Фарфоровая кукла. Ненависть на грани
Шрифт:
Прикрываю глаза, чтобы он не увидел моих чувств. Такой, как он, никогда не полюбит такую, как я…
Останавливается, шумно выдыхает и целует мои губы, проводит по ним языком, прикусив нижнюю, оттягивает её. Острые, волнующие и будоражащие ощущения прокатываются по телу. Прижимаюсь сама своими губами к его. Он выдыхает мне в губы с облегчением и отвечает на поцелуй нежно, но я чувствую его нетерпение. Мои руки ползут по его затылку, погружаю пальчики в его волосы и сжимаю в кулаках. Рычит…
— Соня… — опаляет горячим дыханием, сжимает попу и стонет, — как же я тебя хочу…
Прижимаюсь к нему сильнее и целую, вкладывая в свой поцелуй надежду, боль и любовь… Денис наматывает мой хвост на кулак, откидывает мою голову и припадает губами к шее. Горячие искры собираются в огненный шар и бьют вниз живота. Стону в голос. Он поднимает затуманенные страстью глаза и смотрит на меня — ему нравится моя реакция.
— Нам нужно остановиться, — болезненно шепчет.
Опускает меня на ноги и, придерживая меня рукой за талию, свободной рукой берёт мою и дотрагивается до ширинки джинсов.
— Просто погладь, — просит сдавленно.
Замираю на мгновение, неловко оглядываю кабинет, в котором мы остались одни, врач тактично покинула нас. Утыкаясь лицом ему в шею, сжимаю руку на эрекции, провожу нежно сначала вверх, а затем вниз, чередуя свои манипуляции. Мамочки, какой же он у него большой и твёрдый… Чувствую, как мои трусики намокают, и я пытаюсь свести ноги. С губ Дениса слетает рык-полустон. Он сжимает меня в объятиях и шепчет в ухо:
— Поехали на зимнюю прогулку в лес. Я знаю одно красивое место.
— С удовольствием, — заставляю себя переключиться с нашей близости на его слова.
Зимнее свидание?
Или я себе придумываю?
Зимний лес укутан белым пухом, снег хрустит под ногами Дениса, а деревья, словно в сказке, покрыты тонким слоем инея, сверкающим на солнце. Воздух свежий и морозный. На поляне, где мы остановились, снег лежит ровным белым ковром, и вокруг всё кажется волшебным и спокойным. Вдалеке видны домики базы отдыха, спрятанные среди елей, а мы стоим на этом снежном просторе, окружённые только природой и тишиной.
— Постоишь пять минут, я до багажника и обратно, — чмокает меня в нос, убедившись, что крепко стою на ногах, возвращается к машине.
Приносит одеяло и пледы. Укутывает меня в плед, заботливо поправляет капюшон. Предлагает сесть на толстое шерстяное одеяло, которое он раскладывает на поваленном бревне. Его забота приятна, и я не могу сдержать счастливую улыбку. Сам, перекинув одну ногу через бревно, садится рядом.
— Почему пикник? — интересуюсь, оглядывая заснеженный пейзаж.
— Красиво и необычно, — низко рокочет, смотря на мои губы. Сердце учащённо стучит под его взглядом.
Он достаёт из багажника термосумку и разворачивает её содержимое: шашлык из курицы, баклажаны с грецкими орехами и хинкали. Всё это он аккуратно расставляет на складном столе, который я даже не заметила раньше.
— Сегодня у нас грузинская кухня, — поясняет он. — Красное вино Киндзмараули, и травяной чай.
— От чая не откажусь, — робею под его прожигающим меня взглядом.
— Сонь, немного вина не помешает. Главное — доверять человеку рядом с тобой, — мягко настаивает он. — У нас и повод есть, ты ведь сегодня сделала три шага! Этот подвиг надо отметить!
— А я тебе доверяю? — поддразнивая его, флиртую.
— Рядом с тобой, сам себе не доверяю, — голос становится низким и вибрирующим, от чего мурашки пробегают по моему телу. Чувство острого волнения захватывает меня целиком.
Налив вина, подносит его к моим губам и поит, а затем целует, ласкает губами и языком. Отрывается от меня, давая вдохнуть кислорода, которого в лёгких не осталось. Так пить вино мне нравится… — Надо поесть, иначе всё остынет, — смиренно вздыхает и открывает контейнер с шашлыком, подносит к моему лицу кусочек на вилке. Я делаю небольшой укус, чувствуя, как мягкое и сочное мясо тает во рту.
— Вкусно? — с улыбкой спрашивает Денис.
Киваю, и он снова берёт кусочек, медленно подносит его к моим губам, дразня и заставляя немного наклониться к нему ближе. Откусывает сам и даёт вилку мне в руки.
— А это попробуй, — говорит он, поднося к моим губам баклажан с ореховой пастой. Насыщенный вкус орехов смешивается с нежной текстурой овоща. Я закрываю глаза, наслаждаясь.
–– Если ты такой кайф получаешь от еды, хочу посмотреть, что же будет, когда кончишь…
Открываю глаза и откладываю вилку, загребаю рукой снег и, слепив снежок, запускаю в него.
Уворачивается и, глядя в глаза, серьёзно произносит:
— Кукла, давай сегодня останемся ночевать на базе отдыха, — кивает он на домики вдалеке…
ГЛАВА 47
СОНЯ
Сидя на диване, я нервно оглядываю интерьер загородного дома. Дом из брёвен, с высокими потолками и массивными деревянными балками, источает тепло и уют. На полу роскошные шкуры, а стены украшены природными мотивами, без лишнего декора — всё выглядит очень дорого. Мягкий свет свечей, расставленных на полках, придаёт атмосфере умиротворение, а из большого камина, облицованного камнем, доносится тихий треск поленьев. Лёгкий запах дерева и хвои приятно кружит голову.
— Ты бабушке позвонил? — нервничаю, не скрывая волнения.
— А ты своей? — со смешинками в глазах усмехается.
— Нет, — смущённо отвожу взгляд, чувствуя, как щёки начинают гореть.
Он подходит ближе, опускается передо мной на корточки, и его взгляд становится мягче.
— Сонь, уже поздно. Мы замёрзли, давай я включу финскую сауну. Отогреемся, попьём чаю с лесным вареньем. Если хочешь, потом сразу пойдём спать. Или посмотрим киношку. Не переживай, Алевтине Петровне я сейчас позвоню. Хотя, думаю, ей уже доложили — база ведь наша, и домик личный, он никогда не сдаётся.
— Хорошо, — шепчу, чувствуя, как румянец горит на щеках.
— Вот ты балбеска, — он ухмыляется и, посмеиваясь, обнимает меня. — Чего ты напридумывала себе? Сидишь, трясёшься.
— Ничего я не придумывала, просто замёрзла, — бормочу, сопя в его объятиях.
— Так и быть, поверю, — он, хохотнув, встаёт и направляется к двери. — Но в сауне ты мне расскажешь, что за шаловливые мысли летают у тебя в голове. Ушёл включать баньку, или лучше отогреть тебя другим способом? — подмигивает и улыбается.