Чтение онлайн

К чёрту это всё! — раздражённо думаю, ворочаясь на кровати. Почему я, как олух, мучаюсь бессонницей, когда моё «снотворное» спит буквально в соседней комнате? Всего-то и нужно — перейти из одной комнаты в другую. Три часа ночи, она наверняка спит крепким сном и даже не заметит моего прихода. А утром, когда будет светать, я просто тихо вернусь в свою комнату.

Тихо прокравшись к ней, любуюсь, как она мирно спит, словно кукла. Аккуратно откидываю покрывало и слышу яростное шипение.

— Люци? — недоумеваю, понимая, что разбудил кота.

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш... — продолжает фыркать эта пушистая варежка, встав в боевую стойку.

— Ты, блядь, серьёзно? Будем девчонку делить? — с лёгкой иронией спрашиваю его, складывая руки на груди.

Кот не отступает. Он злобно машет хвостом, словно собирается броситься в бой. Охреневая смотрю на него, не зная, смеяться или злиться.

— Я чувствую, как Люци водит хвостом по ногам, — вдруг слышится сонный голос Сони.

— Ну вот, поздравляю, братан. Ты её разбудил, — с недовольством говорю коту, машу рукой на Соню, а демон переключается и бодает её в лицо, мурча, ластится.

Офигеть… И тут меня осеняет смысл её слов. Я застываю, ошеломлённый внезапным осознанием.

— Что ты сказала? Повтори! — восклицаю, ошарашенный, и надеясь, что не ослышался.

— Кажется, я почувствовала, как Люци бил хвостом по моим ногам, — повторяет Соня, но на последних словах её голос срывается, и она начинает захлёбываться рыданиями.

Мгновенно бью рукой по ночнику, чтобы включить свет, и начинаю водить руками по её ногам, севшим от волнения голосом спрашиваю:

— Чувствуешь?

— Да-а-а, — плачет она, но в этих слезах радость. Я сам едва сдерживаю свои эмоции.

Ком в горле на мгновение перехватывает дыхание, но счастье пробивается наружу. Громко смеюсь от облегчения и радости. Каменная плита, давившая на мои плечи всё это время, наконец падает.

Кидаюсь к ней, сгребаю в свои объятия, качаю, словно маленькую, и, смеясь, шепчу:

— Умница моя, у тебя всё получилось!

Наверное, мы подняли слишком много шума, потому что в комнату тут же врываются заспанные бабушка и Владимир.

— Дети, что случилось? — Госпожа держится за сердце, с тревогой оглядывая нас.

— Чудо! Бабуль, случилось чудо! — кричу я, не в силах сдержать радости.

ГЛАВА 46

СОНЯ

Начало декабря

Стоя на брусьях, я чувствую, как каждая мышца кричит от боли. Лоб покрыт потом, руки судорожно держат тело, опираясь на перекладины. Ноги не слушаются — они словно не мои, подгибаются и отказываются двигаться. Но я упорно пытаюсь, стиснув зубы, сделать хотя бы один шаг.

— София, давай, — раздаётся голос врача-реабилитолога. — Ты большая умница, вставать научилась, значит, и пойти сможешь. Барьер в твоей голове. Помни, что сказала Анжела Анатольевна: ты сама себя держишь в этом кресле. Побори свои страхи и сделай шаг.

Слова врача по лечебной физкультуре отзываются во мне. Знаю, что она права, но голова словно отказывается это принять. До сих пор не могу сделать шаг.

— Я стараюсь, — шепчу, и одна одинокая слеза скатывается по щеке. Это не слеза жалости, нет. Я давно переработала свой эгоизм, который появился после аварии. Слеза неверия, что вообще смогу ходить. По привычке тяжесть переношу на руки, хотя я уже могу простоять на ногах самостоятельно. Всё, что осталось — это победить страх.

В этот момент дверь кабинета открывается, и в комнату заходит Денис. Его присутствие всегда дарит мне странное ощущение тепла и трепета.

— Добрый день, — с лёгким стуком закрыв дверь, улыбается. — Сегодня я забираю тебя.

Чувствую, как от его взгляда по моему телу разливается жар. Кажется, каждая клеточка кожи начинает гореть там, где останавливаются его глаза. Он стоит в кожаной дублёнке, на воротнике которой сверкают первые снежинки, ещё не успевшие растаять. Ноги затянуты в чёрные джинсы, и на ногах массивные берцы. Его светлые глаза сияют холодом, но они меня притягивают. Летом я в них видела океан, а сейчас в них снежный плен. Он высокий, статный, сильный, его аура обволакивает меня изнутри. Парень — скала… Я и правда по сравнению с ним воробушек, — улыбаюсь своим мыслям.

— Привет, — говорю я расстроенно, — можно, наверно, и домой.

— Не получилось? — спрашивает он у врача, поворачиваясь к ней.

Она жестом показывает, что нет. Денис хмурится и молча скидывает дублёнку на стул, приближается ко мне, входя в турник. Кладёт ладони поверх моих запястий, какие они горячие… От его прикосновения меня пронизывает дрожь.

— Давай ты сделаешь шаг, и я тебя поцелую, — шепчет он, приближаясь к моим губам. Его взгляд становится более мягким и полным желания.

— А могу ведь, — поддаюсь его провокации, посмеиваясь.

— Тогда… — он делает шаги назад, лукаво улыбаясь. — Два шага — и мой поцелуй твой.

Между нами изменились отношения после кинотеатра, Денис со мной заигрывает, дразнит, старается касаться меня. Поддерживает и помогает. Мы неплохо ладим. Если у него нет планов, проводим вечера вместе, много смеёмся, играем в карты, смотрим фильмы, рассказываем друг другу истории из детства. Между нами завязалась дружба. Своеобразная… С поцелуями… Он, наверно, ко мне относится как к Арине и Полине, я же тихо люблю нахала с голубыми глазами, который покорил моё сердце.

Слушая колотящееся сердце, смеюсь и морально готовлюсь сделать шаг к своей любви. Внутри меня начинается борьба: разговариваю с ногами, умоляю их послушаться. Проигрываю, начинаю заново. Собрав волю в кулак, сосредотачиваюсь… И медленно поднимаю правую ногу. Наблюдаю за ней, словно в замедленной съёмке, и не верю своим глазам.

ШАГ!

Вцепляюсь в поручни сильнее и переношу вес на неё, готовясь сделать второй шаг. Тишина в кабинете наполняется моими судорожными вздохами. Мой ангел смотрит на меня, затаив дыхание, готовый в следующую секунду прийти на помощь.

И я делаю ВТОРОЙ ШАГ!

Оказываюсь совсем близко к Денису, но он, хитро улыбаясь, делает шаг назад.

Психую, забыв обо всём, делаю третий ШАГ и, практически падая, оказываюсь в крепких объятиях. Он тут же подхватывает меня на руки под бедра, прижимает к себе и смеётся.

— Вот что делает любовь, — восторженно вздыхает врач, но мы уже не слышим её.

Денис кружит меня, а я, хихикая, прижимаюсь к его сильному телу. Тот, кто однажды разрушил мою жизнь, теперь стал моей вселенной.