Чтение онлайн

Параметр лидерство +4, повысился до (72/100)

Параметр харизма +5, повысился до (36/100)

Владимир Денисович Черноярский

Амбиции (100/100)

Отвага (88/100)

Лидерство (72/100) +4

Интеллект (61/100)

Самообладание (58/100)

Дипломатия (45/100)

Харизма (36/100) +5

Организованность (24/100)

Командная работа (20/100)

Мечник ©, Наездник на виверне (D), Ведун (D)

Фермер (E)

Преданность -//-

Трудолюбие (71/100) +1

Счастье (58/100) –3

Боевой дух (93/100) +1

Общественный статус: «Убийца некромантов» — человек, снискавший славу, убив одного или нескольких некромантов.

Скрытые таланты — «Диктатура Параметров» (способность читать потенциал людей)

Мы похоронили с почестями четверых погибших ребят Драйзера. Как бы я ни старался, но за всеми уследить невозможно. Я распорядился выплатить щедрую компенсацию их семьям, а также даровал право заселиться в любой из моих будущих городов с выделением им дома и содержания детей.

Не будь с нами живого щита в виде глипт, хлебнули бы лиха. Граф спал и видел, как бы уменьшить численность моих войск. В Таленбург был послан гонец, дабы привести ещё сотню камнекожих. Что-то мне подсказывало недавняя осада — это лишь цветочки, и война затянется в кровопролитное месиво. Только ступили сюда, а нас встретило почти полтысячи опытных гридней. Если так и дальше продолжится, мы увязнем на подступах с такой малочисленной армией.

Граф Абросимов тёртый калач, у него сильное боеспособное войско и здравый ум. Аристократ не постеснялся усилить одного из своих рубежных баронов и людьми и хорошим обмундированием. Держу пари лояльность к нему крайне высокая среди всех баронов, не то что у нас, где каждый сам за себя.

Я пока не видел патриарха этого рода в лицо, чтобы оценить уровень преданности его войск, но интуиция редко когда подводила меня. Зампольского среди пленных не оказалось. Вместо него крепостью руководил тот самый кастелян в тёмно-синих доспехах. После атаки Святославы выжило двенадцать магов, оказавшихся вне зоны действия «Красной жатвы».

Строевая подготовка и артефакторная жаростойкая броня не спасла гарнизон Колозени по причине слишком большой зоны покрытия огневички. Сюда можно добавить и взрывной рост температуры до каких-то невероятных высот. Я мельком сверял в пылу боя против кого мы дрались и отмечу, что «А» ранг Святославы не оставил врагу никакого шанса. Даже кастелян был «B»-шкой, а там разница ох какая большая, считай, годы тренировок при условии, что есть потенциал для возвышения.

Свою роль сыграл и нестандартный способ материализации — прямо под ногами магических «легионеров». Такое предвидеть сложно. Они привыкли гасить щитами снаряды, а тут внезапно оказались на лавовой поверхности. Их тактика была весьма действенной и заслуживала уважения. Собранные в увесистый «пучок» заклинания брали неожиданной массовостью и уничтожали всё на своём пути. Никто до этого не наносил мне столь чудовищный урон по глиптам, и я крепко призадумался над мерами защиты в будущем.

— Владимир, тебя искали, — шепнул на ухо пришедший на церемонию погребения Склодский, дело было под вечер, я так и не поспал в развернувшейся суете.

— Что там?

— Его Сиятельство приказал разделить добычу между всеми баронами. Наши вот-вот с катушек сорвутся, только Драйзер и сдерживает. Надо разобраться…

— Понял, сейчас, — поднял я ладонь, призывая его замолчать, и принял из рук подошедшего витязя щит с гербом двуглавого льва.

Подойдя к разгорающемуся пламени погребального костра, я возложил его сверху, перекрестился и, не оборачиваясь, ушёл в ставку Остроградского.

Спрятавшиеся по домам жители утайкой наблюдали за захватчиками, выглядывая из-за кружевных штор. На улицах попадалась только снующая туда-сюда сопливая ребятня. Солдаты относились к ней снисходительно, не все в войске разделяли жeсткую линию графа.

Дети выполняли мелкие поручения родителей: бегали к зеленщику, мяснику или другому торговцу за продуктами и товарами, доставляли устные и письменные послания, иногда и сами захватчики спрашивали у них какую-нибудь информацию.

Мирняка в крепости было мало, но зато все зажиточные. По большей части крестьяне размещались в окрестных селениях в десяти-пятнадцати километрах отсюда. Они наведывались в крепость сбыть свои товары, уплатить налоги или развлечься. К слову, местные уже были в курсе о вторжении чужаков. Моя разведка в виде копейщиков Фомича докладывала, что пашни и хозяйства брошены, скот выведен, а некоторые деревни и вовсе сожжены зампольскими молодчиками.

— Куда прeшь? — сурово спросил широкоплечий страж, преграждая мне дорогу внутрь хором Остроградского, тот расквартировался со всеми удобствами у богатого купца. — Пускать никого не велено.

— Не надо, — попросил я Мефодия, у которого глаза налились недобрыми помыслами, здоровяк угрожающе посмотрел на охранника, тот ответил тем же и с долей насмешливого превосходства, позади собралось ещё народу человек сорок наших. — Станислав Викторович Пельшиков, передай Его Сиятельству дело срочное и не испытывай больше моего терпения. Злопамятство у ведунов в крови.

Мужчина уставился на меня с подозрением и на секунду застыл в нерешительности. Он, конечно, мог подумать, что я где-то уже слышал его имя, но обо мне ходили разные слухи. Пререкаться с тем, кто может сдвинуть твои мозги набекрень, не шибко умная затея. Потом поди докажи, что это я сделал, а не сам он умом тронулся.

Дружинники Остроградского много о себе мнили, но этот сбавил тон и велел помощнику доложить о моeм прибытии. Внутрь пустили только троих: меня, Склодского и Нобуёси. Мефодий скрестил руки на груди и демонстративно встал у входа, буравя взглядом стражу. Прямолинейного берсерка было опасно брать на какие-либо переговоры, потому я велел ему следить за порядком снаружи.

— С чем пришeл? — спросил граф, явно раздражeнный моим визитом, он делил трапезу с императорским посланником. — Смелость уместна на поле брани, барон, а сейчас это выглядит как дерзость. Вы будете наказаны.

В отличие от него Антон Кержапольский приветливо поднял бокал и, встав со стула, подошeл ко мне, обнимая за плечо.

— Павел, ну что ты так кошмаришь нашего героя. Он тебе такую службу сослужил, а ты… Держи, Владимир, — он передал мне питьe и чокнулся. — За славную победу и военный гений нашей молодeжи.

— И за всех павших, — добавил я, смотря в лицо Остроградскому, тот из желания угодить Кержапольскому пригубил вино и отставил бокал в сторону.

— Присаживайся.

Миловидная кудрявая дочка купца с аппетитными формами занесла ещe один стул, и я присоединился к ужину знатных господ.

— Не хотел портить вам аппетит, но моих людей лишили законной награды. По какому праву? В штурме участвовал только я, а значит, и добыча вся моя. Мы наиболее пострадавшая сторона. Каждый убитый глипт стоит не меньше пяти тысяч рублей, а каждая потерянная человеческая жизнь невозместима…