Чтение онлайн

Всегда любил я, но притом совсем

Не ведал той, что принесла б мне горе

Или одна могла б утешить вскоре.

48

К тому же в граде, – оглянись вокруг, —

Красавиц много, дев и дам любезных,

И если верно, что тебе я друг,

Любая здесь, из самых будь прелестных,

Была б не против твой унять недуг,

Лишь действуй ты из побуждений честных,

Открыв ей муки; эту потеряв,

Мы многих обретем. Иль я не прав?

49

Я часто слышал, говорят в народе,

Что новой страстью прежний пыл гоним,

Усладой свежей дашь отпор невзгоде,

Прислушайся, Троил, к словам моим.

Не жажди смерти, помни о свободе,

Не будь себе ты ворогом слепым.

Иль плачем возвратить ее ты сможешь?

Слезами, верно, горю не поможешь».

50

Совет Пандара выслушав едва,

Троил залился пущими слезами:

«Пусть лучше гибель волей божества,

Чем изменить смогу прекрасной даме.

Я признаю, верны твои слова,

Не мало дам, чарующих красами,

Но нет такой прелестницы, чтоб та

Была моей владычице чета.

51

Лучами из прекрасных глаз мадонны

Любовный разожжен во мне костер,

В меня они проникли без препоны

И в сердце обретаются с тех пор.

Так, ими сладостно воспламененный,

Я ощутил, как сердце жжет Амор,

Святому пылу, коим пламенею,

Обязан самым лучшим, что имею.

52

И если бы хотел, – я не хочу, —

Не мог бы погасить такое пламя,

Сильнее стало б, я не возропщу,

Лишь Крисеида пребывала б с нами.

Не от любви тоску в душе влачу,

А оттого, что удалиться даме,

Никто другой не восскорбит о том,

Поскольку равных ей мы не найдем.

53

Любовь иная либо утешенья

Способны ль этот пыл перебороть,

Чтоб я любил другую? Без сомненья,

Я мучусь так, что в гроб кладите хоть,

Но вынес бы и горшие мученья

До рокового завершенья вплоть,

Не делать лишь бы из другой кумира;

И боги против, и законы мира.

54

Смерть и могила – только в них предел

Любви моей, что так чужда измене,

Каков бы после ни был мой удел;

Они отправят в Ад меня, где тени

Страдают вечно, в сумрачный придел,

Там суждены о Крисеиде пени,

В чьей власти жизнь моя, и плоть, и кровь,

Коль и по смерти памятна любовь.

55

Так перестань, Пандар, ты, ради бога,

Увещевать меня, чтоб в сердце я

Впустил иную даму, ибо строго

Там Крисеида властвует моя;

И хоть сейчас гнетет меня тревога,

Поскольку говорят мои друзья,

Что нужно удалиться ей, и всё же

В ней радость вся моя и счастье тоже.

56

Ты ясно мне даешь уразуметь,

Что благо потерять не столько больно,

Как если б это благо не иметь.

Безумцем признаю тебя невольно,

Коль ты попал в тех заблуждений сеть.

Боль, что дана Фортуной своевольной

Нам после счастья – самый страшный гнет,

И тот, кто говорит иное, лжет.

57

Скажи мне, коль любви моей причастен,

Ты запросто сейчас мне говорил,

Что всяк по своему желанью властен

Переменить тотчас любовный пыл,

Жестокую, в которой так несчастен,

Что ж ты любовь досель не изменил?

Другой не предложил себя почто ты,

Спокойно жил бы и не знал заботы?

58

И ежели столь бедственную страсть

Не поменял ты прежде на другую,

То как же я, познавши негу всласть,

Из сердца изгоню любовь такую,

Как говоришь ты? Горестная часть