Чтение онлайн

— Чего застыла на входе, старушонка? Обалдела, что ль, от великолепия моих княжеских хором? — холодно произнесла Лютега, прервав неодобрительное созерцание Благаной полотна с изображением Ахримана. — Тыковку задирать не устала? Коль пришлёпала, проходи в центр, отсель его куда как лучше видно!

— Эх, что же ты, девонька, натворила, — сокрушённо покачала головой Благана, не спеша направляясь к трону.

— Какая я тебе девонька?! Я могущественная колдунья и единовластная владычица самого мощного княжества на Руси!.. — взбешённая Лютега вскочила с трона. В её руках тут же оказался искусно вырезанный из тополя посох с навершием в виде обвивающей крупный розовый топаз золотой гадюки, которая раньше украшала посох Мельванеса. Змею правительнице преподнёс нынче уж полуистлевший Горибор, а драгоценный камень подарила Урсула.

— Ну-ну… — ёрнически фыркнула Благана. — А где, кстати, твоя умалишённая наставница? А-а-а, по запашку чую, сзади подкрадывается. Ну покажись, любезная, покажись, хорош уже под маскировкой рассекать!

С этими словами пожилая ведунья требовательно щёлкнула пальцами. Спустя миг за спиной старой чародейки, шагах в десяти-двенадцати вспыхнула голубая искорка, принявшаяся быстро кружить в воздухе, словно опоясывая некую невидимую человеческую фигуру. Через пару секунд искра превратилась в огонёк, который жадно принялся пожирать бесценную накидку хамелеона. По залу пронёсся поражённый вздох, ибо прямо из воздуха, в одной ночной сорочке стала проявляться не на шутку взбеленившаяся Урсула.

— Ты что наделала, тварь?! — в неистовой злобе взвыла заморская ведьма, ошарашенно глядя на догорающие лоскуты своего обожаемого хамелеонского балахона. — Ты хоть представляешь, поганка червивая, чего мне стоило заполучить ентот уникальный нарядец?!

— В общих чертах, — беспечно хмыкнула Благана. — Но ты не боись, навозница: нагой, так уж и быть, не оставлю! Имеется у меня один древний сарафанчик, одолжу по старой памяти. Тебе как раз впору придётся. Постирать лишь надобно будет его после тебя, ибо воняешь ты, конечно, хуже не чищенного с годину городского нужника.

— Мерзкая дрянь!.. Да как ты смеешь так разговаривать с моей покровительницей?! Сейчас мы тебя накажем! — с этими словами обозлённая Лютега направила свой посох на Благану. Через мгновение из навершия жезла один за другим вылетели пять огненных шаров размером с человеческую голову и споро понеслись прямо на пожилую волшебницу. В ответ та, еле заметно пошевелив губами, сотворила перед собой соткавшуюся прямо из воздуха стену из воды, о которую плазменные сгустки благополучно разбились, не причинив никому вреда. Последовавший далее взмах руки сбил с ног Лютегу, после чего Благана резко развернулась и с трудом успела блокировать посохом прямой оранжевый луч, коим Урсула пульнула в спину своей давней противнице. Но на этом иберийская колдунья не остановилась, швырнув в соперницу сначала пару молний, а затем с помощью шустро созданных вихревых потоков и обе позолоченные статуи Ахримана, которые стояли по бокам от трона.

— Зачем же так непочтительно со своим божеством, курносая? — едко прошамкала Благана, сумев отбить все атаки. — Может, поэтому ты и проиграешь в нашем противостоянии, что разбрасываешься изваяниями богов, словно енто мусор какой? Однако тут я тебя, пожалуй, поддержу, ибо твой Ахриман порядочно схож с объедками со стола, которые срочно треба выкинуть в выгребную яму, дабы не смердели!

— Как енто возможно?! — потрясённо просопела огорошенная Урсула. — Откуда в твоём тщедушном тельце такая могучесть образовалась?! Я всегда была пусть чуточку, но сильнее тебя! По крайней мере, в прежние годы!..

— Помимо доброго эликсирчика, который у тебя, надо признать, ничуть не слабее моего, я не трачу больше свою магическую силушку на поддержание природной молодости. Оттого, при прочих равных, мощь моя колдовская только возрастает. Ты же, регулярно используя волшбу для подпитки своей внешней оболочки, из-за этого становишься с каждым днём всё слабее и слабее! Неужели ещё не уразумела, не прочувствовала?! Крепость твоих чар стремительно угасает! Впрочем, я сама это осознала лишь после памятного противостояния с Мельванесом, когда не рассчитала… свои силы как раз по этой же причине. В своём настоящем человечьем обличье мы сильнее, чем в том, кое искусственно поддерживаем с помощью магии да извлекаемого откуда только можно живого материала. Я черпала для этого силищу из леса, воздуха, земли, растений, ты — из людских душ. Но, по сути, мы обе прихорашивались за счёт Жизни, пусть и столь разной. А ента бесследно никому и никогда не проходит.

— Закончила поучительно шепелявить?! — злобно бросила оскалившаяся, словно гаргулья, Урсула. — Тогда на, получи!

Собрав всю свою колдовскую мощь, заморская ведьма обрушила беспрерывный ледяной поток воздуха на Благану. Та, выставив пред собой посох, магическим щитом остановила мощный удар и уж собралась было швырнуть волшебную плюху в ответ, как вдруг, копчиком почуяв неладное, выкинула назад правую руку ладонью вперёд. И как оказалось, очень вовремя, ибо пришедшая в себя Лютега, два года не зря усиленно изучавшая боевую магию, соткала в воздухе багровый кнут и хлёстко жахнула им по старушке-ведунье. Излишне разоткровенничавшаяся с Урсулой Благана, всерьёз не воспринимавшая её подопечную, сумела парировать внезапный колдовской выпад, но правую руку так и не опустила, ибо княгиня следом принялась прожигать противницу пусть кривоватым, но сильным огненным лучом. Всем присутствующим стало ясно: ученица у иберийской колдуньи и впрямь была способна и талантлива; а за прошедшие пару лет Урсула знатно натаскала свою прилежную воспитанницу.

Между тем все находящиеся в зале дружно выдохнули, со страхом и любопытством наблюдая за редчайшим зрелищем: красочным магическим поединком трёх самых настоящих колдуний. В стане купцов, конечно, ушлые барышники не преминули начать делать ставки: чья же возьмёт? Дьяки, бояре да прочие сановники только придерживали себя за бородки, дабы челюсти совсем уж не отпали от изумления; светопредставление с яркими магическими вспышками лишь набирало ход.

Тем часом троица чародеек сцепилась в неравной схватке: по центру стояла Благана, широко расставившая руки, а с двух сторон вросли в пол её соперницы, нещадно пытающиеся разными стихиями пробить защиту упрямой кудесницы. Урсула беспрерывно лупила ледяным потоком по магическому щиту, который с помощью посоха соткала пред собой светлая ворожея, Лютега же буравила правую длань неприятельницы огненной струёй. Благана, коей неведомо каким образом пока что удавалось одновременно сдерживать обеих противниц, о контратаке не особо помышляла, с заметным беспокойством прикинув, что пора бы одному рыжегривому мишутке уже объявиться на магической арене, в которую превратился тронный зал.

«Просила же его не затягивать, но, кажись, он меня не расслышал… — тоскливо покумекала про себя серая каркуша, с трудом сдерживая мощную двойную колдовскую атаку, обрушившуюся на неё с противоположных концов помещения. Правая ладонь начала чувствовать нестерпимый жар, кожа на пальцах принялась покрываться огромными волдырями. — Ещё чуть-чуть, и они меня схлопнут!.. Можно, конечно, жахнуть по этим паршивкам землетрясом, но тогда дворец рухнет, словно ента курятник из опилок; сколько людей погибнет!.. Хороших человечков!.. И вместе с ними рыжий топтыга сгинет… Нет, ента не вариант! Надо терпеть!.. Да надеяться на авось… Авось и подгребёт потапыч на помощь прежде, чем меня в уголёк аль льдинку превратят!..»

Тем временем совсем рядом, в широком центральном коридоре замка проходил ещё один, пусть и не магический, но от этого отнюдь не менее интересный поединок; Ратибор сошёлся в долгожданной схватке с Брадигостом. Два могучих витязя, крепко сжав свои двуручные палаши, неизменно высекавшие искры при каждом соприкосновении, лихо зарубились в жарком противостоянии, пытаясь нащупать брешь в защите оппонента. Противники оказались достойны друг друга. Ратибор, лёгкой прогулки и не ждавший, про себя хмуро отметил, что явно недооценил бывшего чемпиона Змейграда; владел клинком тот мастерски, без особых проблем парируя все атаки рыжегривого богатыря и, в свою очередь, уже пару раз чиркнув тому по бедру и щеке.

«Спешка ни к чему хорошему не приводит, — отбивая новый выпад неприятеля, пробурчал про себя Ратибор, сам Брадигоста покамест даже не поцарапавший. — Надо успокоиться, не гнать коней на помощь Благане и сосредоточиться на сече; этот змеелюб, как выяснилось, совсем не промах! Признаться, я вообще не припоминаю, когда мне доставляли столько проблем в бою один на один!.. Отлично владеет мечом этот гад, и он… никак, быстрее меня?! Старею, что ль?! Неужели разжирел я да утратил сноровку за последнее время? М-дя, зато в Мёдограде у князя Годислава два месяца баклуши в тереме с душой попинал… Вкусно ел, вдоволь пил и сладко спал, когда надо было тренироваться денно и нощно! Срам, да и только!..»