Чтение онлайн

Видя, что я, очевидно, не разбираюсь в советах по гей-знакомствам, меняю тему в надежде, что смогу и дальше заставлять его улыбаться и смеяться.

– На что похоже это реалити-шоу?

– Это пиздец.

– Почему?

– Ладно, ты знаешь все эти разные шоу талантов? «Голос», «Американский Идол», «X Factor»...

– Да.

– Продюсеры «Фэндома» хотят объединить их все вместе. У нас есть команды, мы устраиваем нокаутирующие вокальные баталии, но самое главное… у всех этих людей почти нет таланта. Так что это дополнительный бонус.

Я содрогаюсь.

– Звучит как пытка.

– Так и есть. Не пойми неправильно, у меня в команде есть один или два человека, у которых, на мой взгляд, есть потенциал, но остальные слишком неопытны, чтобы попытаться избавиться от всех своих вредных привычек за несколько недель. На их переобучение уйдут месяцы.

– Кто бы ни был в твоей команде, он счастливчик. Если кто-то и может поддержать и ободрить, так это ты.

– Тьфу, вот способ заставить меня чувствовать себя виноватым. Мне следовало бы взглянуть с точки зрения наставника, а не с точки зрения пустой траты времени, как я думаю. Я подписал контракт с благими намерениями, но… - Он поджимает губы.

– Ты можешь рассказать мне все, что угодно, Денни. Я серьезно.

– Моя карьера висит на волоске. Может, со стороны и кажется, что у меня всё под контролем, но на самом деле это не так. Мой менеджер сказал, что если это шоу не увенчается успехом...

– Ты станешь таким же, как я.

– Ну, он не сказал конкретно так, но да, это подразумевалось. И потом, на шоу оказывается большое давление, чтобы все прошло хорошо, но оно окружено юридическим дерьмом, потому что другие телеканалы в значительной степени знают, что мы пытаемся сорвать крупные шоу талантов, и они уже, как минимум дважды, останавливали производство.

– Отсюда и проблемы с расписанием.

– Точно.

Я точно знаю, через что он проходит. Я пережил все те же сомнения по поводу карьеры. Но потом у меня защемило в груди, и вместо того, чтобы посочувствовать Денверу, сосредоточился на своей боли и напомнил себе, что, когда я сам сталкивался с тем же, его не было рядом.

Я разрываюсь между двумя чувствами, потому что никому бы не пожелал такого одиночества, тем более своему лучшему другу, но быть той поддержкой, в которой он нуждается - это слишком большая просьба.

– Из нас, парней из «Одиннадцать», кажется, именно мы с тобой больше всего нуждаемся в воссоединении, - говорю я.

– И именно мы больше всего сопротивляемся.

– Почему сопротивляешься ты? Возможно, это то, что ты ищешь.

Денвер отводит взгляд.

– Я не хотел из-за тебя. Потому что...

– Потому что мы оба идиоты, причинившие друг другу боль, и теперь нам трудно пережить это?

– Да.

Я откидываюсь на спинку стула.

– Допустим, мы постараемся и вернемся к тому, что было раньше, ты согласишься?

– Я соглашусь, если тебе это нужно. Я стольким обязан тебе после того, что сделал. И знаю, что это было неправильно.

– Давай не будем, - говорю я.

– Не будем что?

– Подсчитывать, кто кому должен, кто кому причинил больше боли, а кто был неправ. Думаю, можно согласиться, что мы оба совершали ошибки. Просто твои ошибки были более осознанными. Прости, если я когда-либо причинил тебе боль. Ты же знаешь, это совсем не входило в мои намерения. Никогда.

– Знаю. И вот почему я испытываю такое чувство вины из-за того, что игнорировал тебя, а потом, когда справился с этим, ты уехал домой, и я… Это стало одним из тех случаев, когда я слишком долго откладывал, так что проблема между нами только росла и усугублялась. Я должен был сделать это раньше. Мне очень, очень жаль.

Его решительный тон, искреннее сожаление в глазах, это извинение, наконец, немного смягчает боль. Это первое извинение, которому я поверил.

– Больше никаких извинений за прошлое, ладно? Давай сосредоточимся на том, чтобы снова стать друзьями. Если ты считаешь, что мы снова сможем работать вместе, я подумаю о возвращении в «Одиннадцать».

Лицо Денвера озаряется.

Я указываю на него.

– Но не забегай вперед. И уж точно не говори Харли.

Он искренне радуется.

– Слово скаута.

– Ты же не был… - я качаю головой.
– Знаешь, не бери в голову.
– Я тоже искренне радуюсь.
– Слово скаута.

– Какие у тебя планы на сегодня? Может, погуляем? Сходим в кино? Сходим на пляж?

Мило, что Денвер оживился после того, как мы обсудили наши проблемы, и я, правда, не хочу ему отказывать, но…

Я опускаю взгляд на свой живот.

– Я не... Вообще-то я не готов к публичности.

– Почему нет?

Я поднимаю голову и смотрю на него так, словно хочу сказать Серьезно?

– Хм, значит, ты не видел недавних заголовков вроде «Кто тот толстяк, что съел Мейсона Нэша?».

– Ты серьезно? Кто мог написать такое?

– А ты как думаешь? Почти все медиа в Голливуде.

– В том, как ты выглядишь, нет ничего плохого. Это не тот Мейсон, к которому все привыкли, но ты все еще выглядишь горячо.

Мои губы дергаются.

– Все еще?

Денвер закатывает глаза.

– Ну, ты привлек меня не из-за своих мозгов, верно?

Шутки по поводу этой неловкости - это же хорошо, правда?

– У меня не было других планов, кроме как пойти в твой спортзал, так что мы можем потусоваться после моей тренировки.

– Или мы могли бы позаниматься вместе, - говорит Денвер.
– У меня даже не было возможности потренироваться с тех пор, как начались съемки. Было бы неплохо, если бы кто-то был рядом и подбадривал. Несколько недель назад, в свой выходной, я встал на беговую дорожку и позанимался минут пять, прежде чем сдался и сказал: «Нахуй. Сегодня мой выходной, я должен спать». А потом вернулся в постель.