Чтение онлайн

В последние дни в Императорском Генеральном штабе разыгралась настоящая баталия. Дэвиану удалось привлечь на свою сторону Нариса Талана, но Дориаль Анно и его сторонники были против его предложений. Они были уверены, что принц слишком торопит события. Ударить не с Кехребара, а с Инчи, обойти Янгин — главную военную базу Ивира — и высадить десант сразу на Кадихе, ивирском острове-метрополии? Это было не в стиле Империи. Ксаль-риум всегда предпочитал неспешное наступление стремительным прорывам. Дэвиан согласился бы с этим, если бы не Тэй Анг. Чем дольше Империя застрянет в Ивире, тем больше времени будет у агинаррийцев, чтобы подмять под себя этот архипелаг. Тэй Анг — наилучший плацдарм для наступления на юг, какой только могут получить агинаррийцы. Прочие земли, уже захваченные ими — Шлассенский Триумвират, Айнелин — слишком далеко от имперских островов. Быть может, прямо сейчас северяне и не собираются продвигаться дальше, но Дэвиан не сомневался, что, раньше или позже, они предпримут такую попытку. Сегунат существует за счет завоеваний, они не смогут остановиться сами. Остановить их придется Империи, и лучше сделать это сейчас, пока еще можно обойтись малой кровью.

— Быть может, придется переговорить с самим Императором, — заметил Дэвиан. — В последнее время дядюшка прислушивается к моим словам.

— Да, он ценит то, что ты сделал, — согласился Тамрин, — тогда как Дориаль Анно сейчас не в фаворе.

— Значит, надо пользоваться моментом, — ухмыльнулся префект Западной эскадры.

— Возможно. Я даже допускаю, что у тебя что-то получится. Если отец поддержит твое предложение, даже Анно предпочтет согласиться. Сейчас его позиции не настолько крепки, чтобы перечить Императору. Как видишь, Дэвиан, — заметил кронпринц, — иногда и в репутации героя есть свои плюсы.

— Не стану спорить.

— Только, мой тебе совет: про Тэй Анг лучше не напоминай. Императора это по-прежнему раздражает. Говори о чем угодно — о возможности быстро покончить с войной, о славе, о мести султану, но не переводи разговор на Анг и северян.

— Благодарю за совет, — кивнул Дэвиан. — Придворные манеры, увы, никогда не были моей сильной стороной.

— Никогда не поздно учиться, кузен. Кстати, о Тэй Анге — что слышно от Фионеллы?

— Она уже там, — Дэвиан потянулся к ведерку со льдом, где стоял серебряный кувшин с аржусом. — Ее статья вышла в «Южной Звезде» вчера.

— Да, об этом мне известно, — сказал Тамрин.

— Тогда тебе известно почти столько же, сколько и мне. Я получил одну телеграмму. Находясь за восемь тысяч миль друг от друга, обмениваться новостями довольно трудно.

Первый очерк Фионеллы Тарено о военных действиях в Тэй Анге в «Южной Звезде» привлек интерес ксаль-риумцев, которым новости о событиях в Ивире уже несколько наскучили, тем более что в последние децимы ничего важного там не происходило. Хотя о войне, собственно, Фио написала немного, гораздо больше в ее статье было сказано о Файинге. У Фио был талант к описаниям: читая, Дэвиан живо представил себе город на огромном холме, неровные ярусы жилых кварталов, людей на тесных, грязных улицах и пышные особняки знати, и огромный порт, где стоят на якоре агинаррийские авианосцы, мрачным напоминанием о том, кто ныне предъявляет права на эти земли. Фионелла любила свою работу, она не сомневалась, что занимается чем-то важным. Дэвиан разделял эту ее черту — он не меньше верил в важность того, что делает. Иногда это означало подвергать себя опасности; Дэвиан принимал это как должное и вынужден быть смириться с тем, что он не может воспрепятствовать Фио поступать так же.

Тэй Анг… Проклятая земля. И очень несчастная. На свою беду архипелаг оказался между Севером и Югом. Богатые острова со слабой властью — заманчивая добыча для любого хищника, а таковых было предостаточно. Агинаррийцам нужны богатства Тэй Анга и военные базы на границах с Коалицией, Чаори Кай жаждет власти — пусть даже под покровительством Агинарры. Об этом Фионелла не упоминала в статье, но тут все было очевидно и так. Фио писала о простых людях, который увидела в Файинге, и им, пережившим два десятилетия гражданской войны, кажется, было уже все равно, кто называет себя их владыками. Из прочитанного у Дэвиана Каррела сложилось такое впечатление.

— Ты напрасно так тревожишься, Дэвиан, — заметил двоюродный брат, очевидно, неверно истолковавший его молчание. — Я говорил уже, и повторю: Чаори Кай не захочет ссориться с «Южной Звездой». Он постарается выглядеть безупречным рыцарем на белом коне. Кроме того, Фионелла там не одна. Как ты и просил, с ней отправили одного из лучших агентов нашей доблестной секретной службы. Да и в Файинге у нас есть надежные люди. О ней позаботятся.

— Да, благодарю, — отозвался Дэвиан. Он действительно обратился к Тамрину с такой просьбой, и кузен безропотно согласился. Проклятье, Дэвиан сделал достаточно для Империи и династии, чтобы рассчитывать на небольшую ответную любезность. Один из агентов секретной службы, уже побывавший несколько лет назад на Тэй Луане, составил Фио компанию как помощник и телохранитель. Разумеется, о второй его роли девушка не догадывалась.

Большего Дэвиан сделать не мог; он подозревал, что, узнай Фионелла о его маленькой хитрости, едва ли будет так уж довольна. Он коснулся рукой черного мундира на груди. Под тканью пальцы ощутили небольшой металлический диск. Подарок от Фио, амулет, защищающий владельца от беды. Дэвиан слегка улыбнулся, подумав о том, что сделал ей ответный «подарок», пусть и без ее ведома. Лучше бы ее путешествие на Дженг прошло без приключений, но если что-то случится, рядом с девушкой, по крайней мере, будет человек, который о ней позаботится. Это позволяло Дэвиану чувствовать себя увереннее.

— Ну, ладно, — он встал с кресла. — Вернемся к делу, Тамрин. Как скоро Император может меня принять?

Кронпринц понимающе кивнул.

— Я договорюсь с отцом. Чем скорее состоится разговор, тем лучше.

Корабельный оркестр грянул «Вздымаются волны» — гимн Объединенного Флота Сегуната Агинарры и Джангара, оставшийся неизменным со дня его официального формирования, в далеком 1880 году. До тех пор флот делился на несколько подразделений — флотилия открытого моря, эскадра метрополии, дивизион вспомогательных сил — которые действовали независимо друг от друга и даже не имели единого командования, что, конечно, не лучшим образом сказывалось на их боеспособности. В конце концов, Сегун Ямитано Огато — внук прославленного Наритано и последний из Сегунов, состоявший с тем в кровном родстве — решил соединить вместе все три флотилии, отдать их под командование одного адмирала и сформировать единый Военно-Морской Штаб.

Ниора Сетано четким движением поднесла ладонь к жесткому козырьку фуражки, отвечая на салют капитана Рейго — командира нового линейного корабля «Ситаро». Тайрё терпеть не могла надевать парадную форму: это заставляло ее чувствовать себя ряженой на маскараде. К тому же, к форме прилагалась сабля, что Ниоре казалось преизрядно глупым, ведь она отродясь не сражалась клинком. Увы, к тому времени, как Ниора Сетано появилась на свет, абордаж как средство морского боя успел отойти в историю.

Хотя само оружие она, конечно, ценила. Рукоять блистала позолотой, но простые ножны, отделанные медью и черной кожей, не превращали его в безвкусную поделку. Клинок тоже был великолепен — узкая, слегка изогнутая полоса первоклассного булата, заточенная до бритвенной остроты. Не фабричная ковка, а подлинное произведение искусства, созданное мастером из тех немногих, кто еще не отказался от старомодных традиций, бытовавших до Наритано. Даже Ниора, не будучи ценителем холодного оружия, не могла не восхищаться изящным изгибом лезвия и совершенным волнообразным узором на матовой серо-серебристой стали. Порой она позволяла себе полюбоваться обнаженным клинком, вспоминая прошлое. Оружие было личным даром от Сегуна Узеки Матойчи в знак признания доблести, проявленной лейтенантом Ниорой Сетано в битве при Тиварне, а уж Тиварну Ниора не забудет до конца дней.

Она едва успела отпраздновать двадцать первый день рождения, когда началась Северная Война. Была всего на год старше, чем теперь Иджиме. Ниора подумала об этом почти с ностальгией. Все-таки в том, чтобы быть амбициозной двадцатилетней дурочкой, имеется своя прелесть. В то время Ниора не питала сомнений: только вперед, в бой, к несомненной победе! И поначалу для такой самоуверенности были все основания: Объединенный Флот сокрушил сопротивление Восточной Коалиции, после нескольких сражений та уже не рисковала бросить вызов агинаррийцам, и корабли под серебристо-алыми боевыми знаменами Сегуната господствовали на море. Ниора хорошо помнила насмешливое презрение, которое испытывала тогда к морякам восточников, запершимся в базах, да и не одна она так думала. Но потом вмешались ксаль-риумцы, и Коалиция тоже воспрянула духом. Сегунат еще боролся, и даже не без успеха. Были и еще победоносные битвы, но все пришло к Тиварне…

Тот день Ниора Сетано запомнила во всех подробностях, и воспоминания не померкли за четверть века. Гром пушек, обезумевший океан, стены воды там, где падали вокруг «Миои» вражеские снаряды. Даже двадцатитрехлетней Ниоре с самого начала было ясно, что бой разворачивается не в пользу Объединенного Флота. Вырваться из ловушки, несмотря на все усилия командующего Ичиды Мигумо, не удалось. Разгром был сокрушительным, но для «Миои» и лейтенанта Ниоры Сетано час славы настал уже после окончания сражения. В хаосе отступления корабль столкнулся с двумя линкорами ксаль-риумцев, и по воле великого Риото случилось так, что из всех офицеров в боевой рубке, куда угодил имперский снаряд, в живых осталась она одна. Осколок пропорол ей лицо, чудом не выбив глаз, боль была ошеломляющей и кровь хлестала струей, и все же, Ниора по праву могла гордиться собой: несмотря ни на что, она осталась на посту, а «Миоя» продолжала сражаться. И агинаррийцам повезло: их снаряды изрядно потрепали обоих преследователей, а затем, в тумане и сгущающихся сумерках, «Миоя» оторвалась от погони и, спустя несколько дней, добралась до ближайшего агинаррийского острова.