, мы были на полпути к дому, смерть казалась особенной несправедливостью.

Меня накрыло ощущение полной безнадеги. Хотелось кричать, топать ногам и рвать на себе волосы. Но истерика закончилась, так и не успев толком начаться. Я увидел, как здоровенный симург пробил клювом капот, и вся дурь мигом вылетела из башки.

— Держитесь! Посадка будет жесткой! — закричала Профи, и драндулет резко пошел вниз.

В прошлом я любил расслабиться перед телевизором за просмотром воскресного выпуска «Катастроф недели». Несчастные случаи на гоночных кортах, авиакатастрофы, застрявшие в глубинах космоса звездолеты, смерчи, наводнения — за всем этим приятно наблюдать, лежа на мягком диване с бутылочкой холодного пивка. В такие минуты особенно остро ощущаешь радость мирного бытия...

В той передаче однажды показали сюжет, который назывался «Десять советов, которые помогут вам выжить в случае авиакатастрофы». Один из этих советов прочно врезался мне в память. Он гласил: «В момент аварийной посадки нужно принять безопасную позу. Для этого положите голову на колени, а ноги обхватите руками и подтяните их к груди». Позже один знакомый доказывал мне, что все это чепуха и что это нужно не для того, чтобы пассажир выжил, а чтобы он сохранил свои зубы и было легче опознавать погибшего.

«На чьей стороне правда, покажет лишь время, но чем черт не шутит, авось сработает», — подумал я и крикнул Помилке:

— Повторяй за мной!

Опустил голову на колени, обхватил ноги руками, и малая в точности скопировала мои телодвижения.

Посадка была из разряда экстренных. Драндулет со всего маху клюнул носом землю и едва не опрокинулся. Из окон разом вылетели все стекла, а салон наполнился дымом. Все это сопровождалось такой мощной тряской, что у меня чуть кишки наружу не вывалились.

Когда машина наконец замерла, я распрямился и стряхнул с себя осколки стекла.

«Конечная, — подумал я. — Поезд дальше не идет».

Помилка, кажется, не пострадала. Я похлопал ее по спине, давая понять, что уже можно не бояться, и крикнул:

— Есть кто живой?

Отовсюду послышались охи, стоны, а потом наша командирша скомандовала:

— Что расселись? Все на выход! Скорее!

Я среагировал молниеносно, схватил Помилку и со всех ног рванул к выходу. За нами поспешили остальные. Отбежав метров триста, мы укрылись за покореженной кабиной грузовика, наполовину врытой в землю. И тут рванул топливный бак драндулета. Наш транспорт разметало на куски, которые, к счастью, не долетели до нашего укрытия.

Я выдохнул, немного расслабился и огляделся. Все было как прежде: серенько, хмуренько и уныленько. Нас окружали терриконы разных форм и размеров, оставшиеся после закрытия динамиевых шахт. Вдали маячила невысокая горная гряда — на сей раз природного происхождения, а над головой клубились тучи.

— Ни хрена себе бабахнуло! Он у тебя на чем работал? На нитроглицерине?

Мое восклицание осталось без ответа. Посмотрев на Профи, я увидел, что ее руки дрожали, а на лбу выступила испарина. Словно в замедленной съемке, она сняла очки-консервы с осыпавшимися стеклами, бросила их в грязь, и я увидел в ее глазах слезы. Стало ли жалко драндулет, а может, просто испугалась? Было не до выяснений.