Чтение онлайн

– Э-э, завтра я снова буду весь день на съемочной площадке. Мы работаем сверхурочно над этим дурацким реалити-шоу, так что ты будешь один.

Я прочитал, что он согласился стать судьей на реалити-шоу талантов, и хотел позвонить ему, чтобы поздравить, но знал, что он не ответит.

Так что сейчас я его тоже не поздравляю.

– Ладно.

– Ладно.
– Он резко разворачивается, но замирает.
– Я, правда, рад, что ты здесь.

Хотел бы ответить тем же, но, может, я до этого когда-нибудь доберусь.

Есть ли для этого книга по самопомощи? «Прощение для чайников». Я бы купил.

Местность в округах Галлатин и Мэдисон на юго-западе Монтаны, США

Глава 7. Денвер

Присутствие Мейсона в моем гостевом доме - странно. Особенно потому, что я отсутствую с рассвета до позднего вечера всю неделю, так что мы не сталкивались.

Каждый вечер, возвращаясь со съемок, я не могу оторвать взгляд от света, льющегося из его окна. Очень заманчиво - так заманчиво - выйти и поговорить с ним, но мои дни длинные, и я слишком истощен морально, чтобы где-то взять на это силы. Или мужество.

Предложить ему пожить у меня - меньшее, что я могу сделать, но знаю, этого недостаточно. Если бы я мог, я бы дал все, что ему нужно, но, поставив себя в такое положение, я испытываю смятение и тоску, охватывавших меня в последний раз, когда мы были близки.

Я не смогу пережить это снова. Я напиваюсь до бесчувствия и с головой ухожу в работу, чтобы как можно больше отвлекаться. Черт возьми, я все еще на этом пути, и мой организм долго не выдержит. Если бы не долгие часы, что я провожу в «Фэндоме», возвращаясь домой совершенно измотанным, я бы пил, лишь бы забыть о том, что Мейсон у меня под боком.

Только на выходных я снова вижу Мейсона.

Он заходит в дом в низко сидящих спортивных штанах и свободной майке. Его волосы распущены, борода по-прежнему завораживающе густая, но когда он заходит на кухню, мой взгляд прикован к его рукам.

Моя рука застывает на кнопке включения кофеварки.

Мейсон немного поправился и у него появился небольшой животик, но такое ощущение, будто он все это время провел в Монтане, размахивая топором. Помню, когда я гостил у него во время перерыва в гастролях, он заставил нас самих нарубить дров. Блядь, он был таким сексуальным. Даже будучи худым парнем, вид того, как он колет дрова… у меня аж мурашки по коже бежали.

Мне интересно, не связано ли это с уверенностью и волей Мейсона. Он был ответственен за свою семью и землю, которой они владели, и относился к этому очень серьезно. Когда умер его отец, Мейсон взял на себя роль главы семьи. Все, что он делал - переезд в Лос-Анджелес, чтобы получить престижное образование и осуществить заветную мечту, а затем работа в одной из самых продаваемых групп всех времен… Он делал все это ради своей мамы и сестры.

Помню тот год, когда мы впервые почувствовали вкус успеха, и выступление в утреннем ток-шоу. Ведущие расхваливали нас, что мы - величайшая группа со времен «One Direction». Я, наверное, никогда не видел Мейсона таким расслабленным.

Он был рад, что добился успеха и ему не придется возвращаться домой без гроша в кармане или без возможности обеспечить семью.

Мейсон нес на своих плечах всю тяжесть мира, а я бросил его из-за своего разбитого эго. Ладно, и сердца. Нельзя забывать и о разбитом сердце.

Я могу сколько угодно притворяться, что ничего не понимаю. В глубине души я знаю правду.

Причина, по которой я так долго не мог встретиться с ним лицом к лицу - чистое и безмерное горе. Не стоило сваливать это на него, и не стоило быть таким дерьмовым другом.

Как мне загладить свою вину перед ним, не жертвуя снова своим сердцем?

– Доброе утро, - бормочет он, и да, вот и мой член, словно не прошло два с половиной года.

Сердце тоже в этом участвует. Предательское тело.

Я по-мужски киваю ему. Это все, что я могу сделать, не вывалив язык изо рта.

– Я не видел тебя всю неделю.
– Его утренний хриплый голос звучит как у старого Мейсона. Того, кто будил меня во время гастролей, доставляя еду прямо к дверям номера, независимо от того, был я один или нет. Он даже заказывал дополнительную еду на случай, если какая-нибудь фанатка, которая была со мной, проголодается. Он всегда заботился о других.

– У шоу плотный график, - говорю я.
– Предполагалось, что мы будем снимать в течение десяти недель, но производство было приостановлено, поэтому они сократили съемки до шести, чтобы все успеть.

Мейсон хмурится. Я жду, что он проявит ко мне заботу, спросит, как я со всем справляюсь, но этого не происходит.

– Имеет смысл.
– Все, что я слышу.

Как нам вернуть все в нормальное русло?

– Есть какие-нибудь планы, пока ты здесь, или ты собираешься залечь на дно и притвориться, что Харли и весь остальной мир тебя не ищут?
– спрашиваю я.

– Ты ведь не сказал Харли, что я здесь, а?
– Его глаза холоднее, чем когда-либо.

– Я бы так не поступил.

– Как не сказал ему, где находится мой дом?

– Это другое.

Мейсон приподнимает бровь.

– Разве?

– Я был тогда пьян.

– Как необычно для тебя, - ворчит он и подходит к холодильнику. Внимательно изучив содержимое - а его там совсем немного, учитывая, что я каждый день ем на съемочной площадке и давно не заказывал еду, - он закрывает дверцы.
– Это официально. Я съел все, что было хоть сколько-нибудь съедобно в твоем доме. Я уговариваю себя сходить в магазин, но до сих пор трушу. Я не готов никому показываться.

– Я могу сегодня заказать еду с доставкой. Просто скажи, что тебе нужно.

– Всё, что уже готово.
– Мейсон слабо улыбается.
– Можно подумать, что за всё это время, проведённое в одиночестве рядом с семьёй, кто-нибудь из них научил меня готовить.

– Посмотрю, что смогу сделать. Хочешь кофе?

– Хочу? Нет. Нуждаюсь, да, пожалуйста.

Я готовлю кофе, повернувшись к нему спиной, и пристально смотрю, как кофе целую вечность стекает в кофейник.

– Какие у тебя планы на выходные?
– спрашивает он. Я не знаю, то ли он пытается заполнить тишину, то ли ему действительно интересно, то ли так же неловко, как и мне, и он пытается ухватиться за что-то нормальное между нами.

Обычно звоню людям, которые всегда приходят на мои вечеринки, и участвую в бессмысленных пиар-акциях, но у меня на это нет сил. К тому же, последнее, чего хочет Мейсон - общаться с людьми. Он не хочет, чтобы кто-то знал, что он здесь.