Чтение онлайн

– Твоя душа чёрна и проклята, Гард.

– Кровь и песок! Отец Томас, вы прям в корень зрите, - с издевкой сказал я, пряча за маской цинизма излом в душе и страх, - может еще и исповедуете? Только не сейчас. Потом!

Последнее слово пришлось едва ли не прокричать. Пламень угас, и вместо него по сфере Велдона враз приложились дюжины молний, вслед ударил сильные ветер. Его порыв скинул с церковника капюшон.

Два глаза на лице инквизитора таращились на меня с неистовством безумца.

– Я тоже проклят, вор! И моя душа столь же чёрна! Я свершу то, о чём ты говоришь. Но сможешь ли ты прорубить дорогу к цитадели?

Я покачал головой:

– Вокруг целое войско. Я не всесилен.

Рой арбалетный болтов вновь врезался в магический барьер. Арбалетчики били отовсюду и одновременно Сотни и сотни снарядов упали на булыжники внутреннего двора. Я убил бы очень многих, длань Дьявола долго будет хранить меня, но всему есть предел.

– Лилит, - попросил церковник, - дочка, положи руку мне на плечо.

Тень сделала это. Томас Велдон полуобернулся к девушке, коснувшись её ладони.

– Помни, что я люблю тебя более всего, что есть в тварном и даже духовном мире.

Лилит упала на колени и, зарыдав, ткнулась в плечо отца.

– Я...
– всхлипывала она, - буду... никогда не забуду.

Мироздание вновь затрясло, на сей раз после ослепительно сияния, накрывшего Сарн адаб. Белый свет, по настоящему слепящий. Я часто-часто моргал, в глазах режет, но хоть не ослеп в самом деле. Только на миг - потом увидел золотые волосы Алисы, её лицо, Велдона и Лилит.

– Возьми...
– услышал я сквозь рев усилившегося ветра, догадавшись, что церковник передает спящую девушку.

Я переложил голову Алисы на свои колени и, не сводя с нее взора, притронулся кончиками пальцев к её ресницам. Как же она прекрасна! Моя любовь.

Священник и его дочь поднялись. Томас Велдон обнял и по-отечески поцеловал тень. Подумалось было, что Лилит отпрянет от уставившегося на неё ока Неакра, но тень совершенно не боялась безумного чернокнижника. Даже и не замечает его!

Сказав что-то на ухо дочери, Инквизитор тихонько оттолкнул её от себя. Шагнул в сторону на десять шагов и, вздев к небесам обе руки, повернулся к нам спиной. От каждой пятерни к небу потянулась чёрная струйка того, что я сперва принял за дым. Но то есть сама первородная тьма. Клубясь, она поднималась, становясь с каждым футом от Томаса Велдона все шире.

Над нами, прямо под защитным барьером, по коему с неистовством продолжали лупить орденские маги, росло и росло пятно тьмы, в котором сошлись поднимающиеся от рук инквизитора сначала струйки, а потом столбы так напоминающей чёрный дым мглы.

Инквизитор был более не один. Перед ним стоял темный призрак с расправленными крыльями и он тоже поднимал над собой руки.

Тьма сверху разрасталась, стекая вниз по магической сфере, поглощая её сияние, закрывая собой все, куда мог дотянуться взор, глуша звуки и гася ветер. Магические вспышки, всполохи и взрывы зачастили, но там, где растекался мрак, исчезало все остальное. Мы тоже начали погружаться во тьму. Растворялась во тьме защитная сфера, и потухал исходящий от неё свет. Как только завеса тьмы полностью отгородила мироздание от бросивших вызов возвратившемуся богу, в полной темноте, тишине и безветрии оказались и мы. Жутковатое ощущение, словно замурован.

– Не беспокойтесь!
– послышался охрипший голос Велдона. Когда он успел его сорвать?

Там, где должен был стоять церковник, вдруг показались плиты вырванного под ночное небо куска подземелья, и видно было все, что находилось над ними. Вернее, того, кто стоял на них - Томаса Велдона посреди освещенного круга футов в пять или шесть в поперечнике. А вокруг абсолютна темнота, ни меня и Алису, ни Лилит во мгле не углядеть.

Святой отец шагнул ко мне, и открытое свету пространство удлинилось, круг превратился в короткую дорожку. Все мы очутились внутри неё.

– Дочь моя, - инквизитор молвил не своим, глухим голосом, - стань подле. А тебе, вор, предстоит взяться за меч свой.

Островок нашего мира во все поглотившей тьме враз вытянулся в длинную дорогу шириной в те же пять-шесть футов. Через дюжину шагов путь сквозь мглу шел по булыжникам, которыми был вымощен внутренний двор Сарн адаба. На булыжники лег густой туман, я мог разглядеть их там только на пару футов вперед.

– Скорей, - Томас Велдон навис надо мной, - туман быстро развеется. Отдай мне Алису, я понесу её!

– Зачем...
– начал было я, не понимая, что надумал инквизитор.

– Да скорей же! И не сомневайся, у меня хватит сил, чтоб нести её на руках. Ты же становить у тумана.

Что он задумал? Проклятый святоша! Я ругал Велдона последними словами, потому что никак не мог взять в толк, что у него на уме, но уж больно уверенно он говорит. Подняв мою любовь, спящую по-детски безмятежным сном, я передал её отцу Томаса. Боялся что, тот немедленно ухнет и скажет что-нибудь о тяжести ноши. Однако инквизитор никак не показал, что держит на вытянутых руках взрослого человека.

Что ж... Значит, так. Я поспешил занять оборонительную позицию подле тумана. С бракемартом и кинжалом. Кажется, что слышу слабые отголоски поднятого на внутреннем дворе замка шума за мгновения до нашего исчезновения. Проклятый пепел! Они определенно нарастают.

Лилит стала в трех шагах позади, меч снова при ней. Следом Томас Велдон со спящей Алисой.

– Я мог удерживать магию Низверженного, - торопливо заговорил церковник, вернув себе прежний голос, - но не сдвинуть защитный барьер, чтоб добраться до цитадели и перстня Бога Сына. Но... Неакр подсказал. Этот путь! Путь света сквозь царство тьмы! Он ведет прямо к реликвии.

Церковник снова осекся, продолжив:

– ... что даст нам новую силу.

– Чего же мы ждем!

– Этого!
– воскликнул Томас Велдон.

Вместе с вскриком вновь ударил ветер, а путь то перстня Бога Сына заполнился бесконечными рядами приспешников Низверженного. Часть внутреннего двора и цитадели Сарн адаба словно вырезали из реальности, я видел как будто ломтик, вынутый из настоящего мира. Мы пойдем внутри него и пробьемся до нового могущественного артефакта, в коем последняя надежда спастись. Проклятье! Вырвать из замка хотя бы Алису и Лилит!