Чтение онлайн

Пока, исходя из здравого смысла он предполагал, что заезжая парочка если и впрямь находилась в городе, то скорее всего сама что-то или кого-то искала. Но ведь искать можно по-разному в зависимости от того, что ты ищешь. Одно было ясно почти наверняка – учитывая, что команды на поиски были даны негласно по обоим каналам двух воюющих кланов, присутствие парочки в городе было санкционировано каким-то государственным органом (скорее всего спецслужбой). Этот вывод приводил к очевидному вопросу – почему они в таком случае действуют тайно?

Судя по всему не только в голове Разводилова бродили подобные мысли. Во время одного из совещаний, когда шеф по привычке принялся разносить бездельников неспособных отыскать в двадцатитысячнике два «заезжих рыла», амбициозный капитан Ларинцев, умевший сгладить взрывоопасную агрессию шефа напускной придурковатостью, «простодушно» поинтересовался:

– А что они тут ищут вообще?

– Колян, ты че с луны свалился? – тут же осадил его Гайнуллин.

– Не, ну если знать хотя бы примерно, будет проще понять их логику.

– Просто ищи мурзилок. – Сказал Мухин. – У них на рожах все написано.

– Че ты несешь, Ларинцев? – шеф приблизился к нему, угрожающе щуря медвежьи глазки. – Как это тебе, бл..дь, поможет?

Ларинцев нацепил туповатую улыбку.

– Ну вот если они допустим ищут клад – тогда они ходят по лесу и мы их вообще не увидим. Другое дело, если они ищут, скажем… человека.

Шеф нахмурился. Разводилов ожидал, что он сейчас взорвется, но тот сказал неожиданно:

– Они не ходят по лесу.

«Значит, все-таки ищут человека», подумал Разводилов. Молодец Ларинцев.

Шеф выделил новый срок до конца недели. Использование соревновательного принципа в работе казалось Разводилову не слишком профессиональным – обусловлено это было видимо иерархической особенностью самой группы приближенных, в которой все были начальниками подчинявшимися только шефу, но Разводилову такой расклад был на руку. Велено было также то ли в шутку то ли всерьез «напрягать» не только подчиненных и осведомителей, но и членов семей.

В отличие от коллег Разводилов не мог формально отнестись к розыску таинственной парочки, спрятавшись за коллективной ответственностью, потому что от него результата требовала мэрша. Он днем и ночью думал о проклятой парочке, строил теории и предположения. Разумеется он тоже напряг все свои ресурсы, экспериментировал с различными параметрами видеомониторинга и сам проводил много часов за просмотром видео, а когда шел по улице как одержимый вглядывался в лица всех шедших парой. Хотя «парочка» в целях маскировки как раз скорее перемещалась бы порознь. Все это не имело смысла, но после брошенной Ларинцеву подсказки от шефа, Разводилов вцепился в нее, как голодный пес в брошенную кость.

«Если они ищут человека, – рассуждал он, поигрывая янтарными четками, – являясь при этом представителями власти и в этих поисках не задействована местная полиция, значит речь идет о каких-то внутривластных разборках. Но если местная полиция скорее играет против них, значит тому, кого они ищут, полиция либо помогает прятаться, либо он или они имеют на нее влияние».

Разводилов вышел из кабинета и направился по коридору в туалет, продолжая размышлять – он предположил, что с прояснением вопроса о том, кто может влиять на полицию ему могла бы помочь мэрша. Надо будет позвонить Левормаеву, решил он, и хотел было уже зайти в туалет, как взгляд его привлекла странная картина за окном в торце коридора.

Он подошел ближе и увидел знакомого субъекта в кожаной куртке, который пару недель назад вальяжно общался с шефом в курилке. Разводилов тогда окрестил его «Косматым». Сейчас «Косматый» стоял рядом с Гайнуллиным возле его «БМВ» и смеясь похлопывал заместителя шефа по плечу.

В свете новых мыслей субъект и особенно его поведение показались Разводилову подозрительными. Он оглянулся на пустой коридор и спрятавшись за простенком, достал смартфон, включил беззвучный режим и поставив устройство на подоконник сделал несколько снимков. Пара из них вышли очень удачными – улыбающееся лицо Косматого запечатлелось в превосходном качестве, причем в двух нужных форматах – в профиль и почти в анфас.

Вернувшись из туалета, Разводилов сразу же загрузил фотки Косматого в программу биометрического поиска и к немалому удивлению обнаружил, что ни одна камера в городе не видела этого субъекта. Конечно, Косматый мог избегать муниципальных камер (для проверки остальных требовалось время), но – зачем? Кто этот тип? Почему, несмотря на то, что он явно хорошо знаком с начальством, о нем самом ничего не известно? И наконец – не его ли как раз ищет эта полумифическая парочка?

Разводилов почувствовал как пробуждается какой-то давно забытый инстинкт.

Конечно, проще всего было спросить о Косматом напрямую у Гайнуллина. Он бы так и сделал, если бы не мэрша – ему не хотелось навлекать на себя подозрение излишним любопытством, поэтому вечером он встретился с Волом и показал ему фотографию Косматого.

Вол сказал, что видел этого субъекта пару раз в ресторане с шефом и Гайнуллиным и что этот тип какой-то коммерсант из Сыктывкара, но больше он ничего не знает.

– Разнюхай кто это и узнай где в Зимнем живет. – Поручил ему Разводилов. – Только осторожно.

– Чувак на хера тебе это? – закапризничал Вол. – Ты же теперь поднялся, сам можешь спросить у Ильдара.

– Слушай, Вол, ты ведь так и не выполнил ни одной моей просьбы. Я не спорю, тебе пришлось побегать, так что давай договоримся – это будет твое последнее задание. Больше я тебя не побеспокою.

– Обещаешь?

– Ага.

– Ну ладно.

Разводилов чувствовал воодушевление весь вечер – ему казалось, что он напал на след и главное – отныне никто не мешал ему заниматься работой.

Ночью ему снилось что он с пулеметом Калашникова преследует по изломанному предгорьем лесу двух субъектов. При этом он испытывал охотничий азарт и чувствовал силу в собственных руках – пулемет лихо косил кусты и даже деревья, буквально как траву. Парочка между тем была где-то совсем рядом и казалось вот-вот он настигнет ее – то она сидела на ближайшем холме, то пряталась в крапиве за ручьем.

Разводилов каким-то образом всякий раз знал, где она, но при этом не видел ее. Порой ему попадался Лыткин – он хорошо видел его рыжеватое лицо. Лыткин тоже участвовал в преследовании, но как-то странно – не то в роли оператора, не то какого-то посыльного. Он периодически появлялся на пути и за что-то укорял Разводилова, цокая при этом языком и приговаривая: «ну я от тебя не ожидал», «ну ты даешь». Разводилов чувствовал себя виноватым перед ним, но не мог понять в чем именно заключается его вина. В какой-то момент, когда он спустился в небольшую низину, по которой шел поливая окружающие заросли свинцом, Лыткин увязался за ним и все крутился где-то рядом – почему-то у ног, а потом Разводилов вдруг обнаружил, что это не Лыткин, а Вол.