Феникс
Шрифт:
«Для чего меня похитили? С какой целью? – задавалась вопросами пленница, - Я даже не знаю кто эти люди, что им от меня нужно. Если б они хотели меня убить, они бы давно это сделали. В любом случае они преследуют корыстные цели. И мне следует выбраться отсюда любой ценой, пока не поздно».
С такими мыслями она осматривала все стены комнаты, которые, судя по торцу в проеме окна, были очень толстыми и массивными. Двери казались самым уязвимым местом. Однако они хоть и были сколочены из доски, но так же толстой и прочной, стянутой железными хвостовиками шарниров на железных клепках. Как ни била она в эту дверь, та ни на миллиметр не сдвинулась. Комната была совершенно пуста. Похитители все предусмотрели: убрали все металлические предметы, уложили кучу сена, где будет спать заключенная и даже прорезали небольшое окошко в нижней части двери, для подачи еды. В комнате не было ничего, кроме мелкого битого стекла, щепок и другого мусора. Пленница подумала о том, чтобы спуститься вниз через окно. Но даже если бы она сделала веревку из своего дорогого свадебного платья, единственной вещи напоминающей ей о доме, ее не хватило бы и до середины высоты. Другой ткани достать было негде. Таким образом, все попытки выбраться, какие только пришли в голову мисс… все еще Хоулингстон, оказались напрасны. Все ее вопросы о том, зачем ее похитили, игнорировались преступниками.
Снизу доносились голоса и хохот. Затем на лестнице послышались шаги. Они приближались, становясь все громче и громче. Тот же бандит наклонился к прямоугольной дыре в двери и сунул в нее какую-то тряпку.
– Надень это и отдай нам свое платье, - приказным тоном сказал он.
– С чего это вдруг, - начала протестовать Элизабет, - я должна отдать свое свадебное платье и надеть эти лохмотья?
– А с того, что если ты не сделаешь что тебе велено, не получишь от нас ни крошки!
– Хм. Нужны мне ваши крошки?!
– Рано или поздно тебе придется это сделать.
Помолчав немного и не дождавшись ответа, он спросил:
– Ну что?
В ответ - снова гробовая тишина. Он ушел.
Сейчас все маллингемцы ужинают и из крайних домов, возможно, видят замок на холме. Как же они удивятся, заметив дым над его крышей. Они испугаются такой чертовщины, не зная чем ее объяснить, разведут руками, а кто посмелей, скажет, что, наверное, злые духи тоже ужинают. А дети поверят им и будут трястись от страха. Но неведомое влечет к себе, поэтому дети иногда бегают к крепости, проверяя друг друга на смелость. Кто же решится пойти туда теперь, с наступлением темноты?
Вот и вечер настал, а Элизабет Хоулингстон с самого утра ничего не ела.
«Зачем мне это платье? … Мне нужны два платья. Как мне заполучить их оба? – думала она, улавливая запах жареного мяса, идущий с низу, треск горящих дров и бормотание бандитов».
– Я согласна! Я согласна! – закричала девушка в отверстие.
– Долго ждал я этого момента, - сказал писклявый голос уже несколько громче.
Он снова кинул тряпье под дверь.
– Не уж-то вы будете подглядывать, как я переодеваюсь? – сказала Бетти.
– Нет, - ответил Саймон и спустился вниз по лестнице.
Только он ушел, Элизабет стала рвать платья на длинные куски-полоски и связывать между собой. Когда спасительная веревка была готова, она привязала ее конец к выступающему камню на краю окна, а другой конец бросила вниз – он не доходил до земли метра на 3-4. Собравшись с духом, испуганная высотой девушка начала спускаться.
В это время Саймон вернулся за платьем: посмотрел в окошко и увидел, что в комнате пусто.
– Рон! Она исчезла! – крикнул он другу.
Тот мгновенно выбежал на улицу и увидел Элизабет в одной ночной рубашке, спускающуюся по раскачивающейся веревке. Она была уже ниже середины пути. Внизу она была встречена вторым похитителем, лицо которого сразу запомнила. К несчастью ее снова схватили и вернули обратно, но к счастью одели в новые лохмотья и накормили.
Глава 4
План преступников
Ночью свадебное платье Элизабет, а точнее то, что от него осталось было испачкано кровью овцы, украденной и заколотой преступниками на ужин, и брошено у реки. То есть на самом деле никакого убийства не было и виновница паники, не подозревавшая об этом, была заперта в башне старой крепости на севере Маллингема.
Настало 10 июля. До церемонии похорон оставался всего день. Преступники все так же сидели в своем логове и, как показалось Элизабет, что-то обсуждали. Но она не могла расслышать их беседу.
– Мне еще вчера в голову пришла такая мысль, что из похищения можно извлечь дополнительную выгоду, - начал разговор главарь, - потребовать выкуп, например.
– Хорошая идея, - согласился Саймон.
– Но уже слишком поздно: Сандерс мертв; больше она никому не нужна.
– Почему?
– Думаешь, его родители вернут назад девушку, из-за которой погиб их сын, поверят, что она жива, а ни что это уловка мошенников, после всего случившегося? Да и нас уже пригласили на похороны.
– М…да! Ничего не скажешь.
Сообщнику показались странными рассуждения друга.
– И долго она у нас на шее висеть будет? Что-то делать надо! – сказал Саймон Чаллингтон.
– Не ной! Не отпустим же мы ее теперь.
«Не уж то он влюбился в эту бунтарку? – подумал Чаллингтон, - ну, в общем, дело это не мое».
– Кто знал, что этот придурок вздумает умереть, - пренебрежительно говоря о Джо, сердился Роученсон, - теперь мы в глазах народа «особо опасные преступники, безжалостные убийцы».
– Но мы никого не убивали.
– В том-то и дело.
С минуту помолчав в задумчивости, Роученсон продолжал:
– А ты знаешь, зачем мы идем на похороны?
– Твоя задумка…
– Чтобы обеспечить себе алиби.
– То есть, ты снова нашел легкий способ озолотиться? – с горящими глазами произнес Чаллингтон, потирая руки.
– Да. Ты знаешь, кто живет по адресу Сноуи-стрит 32?
– Понятия не имею.
– Так вот по этому адресу проживает некий мистер Стюарт, очень богатый чиновник, почти миллионер.
Саймон Чаллингтон задумался: это имя ему было знакомо. Но он мастерски скрыл свое удивление.
– Значит, мы скоро разбогатеем?! – аж взвизгнул от радости Чаллингтон.
– Не спеши с выводами. Не все так просто. Мы не будем брать все его состояние, а точнее и не можем, так как половина его находится в обороте, а другая половина где хранится, да и хранится ли вообще никто не знает. Зато я знаю, где находится то, что нам нужно и что принадлежит его жене. Это – чистейшей воды алмаз, весом в 34 карата, именуемый «Полярной звездой» - подарок от Мортимера Стюарта, ее мужа.
– И он станет нашим? – не унимался Саймон.
– Возможно. Вещь не так дорога, чтобы охранять ее день и ночь. Вчера я узнал, что этот Стюарт со своей женой уезжают на торжественный прием в Лондон, причем как раз в тот день, когда состоятся похороны Джозефа. Но есть одна проблема: в доме будет прислуга.
– Что ты намерен делать в этом случае?
– Пока не знаю. Предстоит выяснить.
Пока грабители планировали очередное преступление, их пленница планировала очередной побег. Она ходила из угла в угол, металась как зверь в клетке, смотрела на крутые обрывистые берега речки, что далеко внизу и снова понимала безвыходность своего положения. Ах, если б она только знала, что ее любимого больше нет, она б не раздумывая, бросилась в эту пропасть. Но как раз это «незнание» ее и спасало. Отверстие в нижней части двери было не большим и не маленьким, так что Элизабет удалось просунуть в него голову. Там, за дверью, она увидела темный узкий проход, с винтовой лестницей в нем, по которой ее вели, возвращая после побега. Казалось, сбежать не было никаких шансов.