Чтение онлайн

Лень, всероссийская лень и разгильдяйство, как иные говорят — «широта натуры», —

были тому истинными причинами... Управляющий, адъютант, заведующий хозяйством,

чиновник для поручений, советник тоже были не прочь поваляться на боку, поиграть в

картишки, выпить лишнюю рюмочку; но они чувствовали, что для их собственной пользы,

для права и в будущем на картишки и рюмочку и проч. необходимо и в канцелярии посидеть,

и в архиве порыться, и в цейхгауз заглянуть и к нужному человеку сбегать и т. д.; вот они и

178

Электронное издание

www.rp-net.ru

беспокоили так или иначе свою собственную персону. А лица повыше, да еще с

обеспеченной карьерой, в этом уже не нуждаются: где им бегать по казармам, конюшням,

полям и лесам? Хорошо, если бумаги читают внимательно, да смотровой и строевой уставы

знают! Вот почему они предпочитали доверять и вверяться разным «дельцам», в том числе и

офицерам Генерального Штаба, особенно в «оперативных» делах и в поле, на маневрах.

Офицеры Генерального Штаба, пока не отяжелевали сами, проявляли всегда много усердия и

работоспособности, конечно, в тех направлениях, в каких шла вся военная деятельность,

лишенная доктрины и правды жизни. Принадлежа, по своим умственным способностям и

теоретической подготовке, не к худшим, а к лучшим элементам русского офицерства,

офицеры Генерального Штаба быстро «климатизировались» на разных должностях и

делались господами положения в сфере компетенции своего начальства, а потому

«ворочали» делами и своими шефами. Но сами они были плоть от плоти русского

офицерства, русского дворянства, русского чиновничества и русской военной системы. Ни

школа, ни войсковая часть, ни Академия не заложила в них жгучего, неодолимого желания

совершенствовать военную службу и дело исканием истины и правды жизни. Школа

сказала, что в Российском Государстве «все обстоит благополучно», что Царь — земной бог;

что все, от него исходящее, есть совершенство и критике не подлежит †† , что Россия —

первая держава в мире, что она всегда и всех побеждала... Церковь добавила, что «несть

власти; иже не от Бога суть»... Воинская часть все это подтвердила, а Академия —

припечатала.

Ни средняя школа, ни Академия не раскрыли истинного прошлого России — с его

внутренними раздорами, отсутствием народного воспитания (конечно, с примером сверху), с

борьбою за власть еще в удельный период и так во все последующие; с приниженным,

бесправным и весьма покорным силе народом-земледельцем, а не воином; с вечной борьбой

наверху — между князьями и дружинниками, между царями и боярами; между одними

боярами и другими; между одними интеллигентами-буржуями и другими такими же

интеллигентами-буржуями.

Никто не говорил будущим деятелям Армии правды о военных успехах России

(больше над чукчами, юкагирами, мордвою, финнами и татарами, турками и персами, да

развалившимися поляками!). Никто не освещал истинных причин ее великих поражений под

Мои друзья, читая мои статьи и слушая речи, говорили всегда: «Сломаешь себе шею». Помню, с какими

*

сомнениями и колебаниями принес мне на просмотр невинную статейку для «Разведчика» подполковник А.М.

Крымов, впоследствии игравший роль в событиях у Петрограда, спровоцированных Керенским в 1917 году

(наступление на Петроград).

179

Электронное издание

www.rp-net.ru

Аустерлицем, Фридландом * , 1812 году ** , в целом ряде последовавших войн или слабых

успехов даже над таким противником, как Турки, в 1877–1878году *** .

Если бы все недостатки народной и армейской организации в прошлом и настоящем

были бы сконцентрированы и выпукло изображены, а с другой стороны показаны были бы

последствия этих недостатков: народные бунты и все волнения после неудачных войн

(Разин, Пугачев, Казацкие выступления в Малороссии против Польши и Москвы,

социалистическое движение, находившее благодатную почву в народной массе голодной,

бесправной и темной), — то ум будущих работников Армии ясно сознавал бы

действительность, а сердце их горело бы неодолимым желанием изменить все к лучшему,

приблизить к идеалам.

Всего этого в действительности не было.

Офицер Генерального Штаба выходил из Академии с многообещающей вывеской,

вроде того, как это делается у магазинов, предполагаемых к открытию, но еще закрытых по

случаю происходящих внутри работ... А в действительности внутри и работ никаких не

было, а просто была наброшена разная мелочь, незаконченные предметы и бутафория...

Выйдя с таким багажом на широкий жизненный путь с обеспеченной карьерой, у начала

которой было написано: «все обстоит благополучно» и «происшествий никаких не

случилось», офицер Генерального Штаба получал как бы подорожную: «Иди смело и делай

то, что делали твои предшественники: никаких новшеств и либеральной критики. Видишь —

какую они создали Россию, солнце в ней не заходит! Это тебе доказательство, что от тебя

ничего больше не требуется, как следовать их примеру. Критикой не занимайся: это —

вольнодумство модников или глупое «самооплевывание». Бери жизнь, как она создана

отцами и дедами, и легко найдешь в ней хорошее и обеспеченное для себя место».

И офицер Генерального Штаба шел в жизнь, созданную отцами, и продолжал вести

себя по примеру отцов, не считаясь с ростом русского народа, его законными

потребностями; не видел необходимости в радикальном изменении порядков жизни и

службы; не предвидел будущего и тех неописуемых мук, коими будут расплачиваться дети

за грехи отцов!

Были, конечно, такие люди, которым нельзя в полной мере сделать такого упрека. Но,