Чтение онлайн

Стоит ли удивляться, что современная киевская националистическая пропаганда не сообщает подробностей вылазки, закончившейся Базаром?

В нынешней версии истории этот эпизод именуется (опять-таки без подробностей) «вторым зимним походом». (Первый зимний поход — тема отдельного разговора, здесь лишь заметим, что был он не менее «славным».)

Сегодняшние укроисторики предлагают нам абсолютно новый способ замалчивания «неудобных» фактов. В советские времена если уж какие-то обстоятельства замалчивались, то их по крайней мере не предполагалось и героизировать. Теперь же предлагается странное: событие героизировать, но ни в коем случае не конкретизировать. Предполагается чествовать подвиг, но рассказывать о нем нельзя.

Потому что если рассказать, возникнет огромное недоумение: «Какой же это подвиг? Это — подлость националистических вождей».

А если выдумать очередную ложь — она будет практически мгновенно опровергнута самими участниками событий, причем участниками не с советской, а с антисоветской стороны — теми же Удовиченко, Мазепой, Тютюнником…

Давайте вспомним тех, о ком Виктор Ющенко в своей речи на Михайловской площади в Киеве сказал:

«Словом и молитвой прошу вспомнить наш государственный провод, который 90 лет назад провозгласил и утвердил независимость. Они стали первой жертвой. Из 800 членов Центральной Рады ликвидированы почти все».

«Ликвидированы» — очень «широкое» толкование. Было бы странным, если бы большевики, репрессируя тех, кто в Гражданскую боролся за Советскую власть, обошли вниманием тех, кто боролся против нее. По нынешним меркам такая расправа с инакомыслящими — неоправданная жестокость. Но подходить к истории с современными мерками — анахронизм. Собственно, к истории никакой страны с такими мерками мы и не подходим, — современной политкорректностью это разрешается только по отношению к истории СССР.

А в данном случае гораздо более странно другое: с главнейшими деятелям Директории и УНР большевики обошлись, по меркам своеговремени, небывало мягко.

Вот как описывает судьбы и суд над «ликвидированными», по словам Ющенко, вождями УНР Андрей Дикий:

«Еще не ожидая конца вооруженной борьбы, сменил вехи сам идеолог украинского шовинизма и сепаратизма, М. Грушевский, ставши на „советские позиции“. Сначала в Вене, а потом, вернувшись добровольно к большевикам и поступивши к ним на службу. Его премьер-министр, времен Центральной Рады — Винниченко, последовал примеру своего Президента и тоже вернулся в СССР. Второй премьер — Голубович остался в Каменце и добровольно сдался большевикам. В мае 1921 г., в Киеве, состоялся суд над ним и рядом украинских министров. Кроме Голубовича на скамье подсудимых были видные лидеры украинских эсеров: Лизановский, Петренко, Часник и др., а также бывшие министры, Остапенко, Сиротенко и целый ряд виднейших украинских деятелей времен Центральной Рады и Директории.

Прокурорами на этом суде выступали украинцы-коммунисты: Манульский и Лебединец; свидетелями были, как известно, как украинские коммунисты (Затонский, Любченко, Шуйский), так и крупнейшие деятели Директории (Ю. Мазуренко, Касьяненко и б. премьер Чеховский).

Все подсудимые „каялись“ и просили снисхождения, которое им и было дано:Остапенко и Сиротенко были оправданы, а остальные получили очень легкие наказания, а вскоре были и совсем амнистированы».

Можно кое-что добавить. М. Грушевский в годы Первой мировой был как австрийский шпион осужден к ссылке в Симбирск (но выпущен по требованию либеральной российской общественности), в конце марта 1919-го уехал в Австрию, но в 1924 году вернулся в СССР, был профессором истории в Киевском государственном университете, академиком Всеукраинской Академии наук, руководителем ее историко-филологического отдела. Умер своей смертью в 1934 году (от заражения крови в Кисловодске). Похоронен с почестями.

В. Винниченко, премьер УНР, вначале также эмигрировал, но в мае 1920 года вернулся в Советскую Россию, посетил Москву, встречался с Лениным, Троцким и всей партийной верхушкой. По совету Н. Скрыпника вступил в РКП(б) и получил пост заместителя председателя Совнаркома УССР с портфелем наркома иностранных дел и кооптацией в члены ЦК КП(б)У. Однако хотел (и требовал) большего, а именно — чтобы его ввели в состав Политбюро Компартии Украины (был тогда и такой орган). Этого не случилось, и Винниченко, обидевшись, снова эмигрировал, и никто ему в этом препятствий не чинил.

Кто однозначно был ликвидирован — так это Петлюра. Но ликвидировали его не большевики. В 1926 году Петлюра был убит в Париже евреем Шварцбардом, объявившим на суде, что мстил за еврейские погромы на Украине. Признав Шварцбарда убийцей, французский суд его тем не менее оправдал, установив, что погромы стали возможны благодаря попустительству Петлюры.

Да, упомянутые и неупомянутые деятели в ходе Гражданской войны, как это и утверждает В. Ющенко, «проголосили незалежність». Но кто их об этом просил? Во всяком случае — не украинский народ.

Об этом абсолютно недвусмысленно писал сам Владимир Винниченко в своей книге «Возрождение нации»:

«Будем честны с собой и другими: мы воспользовались несознательностью масс. Не они нас выбирали, а мы им навязали себя».

Сегодня националисты опять «навязывают себя» Украине. Но на то, что эти, нынешние, будут честны хотя бы сами с собой и хотя бы в эмиграции, — мало надежды.

Памяти о конкретных событиях мы лишены, но памятники ставим. По данным Сахаров-центра, в селе Базар Народичского района Житомирской области в 2000 году освящен мемориал. Создается впечатление, что где-то в неведомых далях для нынешней Украины создан типовой проект памятника — с крестом, видимым на просвет.

Мемориал установлен по инициативе объединения бывших воинов-украинцев в Великобритании (глава — д-р Святомыр Ф. Фостун), Фонда строительства памятников борцам за волю Украины (глава — Р. Панкевич, г. Львов).

Установлен на средства УАПЦ в Великобритании, фонда им. С. Петлюры, Украинского общества и Объединения бывших воинов-украинцев в Великобритании. Исполнители — Житомирская областная и Народичская районная администрации.

Эмигранты плюс чиновники. А народ опять ни при чем. Не поддерживает, но и не протестует. Нэхай соби будэ. Пока нас не трогают — и мы никого не тронем.

Вот такая у нас история. И современность.

Исторический ревизионизм с первых дней горбачевской перестройки поставлен на службу фашизации советского (бывшего советского) общества. Те люди, которые в 80-е годы прошлого века говорили и писали, что «Сталин хуже Гитлера», не имеют теперь морального права отказываться от своих заслуг в том, что сегодня на улицах городов и России, и Украины неофашисты убивают и избивают «черных».

Ведь все в мире закономерно и взаимосвязано: в СССР не было секса на телевидении и бритоголовых на улицах. Не было как явлений. Все это было на Западе. А после «демократизации» проявилось и у нас.