Чтение онлайн

Разводилов выдержал пристальный взгляд «венецианского отравителя», хотя это было непросто. Он изо всех сил пытался изображать удивление, прекрасно понимая, что не силен в актерской игре – жена не раз говорила ему, что он не умеет притворяться. И все же опыт и здравый смысл подсказывали, что при худшем варианте, все бы закончилось в другом месте.

– Ты уже понял почему ты здесь? – спросил Гайнуллин.

– Я должен его найти?

Гайнуллин кивнул.

Разводилов нахмурился, делая вид, что задумался – он понимал, что должен задать какой-нибудь очевидный вопрос, чтобы его не сочли до подозрительности догадливым, но ответы на все очевидные вопросы Разводилов уже знал и задавать их, прилагая очередные актерские усилия ему чертовски не хотелось, но выбора не было.

– Что он здесь искал?

– Это не важно. Слушай, – Гайнуллин глянул по сторонам и упер руки в бока, – давай по чесноку, братан, со мной не надо изображать придурка, я знаю, что котелок у тебя варит, и ты уже догадался почему шеф выбрал тебя.

Разводилов задумался – ответ, конечно напрашивался сам собой.

– Потому что он из приближенных?

Гайнуллин кивнул и указал пальцем в яму:

– О том что здесь было зарыто знали только десять человек в отделе. Конечно, они могли проболтаться, но у нас есть достоверные сведения, что кто-то из наших сливает информацию мэрше. Все знают, что ее шеф копает под нашего, но здесь им ничего не светит. Проблема сейчас в самой крысе, понимаешь? Ее надо найти как можно быстрее и главное – без шума.

– О проверках и опросах значит можно забыть?

– Ты спец по камерам. Лучше если все так и разрулится.

– Точная дата раскопки известна?

– Да, ночь с одиннадцатого на двенадцатое, неделю назад. Сторож утром увидел яму, хотя вечером ее еще не было. Поехали, я кое-что покажу. – Гайнуллин развернулся и зашагал по отмостке. Разводилов поспешил следом, он только сейчас начал осознавать масштаб возникших на горизонте проблем.

В машине как назло в топку тягостных дум подбросила дровишек эсэмэска от охранника мэрши Левормаева, который в запасном смартфоне Разводилова был зашифрован под именем «Рита Колыма».

«Куда пропала, принцесса? – вопрошала Рита Колыма. – Срочно перезвони!»

Разводилов сдвинул брови, что не ускользнуло от внимания Гайнуллина.

– Че там, проблемы? – поинтересовался он.

– Да ерунда.

– Все дела можешь отложить пока. Занимайся только этим. Как ты понимаешь теперь от этого зависит твое будущее.

– Понимаю.

Если бы это было так просто…

В отделе Гайнуллин привел его в кабинет на втором этаже по соседству со своим, раньше в нем сидел уволенный по выслуге зам по матчасти полковник Синицын. Стол его был завален грязными флешками разных размеров, внешними жесткими дисками и даже дисками DVD с наклейками.

– Записи с муниципалок в облаке, сам знаешь, – Гайнуллин постучал по компьютеру, – а это, – кивнул он на стол, – я собрал у частников, но так и не разобрался. Тут может и не все.

– Камерограмма нужна, – деловито кивнул Разводилов, – карта и хронология.

– Ну за дело, брат, – одобрил Гайнуллин.

Разводилов отодвинул стул, сел и включил компьютер. Отыскал файлы в облаке, затем распечатал карту фрагментами. Гайнуллин все это время стоял над душой, скрестив руки следил за действиями Разводилова, вызывая у того учащенное сердцебиение.

Разводилову стало казаться, что – чем черт не шутит – откроет он сейчас какой-нибудь файл и Гайнуллин увидит крупным планом его физиономию натягивающую балаклаву. Веселенькая будет сцена, правда не для всех. Разводилов понимал, конечно, что это невозможно – лучше него в отделе никто не знал расположения городских камер и в ту ночь он все предусмотрел. Однако никогда нельзя быть на сто процентов уверенным насчет камер частников, которые те вешали без разбора на фасады своих магазинов и ворота домов.

Разводилов открыл запись с дорожной камеры на улице Кирова, которая не могла засечь его в ту ночь и отметил на карте видовую точку.

– Ладно, работай, – сказал наконец Гайнуллин и вышел из кабинета.

Разводилов тут же откинулся в кресле и тяжело вздохнул. В кармане снова вибрировал смартфон. Проклятая «Рита Колыма» не давала покоя.

– Возникли проблемы! Перезвоню! – бросил Разводилов в телефон и не слушая ответа отключил его.

Надо было взять себя в руки, все рассчитать, все продумать.

Разводилов оглядел грязные, заляпанные, исцарапанные флешки и диски, хаотично сваленные на столе и принялся их аккуратно раскладывать. Постепенно мысли его тоже стали приходить в порядок. Он в полной заднице, спору нет – с одной стороны заоблачный срок, с другой и того хуже. Причем первое отнюдь не исключало того, что похуже.

В конце концов, Разводилов решил пока действовать тактически. От попыток осмыслить все проблемы разом голова шла кругом. Для начала следовало воспользоваться полученным шансом и убедиться, что сам он в ту ночь нигде не засветился.

Разводилов скрупулезно отметил расположение всех камер в зоне маршрута, пронумеровал их, указал видовые точки, секторы обзора, и принялся поочередно просматривать записи. У него все же было одно преимущество – в отличие от Гайнуллина он знал точное время движения и маршрут «злоумышленника». Однако вместе с тем, ему приходилось искать на записях не только себя и свою машину, но и другие камеры, которых он мог не заметить.

За три часа работы Разводилов обнаружил две такие камеры – одну над воротами жилого дома в километре от общежития, другую – на углу пивного магазина «Хмельной Хомяк». Для Разводилова это стало неприятным открытием – в глубине души он был уверен в собственной наблюдательности. Причем если первая камера ничем ему не грозила, то в сектор обзора второй попадал значительный кусок Осеннего переулка, по которому Разводилов объезжал в ту ночь хорошо просматриваемую улицу Кирова.

Самое досадное, что он изучал эту местность буквально за день до выезда, и тогда фасад «Хмельного Хомяка» был чист. Неудивительно, конечно – магазин недавно открылся, но если бы не везение с заданием от шефа, он мог бы серьезно вляпаться.

Потратив еще около часа на изучение камер, Разводилов убедился, что пока единственной проблемой оставался «Хмельной Хомяк». Впрочем облегчения это не принесло – камеры наблюдения не предназначены для фиксации других камер и в идеале следовало пройтись по маршруту еще раз, благо теперь у него для этого имелся повод. Разводилов встал из-за стола, чувствуя как подступает головная боль.

***

К «Хмельному Хомяку» он приехал, когда город уже тронули ранние сумерки – в редких окнах брезжил мутный свет, мокрые листья липли к ботинкам. На крыльце, под нарисованным хомяком в шапке-ушанке топтался алкаш, стреляющий мелочь. При виде полицейского он скатился по лестнице и теперь слонялся неподалеку.

Разводилов взглянул на камеру над вывеской. Камера была китайская, но не самая дешевая, явно с неплохим разрешением и судя по направлению объектива прекрасно просматривала Осенний переулок до самого перекрестка.