Чтение онлайн

– Что разгневало мою прекрасную фею?
– этот нахал откровенно потешался над ним.
– Мое сердце слишком велико, чтобы отдать его одной, даже такой неординарной прелестнице.

– Тьфу на тебя. Ты чему сестру учишь?

– Как соблазнять мужчин, конечно. Кому как не мне об этом знать?
– невозмутимо ответил Валентин и, сняв очки, засунул их в карман.
– А что, волшебница моя, есть какие-то возражения? Уж не ревнуешь ли ты меня к моей сестре? Не читай так много японских комиксов, дорогая Джун-Джун. Чего там только не выдумают. Мне одна моя крошка рассказывала, что там много сочиняют о том, как девочки переодеваются мальчиками и наоборот или о том, как сестры испытывают к братьям неродственные чувства и наоборот. А ты, кажется, изданием комиксов занята, рыбка моя? И как в корейских? Тоже полно такого бреда?

"Вот, значит, как. Ну ладно..."

– Ты прав, мой Валентин, ревность изгрызла мне всю печень, - повинился юноша.
– Только и думаю: почему это мой суслик проводит так много времени не со мной. А ведь все хорошо начиналось...

– Ты что это такое говоришь?
– блондин утратил свою невозмутимость и слегка побледнел.

– А что такое? Я девушка свободная, ты хоть куда. Вот и решило мое высочество - а не снизойти ли к тебе и не ответить ли на твои пылкие ухаживания?

– Не вздумай! Ты что? Самое лучшее в прекрасных принцессах - их недоступность!
– пробормотал блондин.

– Кстати, а брат тебе рассказывал, что я очень даже сильная, - угрожающе улыбаясь, поинтересовался Джун.

Он понял, что его нагло разыгрывают. Этот пройдоха явно раскусил его игру или почти раскусил и проверяет свои подозрения. Но ставить под опасность свою сестру только чтобы вывести на чистую воду возможного лиса в курятнике? А учить этого невинного ребенка соблазнять мужчин? И главное, Федора! Он вообще соображает, этот Валентин?

– И если мне чего-то очень хочется, то что мне может помешать взять это, не интересуясь мнением других людей?
– юноша встряхнул непутевого брата, поставившего сестру в опасность, и отпустил.

– Ну...
– блондин почему-то расслабился.
– Наверное, то тебе помешает, что ты без ума от того, что тебе сильно хочется. Или от той. И не сможешь навредить тому, что тебе дорого. Или той.

– Мало того, что вы Самойловы любите кружить головы людям. Вы при этом еще остаетесь потрясающе наивными людьми.

– А сам-то, ой, прошу прощения, сама-то хороша? Замучила мне сестру. Костик - тот только и знает со своей малюткой резвиться. Да Лиза и не хочет с ним тебя обсуждать из-за твоей к нему страсти. Кто еще за сестру отмстит - я, конечно!

– О какой еще моей страсти ты говоришь?

– А то ты не знаешь, что чувствуешь к моему братцу? моя сестренка подробно описала все хитросплетения ваших отношений. Правда, ты фигурировал в деле, как аппетитная блондинка, а Степашка - как жертва радиации.

– Просвети меня, сделай милость.

Джун не знал, как ему реагировать на услышанное. Лиза его просто поражала своей фантазией. Вот ведь выдумщица. Он влюблен в Хрюшу без взаимности и пожертвовал своим покоем ради счастья подруги и любимого человека? Это только Цыпленку могло в голову прийти такое! Может, она до сих пор влюблена в павлина, но скрывает - вот и думает, что все такие? Эта мысль совсем не понравилась юноше, но, хорошенько ее рассмотрев, он пришел к выводу, что ничего к Роману девушка не чувствует. Она ведь даже закончила уже свою картину по мотивам "Снегурочки".

– Что притихла, Мата Хари корейского разлива? Интересная у тебя жизнь, как я посмотрю, - Валя сочувственно похлопал его по плечу.
– Ничего, брат, все наладится.

– Да мне бы еще пару месяцев и все было бы хорошо, просто отлично. Но кто ж знал, что я ее встречу именно сейчас?
– забыв о том, что собеседник и знать не знает обо всех его трудностях, пожаловался Джун.

– О, нет, это я выслушивать не желаю. Это ты, пожалуйста, ей скажи.

– Да не могу я! Я и брату твоему говорил, что не могу... Так...
– юноша остановился и потер лоб.
– Кстати, а ты-то сам давно понял, что я - это я?

Валентин вместо ответа расхохотался.

– Ой, видел бы ты себя со стороны, Ромео. Или лучше тебя Джульеттой называть? Я танцор, и неплохой. Грамот с собой не ношу, так что поверь на слово.

– И какое отношение это...
– Джун хлопнул себя по лбу ладонью.
– Вальс...

– Вот-вот, к тебе возвращается твоя хваленая логика. Костик мне за эти пару дней все уши ею прожужжал. "Джун вычислит, Джун поймет, Джун предвидит". Да ни одну девчонку не будут учить делать поддержки и ни одна девчонка не будет их делать, даже если и танцует за партнера.

– Но если ты знал с самого начала, то почему с Хрюшей согласился оставить нас с Лизой в одной комнате? Ты-то ведь меня не знаешь, а Костя обо мне не рассказал бы ничего - он обещал.

– Но ведь это так забавно! моя сестренка по-настоящему...

– По-настоящему что?
– тут же подхватил мысль Джун.
– Она тебе что-то говорила?

Нахальный блондин махнул небрежно рукой:

– Да, какую-то ерунду о перемене пола.

– Что?
– как у юноши глаза на лоб не полезли, он и сам не знал.

– Да шучу я, шучу. Сам тоже хорош. Когда ты меня к стеночке прижимать начал, я уж испугался - а вдруг ты не по девочкам, а по мальчикам.

– А ухаживал за мной зачем? Тоже потому, что забавно? Хотя постой...

– Что, неужели, ты догадываешься?

– Есть три варианта: во-первых, ты хотел так вывести меня на чистую воду. Во-вторых, кем бы я ни был, ты решил воспользоваться моим талантом сводить людей, о котором узнал от брата. В-третьих, ты тоже Самойлов - и этим все сказано.

– Да я просто тебя пожалел и решил, что поухаживаю за тобой, чтобы никто другой не заподозрил, что ты парень. А то знаешь ли, такое открытие ведет к другому предположению. А не все такие терпимые, как я, далеко не все. Или приняли бы тебя за девицу с нестандартными интересами - тоже ничего хорошего для тебя, а главное, для Лизки.