Чтение онлайн

В отношении систематического положения носоходок высказаны следующие соображения:

Как показывает единственный вид, который всё ещё ходит на всех четырёх лапах (род Archirrhinos = примитивные носоходки), их следует выводить из примитивных насекомоядных. В этой связи важно присутствие Limnogaloides на Майрувили; это животное, которое, бесспорно, должно рассматриваться в числе Insectivora, имеет много особенностей, общих с Archirrhinos, и потому представляется вполне возможным проследить родословную обоих видов назад к общему предку.

В отношении остальных видов систематическая классификация носоходок связана главным образом со степенью развития рыла. «Родословное древо» на рис. 2, которое показывает систематические подразделения отряда, было предложено Бромьеном де Бурла (1950). Следуя ему, он различает в качестве основных группы однорылов, которые ходят на лапах = Monorrhina pedestria (с единственным видом Archirhinus haeckelii), однорылов, которые ходят на носу = Monorrhina nasestria (включающих мягконосых носоходок = Asclerorrhina и хоботоногов = Sclerorrhina), и многорылых носоходок = Polyrrhina (включающих коротконосых носоходок = Brachyproata и долгоносых носоходок = Dolichoproata). Хотя большинство родов может быть без труда размещено в этой схеме, всё ещё остаются сомнения в отношении кротовых носоходок = Rhinotalpiformes: неясно, можно ли их объединить в одну группу с иловыми носоходками = Hypogeonasida, [17] или же они произошли от Sclerorrhina (хоботоногов) и обладают вторично разросшимся nasarium’ом.

[Рис. 2] Предположительное родословное древо отдельных родов Rhinogradentia (по Бромьену де Бурла, с изменениями, с добавлением данных из Штультена).

1. Archirrhinos; 2. Nasolimaceus; 3. Emunctator; 4. Dulcicauda; 5. Columnifax; 6. Rhinotaenia; 7. Rhinosiphonia; 8. Rhinostentor; 9. Rhinotalpa; 10. Enterorrhinus; 11. Holorrhinus; 12. Remanonasus; 13. Phyllohoppla; 14. Hopsorrhinus; 15. Mercatorhinus; 16. Otopteryx; 17. Orchidiopsis; 18. Liliopsis; 19. Nasobema; 20. Stella; 21. Tyrannonasus; 22. Eledonopsis; 23 Hexanthus; 24. Cephalantus; 25. Mammontops; 26. Rhinochilopus.

Толщина ветвей означает относительное количество видов некоторых родов. Здесь Dulcicauda и Dulcidauca, которые в других местах считаются отдельными родами, помещены вместе под названием Dulcicauda.

Эти 14 семейств в целом содержат 189 видов; всё ещё существует вероятность того, что тот или иной неизвестный вид населяет какую-то изолированную область архипелага. Этого можно ожидать с большой вероятностью, потому что вышеупомянутая группа Rhinotalpiformes в последние годы дала удивительные открытия новых разновидностей. Также должны ожидаться некоторые систематические трудности, когда вопрос касается широко распространённого вида в плане того, когда мы имеем дело с истинными расами, т. е. генетически отличающимися популяциями, а когда просто с местными разновидностями. Пример Mammontops [18] (мохнатолицей носоходки), которая первоначально обитала на Шау-вануунде, а позже содержалась Военно-Морской администрацией в зоопарке на экспериментальной станции на Шей-нэй-лакха (Шэйелаха), показывает высочайшую степень, до какой может измениться фенотип. Генетические эксперименты до настоящего времени оканчивались провалом из-за трудности выращивания животных (см. стр. 19). Только Hopsorrhinus вновь представляет собой исключение. Однако здесь последний эксперимент показал, что различные островные формы являются истинными — хотя и близкородственными — видами. Только когда Hopsorrhinus aureus (золотомордый попрыгун) с Митадины был вытеснен Hopsorrhinus macrohopsus [19] (щукомордым попрыгуном) с Хай-дуд-дай-фи, появилось лишь немногочисленное [гибридное] потомство с ограниченной способностью к воспроизводству. Hopsorrhinus mercator [20] (= Mercatorrhinus galactophilus, [21] мордоскок Хили) также оказался подходящим для генетических экспериментов; обладая периодом беременности лишь в восемнадцать дней, он обычно приносит восемь голов молодняка одного пола и очень легко выкармливается имеющимся в продаже сгущённым молоком для детей (см. стр. 37).

Archirrhnos haeckelii (архиррин Хекеля) — единственный ныне живущий представитель примитивных носоходок. [22] Он всё ещё ходит на четырёх лапах, как остальные млекопитающие, и всё ещё не имеет высокоспециализированного nasarium’а. Таким образом, его рыло в целом не приспособлено для того, чтобы работать в качестве локомоторного органа и просто служит животному как опора, когда оно поедает схваченную добычу (см. табл. II, животное на заднем плане). Повадки примитивных носоходок во многих отношениях напоминают повадки землеройки; если днём она спит в простом гнезде под корнями, то в сумерках она отправляется на поиски корма. Тогда и можно увидеть, как существо размером с мышь с крупной головой и огромным рылом снуёт туда-сюда и гоняется за огромными тараканами, которые часто собираются в большом количестве вокруг похожих на бананы ягод, которые падают к подножию стволов дерева висолека. Поймав насекомое, эта носоходка стремительно опрокидывается на морду, края который быстро расширяются в стороны, образуя широкую опорную поверхность. Вязкая носовая слизь обеспечивает прочное соединение с землёй. И теперь жадный зверь очень быстро подносит пищу к своему рту всеми четырьмя лапами. Пируя, эти существа выдают своё присутствие громким щебечущим писком, слышным издалека. Как только с пищей покончено, они так же быстро выходят из своей стойки на голове, края рыла снова заворачиваются внутрь и преследование добычи возобновляется. Пока ещё мало что известно о размножении этих животных, поскольку они водятся только в недоступных горных лесах Хай-дуд-дай-фи.

ТАБЛИЦА II

Одноносые Nasestria, включающие трибу Asclerorrhina, близкородственны архирринам. Все они без исключения — животные, у которых модификации носовой области, произошедшие в связи с изменившимся способом передвижения, остались в узких границах. Существенные особенности включают расширение рыла и тех частей черепа, которые служат для его поддержания. Однако в качестве новых событий должны расцениваться следующие особенности строения: многократное разделение мышц морды и носовых пазух, вследствие чего образовалась система воздушных камер, которые сообщаются друг с другом, но которые могут быть изолированы друг от друга специальными мускулами; далее отмеченное развитие corpora spongiosa, которые придают рылу упругость, существенно важную для его функций. У большинства видов оно может произвольно менять форму. Кроме того, мускулы тех частей морды, которые прилегают к рылу, частично протягиваются по самому рылу и значительно дифференцируются, потому рыло (которое, согласно Битбрейну, уже является истинным nasarium’ом) приобретает значительную гибкость. Ещё одна особенность — значительное расширение секреторного эпителия, произвольно регулируемое продуцирование слизи которым важно для передвижения животных и для их надёжного прикрепления на месте.

Как уже было сказано в разделе общих сведений, конечности редуцированы или видоизменены. Задние ноги рудиментарны (но никогда не исчезают полностью) и практически лишены функций. Передние конечности служат и для того, чтобы схватывать корм, и для ухода за собой.

Nasolimaceus palustris [26] (слизненос Фаделахи) будет описан как типичный представитель улитконосых носоходок. Он также наиболее близкородствен Archirrhinos. Это существо размером приблизительно с мышь, с яркой золотисто-коричневой шкуркой, водится на Майрувили и там населяет илистые берега Фаделахи. У него короткое, но широкое рыло, вентральная поверхность которого занимает переднее положение и видоизменена в ползательную ногу и функционирует во многом сходным образом с ногой Helix [виноградной улитки — В. П.], с различием, однако, в том, что локомоторные волны сокращений следуют друг за другом быстрее и направление их движения обратимо. Скорость передвижения больше, чем можно ожидать от такого механизма передвижения. Когда животное спасается бегством или кого-то преследует, оно покрывает примерно 30–40 футов в минуту. В таких обстоятельствах кажется, будто оно скользит с почти призрачной скоростью по гладкой влажной грязи; и точный способ передвижения нельзя различить простым глазом, а можно зафиксировать только высокоскоростной фотографией.

ТАБЛИЦА III

Впечатляющая киносъёмка этого явления была недавно сделана Ф. Хайдеритчем из Научной и Медицинской Кинематографической Компании, Блэк Гоатс. Улитки эндемичного рода (Ankelella) являются единственным источником пищи для видов Nasolimaceus; только Rhimolimaceus fodiens, [27] известный морякам морской базы как «Счастливчик Пьер», выкапывает земляных червей (которые частично принадлежат к тем же самым родам, что и эндемичные земляные черви Новой Зеландии!). Прежде, чем потерять свои «молочные зубы», молодняк кормится главным образом личинками насекомых (комаров-звонцов), поскольку он ещё не может справиться с твёрдыми раковинами улиток.

Спаривание, во время которого самец иногда издаёт звуки, как будто он сморкается, происходит главным образом ночью. В это время самец описывает тесные круги вокруг самки, которая также вращается. Время от времени она также издаёт нежное «Гм-гм». Сцена для этих любовных игр — обычно большой плоский камень, который покрыт тонким слизистым слоем диатомовых водорослей, и через который иногда плещется вода. Сам по себе этот процесс напоминает гротескный танец человеческой пары на коньках. Акт спаривания длится лишь несколько секунд, и затем партнёры оставляют один другого, очень быстро расходясь в противоположных направлениях со звуком лёгкого шмыганья носом. После беременности, которая длится двадцать шесть (?) месяцев, самка приносит единственного отпрыска, который уже похож на родителей во всех деталях, и который без дальнейшей зависимости от них сразу начинает вести самостоятельную жизнь.