ФЭНДОМ
Шрифт:
– Мне очень жаль.
– Действительно?
– Определенно. Если бы я держал рот на замке, то бы не оказался здесь и не делал того, что должен был сделать давным-давно, но не решался.
– Я не понимаю, Денни.
Мое имя наполнено разочарованием и болью. Как будто я и так чувствовал себя недостаточно ужасно.
– И я тоже, - бормочу я.
– Ты можешь хотя бы объяснить, почему исчез из моей жизни сразу после того, как пообещал, что этого не случится?
Он что, издевается?
– Ты имеешь в виду, кроме того, что я выставил себя дураком, поцеловав тебя?
– Это должно быть нечто большее, чем просто глупый поцелуй.
Вот чего он не понимает. В ту ночь он тоже этого не понимал. Для меня это был не просто глупый поцелуй.
Все из-за путаницы, которая накапливалась месяцами - нет, годами. Все свелось к двум коротким секундам, когда его губы коснулись моих, а затем к сокрушительной реальности отказа.
– Я...
– Я понятия не имею, что на это сказать.
– Потому, что ты думал, что я не поддержу твою ориентацию? Или что я попытаюсь убедить тебя сохранить это в тайне, или... что я не одобрю? Ты знаешь, у меня нет абсолютно никаких проблем с людьми, которые живут своей правдой.
– Я не... это не...
– Я хмыкаю.
– Я все еще не разобрался в этом, ясно?
– Потому что ты по-прежнему единственный парень, который мне когда-либо нравился.
– Тогда что же я такого плохого сделал, что ты решил вычеркнуть меня из своей жизни? Не то чтобы ты был влюблен в меня или что-то в этом роде.
Я перевожу взгляд на него, и у него отвисает челюсть.
– О, черт, неужели был?
– Нет, - быстро отвечаю я. Может, слишком быстро. Я пытаюсь скрыть это.
– Уйми свое эго.
– Не понимаю. Я не сделал ничего плохого. А потом... потом, когда я нуждался в тебе...
– Т-ты нуждался во мне?
– Почему меня так привлекает эта мысль? Мейсон нуждается во мне. Хочет меня.
Тьфу. Тьфу. Тьфу. Прекрати.
– Мне нужен был кто-то, кто сказал бы, что все будет хорошо, хотя я в это не верил, - говорит Мейсон.
– Мне нужен был кто-то, кто подбодрил бы меня продолжать попытки, и когда всё, что для меня было важно, рухнуло, мне нужен был друг. Ты разбил мне сердце.
Ты первым разбил мое.
Этого я сказать не могу. У меня не хватает смелости.
– Все, что я могу сказать - прости.
– И я знаю, что этого недостаточно.
Мы сидим молча, попивая кофе. Я пытаюсь придумать, что сказать. Что угодно. Но ничто не подходит.
Охранная сигнализация сообщает, что остальные вернулись, а мы ни на шаг не приблизились к хоть какому-то примирению.
Мейсон бросает взгляд на дверь.
– Передай Харли, что я по-прежнему не заинтересован. Я не могу... мы не можем...
– Он качает головой.
– Думаю, после этого уже ничего не изменить. Ни для нас с тобой, ни для «Одиннадцать».
Если это вообще возможно, то сейчас хуже, чем когда он не ответил на мой поцелуй. Мое сердце сжимается. Больно. Я хочу все вернуть назад. Все. От поцелуя до того, как перестал с ним общаться, я бы хотел, чтобы ничего этого никогда не случилось.
Может, тогда мы бы были в жизни друг друга. Может, тогда у меня все еще был бы мой лучший друг.
Мне нужно найти способ извиниться и заставить его по-настоящему услышать, насколько я искренен.
Я облажался и слишком долго избегал этого момента.
– Хотя бы подумай о воссоединении «Одиннадцать». Единственная причина, по которой я до сих пор говорил «нет» - это ты. Потому что не хотел признавать свои ошибки. Твоя сольная карьера, возможно, и не сложилась, но этот тур может её спасти. Если ты счастлив жить здесь один, то хорошо. Живи. Но ты не можешь упустить эту возможность из-за нашей вражды.
Мейсон поджимает губы.
– Успокойся, мы не настолько ненавистны, как Тейлор Свифт. Я просто не хочу снова подвергать себя разочарованию. Я не хочу возвращаться в индустрию, рассматривающую меня как расходный материал. Никого не будет волновать, буду я там или нет.
– Неправда. Миллионы фанатов надеются на это. К черту администраторов и представителей индустрии. Сделайте это ради фанатов, которые сделали нас теми, кто мы есть.
На краткий миг я замечаю трещину в его суровой оболочке, но ненадолго.
– Не заинтересован.
Мейсон, которого я знал, всегда был теплым и располагающим, и он бы пошел на все, чтобы осчастливить любого из «Одиннадцать».
Горечь нового Мейсона - как пощечина.
Похоже, я ошибся. Внешность Мейсона - не единственное, что в нем изменилось.
Хотел бы я знать, как это исправить.
Исправить нас.
Но не думаю, что смогу.
И во второй раз за два с половиной года я ухожу из жизни Мейсона.
Глава 6. Мейсон
Мама берет с полки в супермаркете смесь для блинчиков и шоколадную крошку, и я тут же кладу их обратно.
– Тебе нужно перестать меня перекармливать, - ворчу я.
Все моменты, когда меня не узнавали на улице и я чувствовал себя по-настоящему хорошо, теперь омрачены взглядами, которыми Харли, Блейк и Денвер одарили меня несколько дней назад. Это было похоже на то, что я чувствовал, когда на Рождество группа Кэша тоже не узнала меня. Хотя с ними это было терпимо, потому что, хотя мы когда-то вращались в похожих кругах, и я считал Кэша другом - пусть и с натяжкой, - когда люди, с которыми ты семь лет гастролировал, тебя не узнают? Может, пора сходить в спортзал и перестать налегать на мамину еду?