Чтение онлайн

Ждать приёма у главы Академии почти не пришлось. Не прошло и пяти минут под неодобрительным взглядом секретаря, решившего, что я опять явилась отчитывать за проведённую дуэль, как меня пригласили.

Новый ректор не изменил обстановку кабинета и чинно восседал за массивным рабочим столом. В углу у кофейного столика на кресле для важных посетителей расслабленно сидел наш куратор. В воздухе стоял характерный запах коньяка с вкраплением цитрусовых. Лёгкий румянец и блестящие глаза обоих мужчин указывали на то, что с утра они успели принять не по одной рюмке, хотя тару и закуску предусмотрительно убрали с глаз. Куратор, заметив мой интерес, ободрительно подмигнул.

– Я вас слушаю, молодой человек, - ректор прервал паузу.

– Староста пятой группы первого курса с прошением пересмотреть вчерашнее решение относительно проходного балла на экзаменах, - чётко доложила я. Судя по некоторым особенностям поведения ректора, он был из военных, а они не любят долгие реверансы и хождения вокруг да около.

– У меня нет привычки менять свои решения, - лениво ответил ректор.
– Почему вы думаете, что я сделаю это сейчас?
– он снисходительно улыбнулся. Мол, давай, уговаривай.

– В группе учатся двое целевиков, чьё обучение и, соответственно, оплата, зависит от их успеваемости. А также несколько отпрысков влиятельных родов и торговых домов ряда государств. Все они достойно сдали прошлую сессию и вряд ли тем, кто их сюда послал, понравится отчисление из-за посторонних людей.

– Продолжайте, - ректор опёрся локтями на стол и положил подбородок на сложенные руки.

– Наша группа единственная, которая получила столь сложно-выполнимое условие. При этом нет достаточно объективных причин для этого. Со стороны может показаться, что вам просто надо избавиться от части студентов, неважно, от кого и каким образом. Подобное мнение может привести к отказу обучаться в Академии - вдруг, студент попадёт в такую "лишнюю" группу?

– Вы меня приятно удивили, - ректор не дал сообщить остальные аргументы.
– Признаться, я ожидал что-то вроде "простите, мы больше не будем, сколько хотите за отмену". Однако, вы же староста.

Я согласно кивнула, не понимая, куда он клонит.

– Вы должны подавать пример остальным, а вы?
– ректор взял с края стола толстую папку.
– Дуэль, дуэль, дуэль, - он перебирал в ней листки.
– У вас одного за семестр дуэлей больше, чем по всей Академии за год!
– мужчина небрежно бросил папку на место.
– С таким поведением и в вашем возрасте, хотите сказать, что сдали сессию самостоятельно?

Это он что, даже не намекает, а почти прямо говорит, что я - злостный взяткодатель? И ждал с поклоном и высокой стопкой монет? Ректор откинулся в кресле, сложил руки лодочкой и поднёс к лицу.

– Я выполню вашу просьбу об отмене группового условия, - он не дал времени возмутиться предыдущим высказыванием.
– Но только если она будет выполнена по традиции раас.

Я опешила. Он ещё и издевается? Или всё-таки ошибся в названии народа.

– Ра-ас?
– я повторила по слогам.

– Да, - ректор кивнул.

– Вы хотите подтвердить договор согласно традиции раас?
– ещё раз уточнила. Вдруг, всё-таки ошибается или я не так поняла или услышала.

– Именно так, - ректор снова кивнул.

– Может, всё-таки рха-ас, - подсказал куратор со своего кресла, но ректор продолжил настаивать на своём предложении.

– Я же ясно сказал - раас!

Я сжала кулаки, стараясь сдержать возмущение и негодование.

– Ваше условие услышано и неприемлемо. Прошу прощения за отнятое время.

Не дожидаясь ответа, развернулась на месте и вышла из кабинета. Секретарь с сочувствием проводил взглядом, когда я, еле сдерживая гнев, прошла мимо. Ну надо же! С рхаас я бы ещё согласилась. Пять минут позора перетерпеть можно, но это! Педофил старый! А если, как и все, истинный пол не знает, то ещё и педераст. Как такого могли ректором назначить? Наверняка знал ведь, что откажусь, кто бы согласился? Нет, чтобы сразу сказать, что вопрос не обсуждается. А куратор, похоже, не подозревал о его желании.

В расстроенных чувствах я зашла в класс, где, не заметив, столкнулась с одним из наших задир. Рассеянно извинилась и пошла дальше на своё обычное место сзади. Повисла недоумевающая тишина. Одногруппники ожидали словесной перепалки в тщательно выдержанных тонах и вежливых выражениях, не нарушающих придворный этикет. А тут такой маневр - "извините, что вы наступили мне на ногу".

– Владо, вы в порядке?
– вопрос Лияны вывел из состояния отрешённости.
– Что-то случилось?

– Я только что от ректора.

– И?
– кажется, студенты затаили дыхание в надежде на хорошие новости.

– "Я не имею привычки менять свои решения", - я передразнила ректора.

– И что теперь делать?
– расстроенно спросил Куомо. Он честно учился, но успехами не блистал. Не думаю, что после отчисления его вернут на учёбу.

– Учиться, учиться и ещё раз учиться, - будем делать хорошую мину при плохой игре.
– Нельзя сразу сесть и лапки сложить. С преподавателями вчера договорились. Категорический отказ только по этикету. Народности и математику тоже самостоятельно придётся подтягивать. За остальное суммарно десять львов в месяц, всё-таки курс целиком повторять, - я поделилась результатами вчерашних переговоров. Списки наименее понятных предметов уже свела в таблицу, поэтому примерная цена репетиторства и была озвучена.

...

– Ишь ты, гордый какой, - чуть презрительно произнёс ректор, стоило только закрыться звери за спиной паренька.
– Подумаешь, поползал бы на коленях, не переломился бы.

– Поползал на коленях?
– возмущённо воскликнул рихард.
– Ты, вообще, понимаешь, что ты ему предложил? Это по традициям рхаас ниц падают и обувь вылизывают, а раас скрепляют подобные договора, - мужчина замялся, подбирая слов, - соитием. И ему, как просителю...

Рихард не договорил, только досадливо махнул рукой. С лица ректора сползла улыбка.

– Ты это серьёзно? А что не поправил?

– Да тебя три раза переспросили! Но ты когда кого слушаешь?

Ничего не ответив, ректор достал из шкафа початую бутылку и два бокала. Молча налил.

– Чего ты вообще к ним привязался?
– спросил Рихард, чуть отпив коричневой жидкости. До прихода старосты они уже употребили вдвоём по паре бокалов и третий с утра казался уже лишним.

– Не люблю таких вот богатеньких за счёт родителей, считающих, что им всё можно, - признался ректор. Свой коньяк он выпил почти залпом.
– А тут почти вся группа такие, да ещё этот мальчишка. Ладно бы, получал неуды, как остальные, так нет, ему в отличники захотелось!