Финляндия на пути к войне
Шрифт:
Для предотвращения ситуации, имевшей место в ходе Зимней войны, Финляндия после ее окончания создала гарнизоны и в северных районах страны. Они включали в себя подчинявшиеся V армейскому корпусу генерала Сииласвуо, дислоцированному в Оулу, 12 бригаду в Рованиеми (полковник Виикла) и 11 бригаду в Каяни (полковник Фагернес).
В условиях обостренной послевоенной ситуации планы обеих бригад разрабатывались в сугубо оборонительном варианте. Так, в приказе «о подготовке к боевым действиям» от 23 марта 1941 г. участок 12 бригады подразделялся на следующие сектора:
— Петсамо
— Савукоски
— Мяркяярви (близ Саллы)
— Кархуярви (до южного рубежа Посио)
справа — 11 бригада (в Куусамо и к югу от него).
На юге район V армейского корпуса ограничивался линией, шедшей от Оулярви на северо-восток к приходам Хюрюнсалми, тогда как приходы, расположенные к востоку от Оулуярви (Каяни, Соткамо и Кухмо) являлись в то время уже зоной IV армейского корпуса.
В связи со строительством в приграничье новых дорог у военных постоянно запрашивали соответствующее заключение. Так V армейский корпус 4 апреля 1941 г. определил свое отношение к 12 проектам по строительству дорог в Северной Финляндии. Он резко протестовал против осуществления 8 проектов как «невыгодных с точки зрения обороны страны», возражал против одного, не поддерживал два и только один считал целесообразным. «Если этим строительством дорог мы усилим возможности передвижения противника, то снизится обороноспособность наших позиций… Этим осложнится успешное выполнение задачи, возложенной на V армейский корпус», — отмечалось в заключении.
С другой стороны уделялось большое внимание условиям передвижения собственных войск по главным дорогам. V армейский корпус предлагал главному штабу 31 марта 1941 г. строительство сети военных дорог на севере Финляндии, и прежде всего в районе Саллы, к которому, как известно, проявляли интерес немцы.
Явным свидетельством приверженности оборонительной доктрине явилось широкое строительство укреплений, которое началось в Лапландии весной 1941 г. Соответствующая комиссия главного штаба докладывала 2 апреля 1941 г. начальнику строительного отдела о готовности начать возведение в районе Сайи 29 бетонных дотов, противотанковых заграждений общей протяженностью 6800 метров, окопов, командных блиндажей и т. д. V армейский корпус сообщил отделу снабжения главного штаба 19 мая 1941 г. о том, что главная оборонительная позиция на этом направлении находится между Савукоски и Пелкосенниеми. Об оборонительном характере разрабатывавшихся планов говорят и военные игры, которые по приказу главного штаба организовывали командующие армейских корпусов для своих подчиненных еще накануне мая 1941 г. Сохранившиеся документы свидетельствуют о том, что все игры строились из расчета ведения оборонительной войны.
Военные игры V армейского корпуса, руководимого генералом Сииласвуо, проводились 28–30 апреля 1941 г. и исходили из возможного нападения Советского Союза на Финляндию в период с 26 мая по 3 июня. Противник наносил мощный удар, поддержанный танками и военно-воздушными силами, в направлении Кемиярви. Неожиданный и стремительный удар наносился также по Куусамо, но в районе Суомуссалми и Петсамо предпринимались лишь отвлекающие операции. Никаких указаний о переходе границы финским частями в ходе проведения игр не давалось, задача финнов сводилась к ведению энергичной мобильной оборонительной войны, к применению тактики обходов и «котлов», хорошо зарекомендовавших себя во время Зимней войны.
Пересмотр оборонительных планов в отношении Северной Финляндии начался лишь на пороге июня, т. е. сразу после переговоров в Зальцбурге и Берлине, но до состоявшихся переговоров в Хельсинки 3–6.6. Теперь мы располагаем обстоятельными и живыми воспоминаниями генерал-лейтенанта Вяйнё Ойнонена, бывшего в то время начальником штаба V армейского корпуса.
«В июне 1941 г. за день или два до Троицы (согласно документам V АК — 31.5.1941 г. — авт.) я получил из Главного штаба вооруженных сил приказ явиться туда в Духов день (= 2.6.). Поскольку о цели визита ничего не сообщалось, я предположил, что речь пойдет о деле повышенной секретности. Оно могло касаться чего угодно, но сразу подумалось о Бушенхагене.
В Главном штабе встретил командующего армейским корпусом генерала Сииласвуо, который был вызван туда из своего отпуска. Насколько я помню, там находился также командующий Полярного военного округа полковник Виикла. Нам разъяснили ситуацию в том духе, что Германия сделала России ряд предложений, какие — не сказали, и если Россия на них не согласится, следует ожидать войны. Немцы готовятся нанести удар по России также с территории северной Финляндии и с этой целью сосредотачивают свои силы в районе Рованиеми и Рануа. Сосредоточение войск осуществляется под прикрытием их замены, это объяснение доведено до сведения русских. Прикрытие было настолько прозрачным, что немцы сами не верили в возможность обмана русских. Скорее оно походило на средство давления, с помощью которого пытались принудить их к согласию. Для тех же, кто верил в возможность избежать войны, это было своеобразной соломинкой надежды.
Серьезным аргументом в пользу приближавшейся войны говорил тот факт, что осуществление планов по уничтожению дорог в непосредственной близости от границы было временно отложено, и там, где они уже начали претворяться в жизнь, они немедленно прекращались… Для проведения запланированных передвижений немецких войск было приказано привести в порядок мосты в Киутакёнкя и в Килкилянсалми. Последний успели сломать в связи со сплавными работами.
В связи с возможным наступлением был представлен его общий замысел: моторизованная дивизия СС наступает от Мяркяярви и 169 (немецкая) дивизия от Сайя, они совместно овладевают Саллой и после этого продвигаются в сторону Кандалакши. Финская 6 дивизия накануне наступления освобождается от задач по прикрытию и вновь входит в состав своего III АК, задача которого сводилась к наступательным действиям в полосе от Паанаярви до Ребол с тем, чтобы поддержать правый фланг наступавших немецких войск. Когда же наступило время реализации плана, его изменили таким образом, что 6 дивизия оказалась подчиненной немецкому командованию и полоса наступления III АК на юге была урезана.
Наступательная группировка немцев должна была быть готовой к 25 июня. О дате нападения речь не велась, поскольку оно могло состояться только в том случае, если русско-германские переговоры закончатся провалом…
Надежды на лагерную жизнь казались после этой поездки в Хельсинки весьма призрачными. Также, видимо, думал и мой коллега, который при расставании после получения приказа сказал: „Ну что ж, встретимся в привокзальном ресторане в Лоухах или на стене кожевника“. Многие из нас потеряли свою шкуру, но ни один не попал в Лоухи».
Утверждение Ойнонена о том, что были изложены основные цели операции, кажется правдоподобным, иначе финнам в предстоящие недели было бы сложно планировать крупные изменения в сосредоточении войск. Высказанная при расставании надежда на встречу в Лоухах свидетельствует также о понимании участниками совещания того, что теперь планы носят наступательный, а не оборонительный характер. Прекращение уничтожения собственных дорог в непосредственной близости от границы было продиктовано необходимостью их использования для нападения.
И хотя имя генерала Сииласвуо и отсутствует в «протоколах» хельсинкских совещаний и в соответствующем отчете о них, который имеется в военном журнале армии «Норвегия», все свидетельствует о том, что он принимал в них участие, по крайней мере — 4 июня. Запись в журнале «Норвегия», сделанная присутствовавшим на совещании майором Мюллером о том, что командующий армейским корпусом изложил возможности собственной операции, согласно которой достигается линия Кестеньга — Ухта, не оставляет сомнений в том, что речь может идти только о командующем III АК Сииласвуо.
Вопрос о мостах в Лапландии на совещании в Хельсинки 2 июня еще не поднимался, подробно он был рассмотрен позднее. Согласно военному журналу армии «Норвегия», немцы на совещании в Хельсинки просили финнов привести к 18 июня в порядок мосты в Пелкосниеми, Савукоски и Сайя и перебросить на Кемиярви четыре парома, грузоподъемностью в 18 тонн. Уже на следующий день из Главного штаба за подписью квартирмейстера А. Ф. Айро было отправлено секретное распоряжение о приведении в порядок вышеперечисленных мостов, которые должны были выдерживать 18-тонную нагрузку. Одновременно сообщалось, что армейский корпус получит дополнительные транспортные средства (три автороты), которые прибудут в Пиппола на шестой день после начала мобилизации. Отдельное медицинское подразделение прибудет по железной дороге в Кеми. Иные подкрепления для армейского корпуса не планировались.
Так, за несколько дней до того, как через порт Оулу стала осуществляться масштабная переброска немецких войск, начались непосредственные приготовления, направленные на облегчение немецкого продвижения к фронту в районе Саллы. Этот факт можно считать поворотным моментом и в планах финских войск, дислоцированных в Лапландии.
Генерал Сииласвуо, находясь в Оулу, запросил 9 июня 1941 г. информацию оперативного отдела Главного штаба об общей ситуации. Он хотел знать, будет ли выведена из-под его подчинена и переподчинена немцам Группа Петсамо, а также дивизия Виикла. Через два дня полковник Тапола ответил о необходимости решать дело «на месте», т. е. с немцами. Исследователь Хелге Сеппяля подчеркивает, что этот обмен телеграммами «ясно свидетельствует о том, что финские войска в Северной Финляндии уже до официального подчинения немцам находились под их командованием».
Полковник Ойнонен в своих воспоминаниях указывает на то, что если ранее в Северной Финляндии планировались лишь оборонительные мероприятия, то теперь штабу срочно пришлось разрабатывать и наступательные варианты действий. Признаком такого наступательного планирования следует считать посланный 9 июня 1941 г. V армейским корпусом в зарубежный отдел Главного штаба секретный запрос из 17 пунктов, которые все касались советской территории в полосе будущего наступления армейского корпуса.
Поскольку немцы в результате переговоров начала июня взяли на себя направления Петсамо и Саллы, финны смогли сузить свою слишком широкую полосу обороны. Правда, в Петсамо было оставлено сформированное в апреле месяце «Отделение Петсамо», численностью около одного батальона. Но так как за основное операционное направление отвечали две немецкие горные дивизии, то на долю финнов оставалась лишь задача по охранению пустынного района Луттойоки. Поскольку полоса 12 бригады простиралась от Петсамо до южной границы губернии Лаппи, а полоса 11 бригады — с этого рубежа до южного берега Оулуярви, дислокация этих подразделений, расширенных в ходе мобилизации до размеров дивизий (6 Д — Виикла и 3 Д = Группа Туртола и Группа Фагернес), теперь была изменена: части шестой дивизии сосредотачивались на полосе к югу от Саллы до Куусамо, протяженность которой составляла лишь треть прежней. Таким образом, можно предположить, что в результате перегруппировки эта дивизия стала обладать необходимой мощью для ведения наступательных операций. Полоса третьей дивизии сузилась в районе Куусамо незначительно, в большей степени — к югу от Оулуярви. К тому же дивизия могла в ходе наступления получить в свое распоряжение некоторые освободившиеся в полосе Саллы финские части снабжения, немецкую танковую роту, а также поддержку Люфтваффе.
Поскольку русским вместо небольшого фронта периода Зимней войны теперь предстояло вести оборону от Ледовитого океана до Черного моря, у них явно не доставало бы сил на Севере. Можно было рассчитывать на то, что в этих условиях финны могли бы вести наступательные операции на всех участках фронта. И так как подобные планы у финнов отсутствовали, перед их штабами в июне 1941 г. встали совершенно новые и срочные задачи, что было видно хотя бы из вышеупомянутого запроса Сииласвуо от 9 июня.
И хотя общие планы финнов, разработанные в начале июня, не сохранились, имеющиеся разрозненные документы свидетельствуют о том, что армия Финляндии сменила ориентиры уже на достаточно ранней стадии — во всяком случае ДО подчинения немцам, которое произошло 15 июня. И когда утверждается, что нейтральная Финляндия узнала и отреагировала на передвижения немцев лишь в самый последний момент, то факты все же говорят о другом: о достигнутой уже в начале июня (3–6.6.) договоренности военных относительно взаимного сотрудничества. Формально производившие «замену» немецкие войска находились 11 июня еще по большей части в море, хотя передовые части уже достигли портов Похьянмаа с тем, чтобы через три дня сосредоточиться в районе Рованиеми. В сторону Саллы они двинулись только 18 июня. Но уже за неделю до этого финны организовали снабжение, а еще ранее запросили сведения о новой полосе наступления своих войск.