Чтение онлайн

– Я тебе не верю. Еще ни один твой собрат не отдал энергию добровольно.

– Ну и жабы значит, - пожал плечами Семен.
– Или вы дураки. Ты вон как разговариваешь, так я бы тебе не то, что и-цу эту не дал, лучше сам бы ею давился, так и слова бы не сказал, немыми бы и тупым сказался.

– Тогда почему не сказываешься?

– Не могу. Свой ты, а своим, чего только не простишь. Хотя предательство я и брату не прощу, так что смотри, не заносись. А в остальном разберемся.

Констант нахмурился: может у отца внебрачный сын есть? И его на землю сослали, чтобы мама не узнала? Чушь!
– волосами тряхнул.

– Нет, все-таки ты эсклюзив.

– Сибиряк я. Обычный русский мужик. Не встречал таких? Ну, так мал еще, неопытен. Чего застыл-то? Шевелись, звони своим врачам-эксперементаторам.

Парень смотрел на него, уже устав как-то реагировать на непробиваемую наглость и вдруг подумал: если этот землянин прав, то пусть он и докажет. И если сможет, значит это будет одно - Горец послан самим Модраш и ясно для чего - для спасения Эйфии.

Нет, а чем этот мужчина не пара ей?

Тэн?

Цонхой с вечным источником силы, мощнейшим Ка, уже проверенным и зафиксированным массой свидетелей видевших битву в ангаре - уже не тэн.

Свой - сам говорит. Агрессии к флэтонцам не проявляет, к традициям с почтением, с умом дружит, харизма - сейти бы такую, физически?… Дикарь неухоженный, конечно, но это исправимо. Нет, этот мужчина Константу все больше нравился, а по сравнению с Монторрионом просто не имел конкурентов.

И только два "но" кроме естественной пока проверки: отец и Эя. Первого нужно убедить, вторую увлечь. Отца Констант может на себя взять, а вот Эйфию мужчине самому придется завлекать, приручать, располагать. А земляне так неуклюжи.

Ну, если Горец прав, и пройдет тесты, то Констант ему в этом поможет, научит, подскажет.

Главное, чтобы Фея жила, забыла того Семена и привязалась к этому землянину.

В конце концов - отчего нет? Они все одинаковые. Этот хоть выделяется и более приемлем флэтонцам характером.

Акино Хорго.

Констант развернулся и стал связываться с кафирами и сленгирами, озадачивать их своей версией.

Через два дня сегюр вызвал к себе Мичигу:

– Что с кандидатами Монторрион? Я вижу тебя ежедневно в покоях моей дочери, но не вижу, чтобы мой приказ исполнялся.

– Я узнал, кто внешне и энергетически приятен сейти, подобрал претендентов. Но, к сожалению их всего двое.

– Род, имена?

– Салиман князь веригов с Копигора, Мансур - племянник императора Юккоса.

– И оба тупицы.

Монти согласно кивнул:

– К сожалению, вы правы.

– Неужели из всей базы данных лишь эти двое подходят по предъявленным требованиям?

– Да, господин сегюр. Соединив пристрастия сейти и ваши требования к кандидату из почти миллионного списка, остались лишь эти.

Рэй задумчиво прошелся по кабинету, встал спиной к парню:

– Скажи мне, как Эйфия по-твоему относится к тебе?

Монторрион замер, боясь дышать, его поразила мысль, что сегюр возможно… Но нет,.
– вздохнул, огорчившись: к чему мучить себя бесплодной надеждой?

– Хорошо.

– Что значит "хорошо"?

– Она откровенна со мной и расположена благожелательно.

– А ты?

– Мое глубочайшее почтение…

– Не говори ерунду!
– оборвал его Лоан.
– Я спрашиваю тебя как мужчину, а не подданного.

Парень молчал, и чем больше думал, что ответить, тем сильнее колотились его сердца:

– Я готов умереть за нее, - признался, робея от собственной смелости. Склонил голову: а теперь наказывайте. Рэйсли покосился на него через плечо:

– У меня на столе отчеты кафиров о твоем физическом состоянии. Весьма. Как на счет отношений с женщинами? В состоянии ли ты быстро завоевать их расположение?

– Э-э-э… Но…

– Я говорю о своей дочери.

Монти чуть не рухнул от этого сообщения. С минуту собирался с мыслями, что разлетелись в миг от радости.

– Я постараюсь.

– Старайся. Если Эйфия благосклонно отнесется к тебе и не станет противиться союзу, я так и быть, соглашусь на него. С сегодняшнего дня ты можешь появляться в покоях сейти без моего разрешения. Но не забывайся и не забывай - Фея сама должна сказать мне, что готова стать твоей женой. И учти: время бежит быстро, а я обещал дочери отравить гоффит за тем землянином, что обогнал вас всех. У него было три недели, у тебя три месяца. За этот срок ты должен добиться привязанности моей дочери и вытеснить из ее памяти образ другого. Тебе ясно?

– Да, господин сегюр.

– Иди.

Рэй махнул рукой, выставляя парня вон из кабинета. Тот вышел на негнущихся ногах, прислонился спиной к стене и уставился в потолок: о Модраш, благодарю, благодарю!

Семена подняли с лежака, не дав досмотреть сон и потащили к Константу.

Чертов мальчишка, - тер по дороге глаза мужчина. Ему снилась Фея, он гладил ее волосы, а она прижималась к его плечу и говорила что-то на своем языке, словно жаловалась. Он только попытался успокоить ее, как эти ненормальные подняли его.

Мужчину втолкнули в каюту. Тот глянул на развалившегося в кресле мальчишку и с ходу подошел к панели в стене, достал стакан горячего фэй - хоть так проснутся.

– Ну?
– спросил неласково у парня.
– Чего тебе не спится?

– Мы спим по два часа в сутки…

– Поздравляю, а мы по шесть-восемь. Меняться не буду.

Констант фыркнул:

– Садись и слушай мой приказ.

Семен выпил фэй, достал второй стакан и бросил:

– Не зарывайся, ага? Приказку сначала отрасти.

– Слушай мой приказ!… - начал раздражатся Констант.

– Не-а, - качнул головой мужчина, подошел к креслу и навис над парнем со стаканом в руке.
– Обороты сбавь и скажи по-человечьи, а нет… Вурдалакам своим приказывай и проси у них хоть пол царства.

– Ты сейчас пойдешь к своим и поговоришь. Объяснишь или заставишь - твое дело, но они должны добровольно отдать свое и-цы Эринии.

– Опять ей плохо?

– Да. Приказ ясен?

– Угу, - хлебнул фэй.
– Иди и выполняй.