Чтение онлайн

Боль пронзила ногу, ещё один болт воткнулся в плечо. Проклятый пепел! Я еще жив, и сила Люцифера будет хранить меня, но и он не всесилен! Миг - и полетят новые стрелы.

Я посмотрел на священную реликвию.

– Мои уста есть уста древних богов. Они говорят, исчезни. Сгинь! Артоха эш"Гам!

Рубин помутнел и треснул, из него потекла кровь.

Я отпрянул, вдруг проняло брезгливостью. Камень в перстне теперь напоминал лопнувший гнойник, потому как кровь из него вдруг потекла нечистая. Проклятье! Барамуд не предупредил о подобной мерзости. Да дело сделано!

А что будет с нами? С Алисой? Мной? Отцом Томасом и Лилит?

– Гард!

Я обернулся на выкрик Тейвила. Тот, кого считал своим другом, стоял перед глубоким строем арбалетчиков. Десятки самострелов целились в меня.

– Вот и свиделись снова!
– с наигранным весельем в голосе вновь выкрикнул лейтенант.
– Теперь не уйдешь.

Четким офицерским движением арниец поднял шпагу. Опустит и щелкнут выстрелы. Я тянулся к магии, но находил только пустоту. Проклятье! Много бы отдал, чтоб слиться с тьмой и врубиться в ряд стрелков, схлестнуться с Тейвилом. Да, видно, ничего теперь-то у меня нет, нечем расплатиться. Даже души! Лишь Алиса, но она моя и ничья более!

Тень незаметно подкралась сзади. Положила голову на целое плечо, обняла из-за спины.

– Мы вместе, - прошептала она.
– Навсегда!

Ричард Тейвил начал медленно-медленно опускать руку. Время почти остановило свой бег, как три витражных окна разлетелись мириадами осколков. Тейвил застыл, не двигаются его солдаты; окаменела и Алиса, а стекло осыпалось цветным дождем. В дворец на скачущих по воздуху конях ворвались три всадника Апокалипсиса. За ними сквозь разбитые окна в зал влилась клубящаяся тьма.

За миг непроглядной мглой окуталось все кроме небольшого пятачка вокруг черной пирамиды с золотым троном и гноящимся перстнем, меня, оживших церковника и теней и предвестников. Они опустили коней вровень с нами. Чёрный и серый жеребцы били копытами о плитку рядом с Велдоном и Лилит. Белый конь парил предо мной и Алисой, его наездник призывно протянул руку. Спасение пришло!

– Алиса!

Моя любовь поняла без слов и быстро взгромоздилась на коня перед предвестником. Морщась от боли - во мне все также торчат две короткие стрелы - кое-как влез на злобно косящегося жеребца позади лучника. Крепко вцепился в его обретшие застывшую форму одежды. Седла, за которое удобно было бы ухватиться, не имелось.

Предвестник дал шпоры коню, и мы взмыли к потолку, вырвались из Зала избранных и стремительно поднялись над дворцом и цитаделью. Холодный ветер бьет в лицо, дух захватывает от ощущения полета. Как во сне! Рядом неслись кони двух других предвестников с Лилит и Велдоном.

Я глупо, по-мальчишески, ухмылялся. Спасены! На свободе! Пьянящее чувство!

Внизу горел двор внутреннего бастиона Сарн Адаба. Всадники Апокалипсиса смогли-таки рассеять ряды приспешников возвратившегося бога: ни самого Низверженного, ни следов магического противостояния нет. Только люди, как муравьи, бегают по Черному замку и ещё в городе вокруг крепости.

Кони предвестников стремительно рассекали воздух. За одно мгновение пролетели над Тартой и быстро оставили позади огромный лагерь иномирцев. Почти рассвело, и хорошо видна был царящая там суматоха. Словно застигнуты врасплох внезапно атаковавшим неприятелем; впрочем, так оно и есть. Никто не ждал конца света и его предвестников... Проклятье!.. Их-то призвал я.

Грязно выругавшись, понял, что полегчало. И вырвал ведь из лап Низверженного Алису, ещё и Велдона вместе с Лилит. Отомстил! За Харуза, за ночных крыс! За всех, кто отправился в безнадежный поход и сгинул! Но что будет с Орнором?..А! К чёрту! Пускай ждет своей участи.

Кони мчатся на восток. Туда, где в эльфийских лесах, ждет укрытие; мы уже почти добрались до владений перворожденных. Я возблагодарил бы Небеса, но захотят ли они слышать того, каким я стал? Жеребец лучника нырнул вниз, и скоро мы оказались на подмороженном поле в полусотне шагов от владений перворожденных.

– Спасибо, - произнес я, глядя в спину предвестнику.
– Не знаю, как ты наречен, но, если мои слова хоть сколь-нибудь важны, я говорю спасибо.

Спрыгнув, смотрел на всадника, но для того спасенные смертные будто бы не существовали. Черный провал на месте лика предвестника был устремлен к небу, лишь жеребец вновь недобро косился на меня и Алису.

Велдон последним из нас очутился на земле, и в тот же миг три коня устремились ввысь. Минул один удар сердца, и всадники Апокалипсиса скрылись из вида.

– Лишь помыслю, что сорвался в самую глубокую пропасть падения, - обреченно молвил инквизитор, опустив голову, - как творю что-то еще более страшное. Чью длань я принял, чтобы спастись!

– Зато живы, - сказал я устало; опять эти обличающие речи.

– Отец!
– звонко, по-девичьи воскликнула Лилит.- Он прав! Мы в самом деле живы и на свободе! Я не чую Низверженного в себе!

Маску дочь инквизитора успела снять, и, хотя красная краска ничуть не стерлась, это мазня более не казалась пугающей; как и на лицах священника и леди Кайлер. Дочь церковника раскинула руки и, смеясь, запрокинув лицо к небесам, кружилась на месте. Взор Велдона потеплел.

– Нужно вытащить из тебя стрелы, - Алиса смотрела мне прямо в глаза.

Она мнилась сейчас слабой и совершенно беззащитной, а сама думает о моих ранах. Я устало улыбнулся

– У эльфов, они помогут.

– Больно?

– Терпимо, - соврал я, и ткнул пальцем в сторону припорошенного снегом величественного ельника. Не бывает таких правильных и высоких силуэтов в диких лесах.

– Туда?
– спросил инквизитор.
– Но что там?

– Святой отец, - молвил я, - скоро сами все узнаете, а сейчас надо торопиться. Стоим на виду у приспешников Низверженного, и их лагерь не столь уж далеко.

– Да, да, - закивал головой святой отец, - идем же. Ты прав, Гард.

Мы шагнули к деревьям, и мир содрогнулся от оглушительного грохота. Из нутра Сарн адаба вырос огненный гриб. Взметнулся к небосклону, обратившись в огненный шар, и перегорел в темно-серое, нависшее над пылающими развалинами крепости облако.

Сарн адаб разрушен и кварталы вокруг него тоже.

Велдон сложил руки, его губы прочитали краткую молитву.

– Хоть и приспешники Низверженного, - пояснил он, - токмо все ж смертные души.

Счет на погибших там, должно быть, идет на тысячи. Хотелось бы знать, сколь много сгорело в огне чернокнижников. Ишмаэль, конечно же, удрал, глупо надеяться на иное. А еще бы задать несколько вопросов Барамуду. Древний бог обещал три дня, чтоб убраться от перстня. Я мрачно посмотрел на ельник - еще он сказал, что будет поджидать в этом самом лесу. В Гвендаре.