Чтение онлайн

Я принес их к скелетонику и сложил горкой. Достал монаду добавил к куче.

Ничего.

Для создания турели требовалось пять монад, но они шли туда и без защитного кожуха. Может тут слишком большой объем металла?

Я подумал и добавил еще одну монаду, потом еще одну. Это не помогло. Я психанул и положил сразу десять!

Нефига!

Система явно противилась моей задумке. И если на улучшение отдельных частей она «дала добро», то на бронирование скелетоника никак не соглашалась.

Да и черт с ней!

Я собрал и спрятал все монады. Не хочешь – как хочешь!

В гараже гоблинов я нашел кучу небольших болтов и гаек. Насверлил дырок в панелях и каркасе. Пришлось поработать болгаркой, чтобы подогнать панели друг к другу. Выглядело топорно, зато теперь все основные узлы и жизненно важные органы оператора были прикрыты обшивкой корабля пришельцев. А это весьма прочная броня! Пусть и не системная, которую я, если честно, надеялся организовать, но все равно гораздо лучше того, что было раньше.

Скелетоник выглядел брутально, как и должен самодельный агрегат боевой направленности. Черт! Да увидь я такой на поле боя, еще сто раз бы подумал, стоит ли воевать с отморозками, создавшими этого монстра.

Но в новой конструкции было еще одно изменение. Причем, критическое. Она перестала быть пассивной. Точнее, я полагал, что мне удалось встроить системный источник питания в механизм скелетоника. Если бы Система не уперлась бараном и не стала противиться использованию её возможностей для обвешивания каркаса броней, я бы не сомневался в успехе. Сейчас сомнений тоже не было, но крохотная заноза где-то сидела. Получится ли?

Я вручную открыл отсек и установил малый источник системной энергии. Шины, подходящие к контактам, я собрал по примеру гоблинских конструкций, только выполнил их из системного металла. Отсек сделал таким образом, чтобы иметь возможность разместить как маленькую, так и большую батарейку. Никакой системы регулирования входного напряжения не было, никакого управления подачи питания. Вообще ноль контроллеров! Но я не сомневался, что эта схема будет работать. На малом источнике коэффициент усиления будет меньше, на большом – больше.

Что ж, настал момент истины!

Я забрался в скелетоник, уже подзабыв какого это быть в нём. Пристегнулся. Попробовал пошевелить рукой.

С тихим шелестом и мягким, но ощутимым усилением, рука взмыла вверх. Приваренный к ней здоровенный меч, уставился острием в небо.

Да! Получилось!

Я взмахнул мечом, повертел им, сделал пару выпадов.

Система исправно работала.

Я ощущал, что теперь двигаться проще, затрачивается меньше усилий, я вообще чувствовал себя, словно воздушный гимнаст на батуте. Подпрыгни – и взлетишь!

Это как разница между вождением машины с гидроусилителем руля и с его электрическим аналогом. Информативность минимальная, зато можно крутить одним пальцем.

И теперь электрический усилитель был встроен в скелетоник.

Я подпрыгнул. Просто чтобы проверить как высоко смогу. И сам испугался высоты прыжка. Экзоскелет со мной внутри взлетел на четыре-пять метров и затем резко, но мягко приземлился в десяти метрах от точки старта.

Вот это круто! Старая версия так не могла. Да, я тоже прокачал мышцу, так что усиливать было что, но я не сомневался – питание от системных источников сделало свое дело. А если установить большую батарейку… я вообще смогу перепрыгнуть гору?

Попробую при случае.

Всё! Со скелетоником закончили. Нужно было выяснить, как там Петрович и продолжать сборы.

Солнце уже садилось, а я хотел выдвигаться рано утром. Так, чтобы до восхода. Даже завтракать собирался в пути, а не у корабля.

Но чтобы выйти вовремя нужно было дособирать вещи, подготовить корабль к консервации и «спрятать» его под землю.

Петрович пришел в сознание, но не хотел ни с кем говорить.

Оля переживала, но я уговорил её заняться делами. Они с Дарианом ушли собирать вещи. Таха осталась присматривать за Петровичем. Теке крутился у ног хозяйки.

– Ты уж прости, что пришлось сделать это, – начал я, – но иначе ты бы сдох.

Смягчать тон я не собирался. Петрович отказывался говорить, значит был обижен или зол. Мне сейчас плевать на его чувства, главное, чтобы не решил втихую наложить на себя руки.

– Ну так и дали бы сдохнуть. Всё лучше, чем так!

– Погоди. Дай Тахе время. У неё получится. Я уверен! Будешь еще на своих двоих бегать.

– Ага, на своих обрубках, – Петрович скривился.

– Таха, – позвал я. – Шанс есть?

– Если не будет сопротивляться, то возможно.

– Ты еще и сопротивляешься?

Я удивленно уставился на Петровича. Он выдержал взгляд и, сдерживая гнев, произнес:

– Если через двое суток не выйдет, убей меня. Дай слово! Я не буду обузой! Если не дашь слово, найду способ избавить вас раньше от этого бесполезного куска мяса.

Я посмотрел на Таху, та отрицательно покачала головой.

– Даю слово, – произнеся я, развернулся и вышел.

По крайней мере теперь он не будет ничего предпринимать два дня. Это немало. За это время многое может измениться.

Я вышел из корабля и пошел в кормовой отсек. Туда, где располагался убитый двигатель. Снова нужно было занять себя делом, чтобы не нервничать, не гневаться и случайно кого-нибудь не убить.

От этого двигателя, прежде чем я утоплю корабль в земле, мне хотелось позаимствовать прозрачную изоляцию. Я полагал, что она экранирует поле, которое создает Система, и которое не позволяет работать у нас электрическим приборам. Если это действительно так, то я смогу неплохо развернуться. По крайней мере создать что-то, работающее на батарейках и при этом не системное, шансы есть. Мне не понравилось, как Система ни с того ни с сего решила вставить мне палки в колеса со скелетоником. Может быть, там был какой-то глубокий конфликт, но сейчас мне некогда разбираться в таких тонкостях. Надо сваливать отсюда.

Так что я просто решил набрать побольше этой самой изоляции и прихватить нужные детали в гоблинском гараже, а уже позже, в спокойной обстановке немного поэкспериментировать.

Я успел срезать пару квадратных метров этой прозрачной хрени, когда услышал топот снаружи. Кто-то вбежал в гараж, причем по перестуку шагов легко читалась паника.

Выйдя из двигательного отсека, я едва не столкнулся с Олей.

– Там, – тихо произнесла она. – Идем.

Мы вышли.

Оля указала пальцем на северо-восток.