Физиогномика и выражение чувств
Шрифт:
Глава первая
Пальмы и сосны. Каждому свое место. Цивилизация требует, чтобы прекрасное соединялось с истинным.
Джиоберти
La beaute me fait du bien en etant belle.
В. Гюго
Кто здоров, тот прошел уже более половины пути, ведущего к красоте, и все гигиенические советы – хорошо питаться, жить в хорошей квартире, носить хорошее платье – склоняются также к тому, чтобы сделать нас красивыми.
Каждое существо, вышедшее здоровым из рук природы, красиво, и жизнь улыбается ему; всякий контраст, вред, болезнь, касающиеся его или заставляющие его страдать, делают его некрасивым, а безобразие – всегда болезнь или уродливость, всегда отклонение от естественного типа. И каждое существо чувствует ненормальность безобразия и поэтому всеми силами, со страхом и трепетом неуклонно стремится к сохранению своей красоты.
Каждое живое существо ищет красоту, а человек ищет и создает ее. В том загадочном движении, которое влечет всех живых существ к лучшему, некрасивое стремится к прекрасному и делается менее безобразным, а прекрасное также стремится к прекрасному и делается еще более прекрасным, между тем как уродливое само собою умирает, осужденное рано или поздно на бесплодие. На гигантском горизонте вселенной косоглазые, калеки и уроды выделяются, как бородавки на лице красивой женщины, как пятна на солнце, но подобно тому, как солнца и планеты нашего неба притягиваются одним большим солнцем, которого никто никогда не видел, так и травы, и деревья, насекомые и люди, словом вся несметная толпа живых существ в природе стремится передать через длинную цепь тысячей поколений вместе с любовью культ прекрасного – того неведомого божества, к которому направлены ум и сердце, сила и мысль всех людей, рождающихся на нашей планете.
Природа, создавая человека, наделяет его волосами, ногтями, червями и зловонным запахом; а цивилизация, которая есть лишь искусство прекрасного и хорошего, извлекла из его среды Венеру Милосскую и Аполлона Бельведерского.
Потребности есть, пить и спать легко удовлетворяются, и не для них мы нуждаемся в локомотиве и телеграфе; но для полного обладания прекрасным недостаточно еще всех ваших наук и искусств, потому что кроме купола св. Петра и трансфигурации Рафаэля, кроме «Рая» Данте и «Пятого Мая» Манцони, мы можем себе представить нечто еще лучшее, можем мечтать о высших красотах.
Жажда прекрасного никогда не утоляется – это неведомое солнце, к которому бессознательно стремится все бесконечное множество живых существ. Даже приобретения в области истины и добра нам не дороги, если они не носят отпечатка прекрасного; даже самые высокие и самые чувственные страсти не делают человека счастливым, если он их не сочетает с прекрасным, которое возбуждает и творит, которое превращает двуногое животное в мыслящего и надеющегося человека.
Каждое живое существо, само того не ведая, стремится к прекрасному; и каждая прекрасная вещь – излюбленное детище природы, которая ей покровительствует, защищает ее и дает ей возможность в жизненной борьбе пережить жалкие и некрасивые создания. Даже в мире растений и животных Парис всегда дает яблоко самому красивому существу. Все это есть ничто иное, как бессознательное поклонение неведомому Божеству.
Но человек не только дитя природы, а и ее разумный истолкователь; и вот он, первый между жрецами прекрасного, ищет его повсюду, в недрах земли и в небесах; в мире науки и искусства, в мире чувств и мысли; в мире цветов и звуков; повсюду, где воздвигается алтарь культу красоты, – и доходит до того, что открывает законы прекрасного, делая себя в этом почти равным Создателю.
Обязанность всякого человека не только искать прекрасное вне себя, но и сделать самого себя по возможности красивее. К неудержимой потребности природы: стремиться к лучшему, он должен прибавить коэффициент своего ума и своего опыта. Он должен распознать свой тип и стараться по возможности приблизить его к вечному типу красоты.
Каждый человек, родившийся под солнцем, имеет свой особенный тип красоты, отличный от типа всех других людей; но он всегда выше нас и мы не можем достать его руками. Приходится всегда созерцать его и приближаться к нему. Последний вздох нашей жизни должен быть последним стремлением к чему-нибудь прекраснее нас, к миру лучшему, чем наш мир.
Каждый человек обладает лучом человеческой красоты, но никто не обладает всеми. За исключением немногих уродов, обязанных этим какой-нибудь болезни, ни одного человека нельзя назвать абсолютно безобразным, и каждый обладает искрой, которая отражается в другом существе, искрой симпатии. Так два сверчка, показываясь в теплый вечер, говорят о любви своими световыми лучами.
У одной женщины имеется грация, но нет страстности; у другой слишком много света в глазах, но редко появляется улыбка на устах. Один мужчина Аполлон, но он не Геркулес, другой – Юпитер, но он не Амур. Каждый должен культивировать свою красоту, красоту своих детей, своих близких и дорогих. Она не заключается в греческой изнеженности и не в восточной похотливости, а в повиновении священным законам природы. И Бог изгоняет из храма подделывателей и не желает иметь жрецами уродливых людей. Не старайтесь быть милостивее Бога.
Любите прекрасное, которое есть одно из главных могуществ в мире, которое Платон, этот мудрейший из мудрецов, поставил непосредственно за здоровьем, когда перечислил величайшие из человеческих благ. Непосредственно за здоровьем и… перед богатством.
Не стремитесь никогда к ложной красоте, потому что во лжи не может быть прекрасного, и помните, что разумное почитание этого неведомого Божества заключается в воспитании и морали.
Быть красивым значит распространять вокруг себя много радости, и красивое существо всегда окружено светлым ореолом, радующим всех, имеющих счастье дышать одним воздухом с ним.
Настанет тот день, когда наука научит нас как создавать красивых людей, подобно тому как искусство учит нас как создавать, по крайней мере, симметричные статуи; но и теперь гигиена защищает нас от многих уродливостей, точно также как учит нас окружать себя и своих детей тем дорогим для нас здоровьем, которое само уже есть истинная красота. Архитектура скелета займет науку будущего; современная же наука делает нас полными хозяевами нашей кожи, наших волос, ногтей, словом, всей внешней поверхности той оболочки, которая прежде других принадлежащих человеку вещей бросается нам в глаза, когда мы рассматриваем мужчину или женщину.
В этих немногих страничках моей книжки вы, спустившись из возвышенной и ясной области прекрасного идеала на простую дорожку практики, найдете много советов, как сохранять естественную красоту или создавать новую, найдете орудие, чтобы защитить себя от ложной красоты косметики, увлекающей ваше тщеславие и вредящей вашему здоровью.
Я отвергаю красоту, которая вредит здоровью, и не желаю красоты, которая бы шла в разрез с трудом и нравственностью.
Кто ищет красоту на четвертой странице газет или в магазинах парфюмеров, тот подобен человеку, ищущему алмазы в навозной куче или добродетель в тюрьмах.
Ищите прежде всего красоту там, где она находится, и примите во внимание, что, высказывая это, я не желаю прятаться за игрою слов.
Если вам двадцать лет, то не старайтесь иметь красоты, свойственной тридцатилетнему возрасту, а когда вам будет сорок лет, то не выходите из себя, чтобы быть красивым, как в тридцать. Каждый возраст имеет свою красоту, как и свой тип; никакой талант не сумеет создать красоты вне естественного типа. Вы можете подделывать векселя, лицемерить, открыть храм поддельными ключами, но не забывайте, что все это доставляет позор.