Чтение онлайн

— Да пошёл ты, сукин сын! — вскинулся другой переговорщик. Судя по сходству лица в досье, это Теодор, племянник главы адвокатского семейства. — Ты труп! Ты уже труп, просто пока не все знают это! Быстро отпусти нас, и мы не станем ужесточать требования по твоей судьб… — И тут хрипы. Да что ж такое, одни герои кругом! Не адвокаты, а супермены какие-то.

— Сеньоры, вы, наверное, неверно себя воспринимаете, — снова «мило» улыбнулся я. — Вы считаете себя эдакими дипломатами, переговорщиками от лица некой легитимной стороны конфликта во власти. Но на самом деле вы — представители людей, осущесвляющих вооружённый захват власти, отдавших приказ казнить захваченных военных, верных присяге. Не представителей клановой гвардии Веласкесов, а вооружённых сил планеты, наших пацанов. Вы — преступники, и это даже не надо доказывать в суде, так как вы сами не то, что не отрицаете, но наоборот, выпячиваете это, словно это даёт вам какие-то права. Я могу грохнуть вас без суда и следствия только на основании этого, по закону военного времени, и то, что с вами нянчатся, не делая запредельно больно — моя добрая воля. Итак, слушаю.

— Ты не сделаешь этого, сукин сын. — Глава семейства был бледен, и сам себе не верил, но решил держаться твёрдо. — Это столица. Не Самара. Скоро сюда вломятся штурмовики, и твоим прихлебателям конец.

— Это не прихлебатели, а наёмники. «Братство». Они выполняют контракт ЗАКОННОЙ королевы Леи, и всё, что они делают — на благо Венеры, — усмехнулся я. «Шах и мат». — И да, палубу возьмут штурмом, но чем больше вы будете сопротивляться, тем в более жалком виде останется то, во что превратятся ваши тушки. Гепард!

— Я! — гаркнул наёмник.

— Давай спецов. Жёсткие методы экспресс-допроса… На нём! — указал я рукой на Теодора.

— Не-ет! Не надо! Только не это!..

— Не трогайте его, сучьи отродья!.. — подался вперёд и Йохан, но лишь повис на руках наёмников.

Взмах штык-ножом, и в ногу молодого Смита впивается лезвие из высокопрочной легированной стали. Ор по палубе. Нечеловеческий крик.

— Продолжаем, равнодушно продолжаю я отдавать команды.

Поворот ножа — боль ещё более сильная, кровь.

— Сеньор Смит, повторяю вопрос. Предмет переговоров с принцессой Фрейей?

— Я тебе всё равно ничего не скажу, больной ублюдок!

— Гепард, теперь самого сеньора.

— Ты не тронешь меня! У меня неприкосновенность! Я всего лишь перего… А-а-а-а-а!

— У сеньора лишний палец, — спокойно доложился командир наёмников, своим штурмовым ножом отчекрыживший старшему Смиту мизинец.

— Сеньор Йохан, продолжаем?

— Пошёл ты!

— Гепард…

Вот и для чего это всё, все эти мучения? Отрезанная ладонь, непонятно что с ногами — ближайшие месяцы ходить не сможет, кровоточащие раны на теле, уха нет, да ещё и племяннику досталось. Не настолько сурово по сравнению с дядей, тоже кровякой исходит, но по крайней мере ничего не отрезали.

— И как вы собираетесь контролировать отречение королевы? Если она придёт в себя — начнёт задавать вопросы. И не факт, что согласится подтвердить отречение.

— Этот вопрос на контроле противной стороны. — Сеньор боится меня разочаровать, но сейчас правда за ним. Фрейя, хорошая девочка, решила задвинуть мать, и у неё в загашнике есть план, как это сделать, он лишь озвучил его наличие.

— А по мне какое решение? — Пора закругляться. Ибо гварды уже поднялись на уровень палубы и ждут спецсредств для резки шлюзов, которые в пути, скоро будут. У парней от силы минут десять, а им ещё и сдаться надо самостоятельно, до штурма, чтоб их не поубивали.

— Тебя отправляют на Землю. Наша сторона предлагала более жёсткие меры, но её высочество упёрлась. Тебе отдают Изабеллу, и вы улетаете на Землю до особого распоряжения главы государства.

— В качестве кого? Послов доброй воли? — усмехнулся я.

— Не знаю. Придумают что-то. Главное, что тебя согласились оставить в живых, при условии, что тебя не будет на Венере.

— А если на Земле пересекусь с изгнанниками? — нахмурил я лоб.

— Этот вопрос наших переговоров не касается, — покачал сеньор головой. Обезболивающее, которым его обкололи, действовало, потому качать головой и использовать мимику он сейчас мог на полную катушку.

Я нахмурился и подвёл итог:

— То есть после всей пролитой на планете крови кланы Сальвадор, Торрес и Сантос всего лишь меняют глав, а старые главы отправляются в изгнание. По имуществу — лёгкая конфискация ключевых активов вместо тотального «обезжиривания» на будущее. Я не спрашиваю про интеллект Фрейи, это тоже на её совести, но как твои патроны считают, как на это посмотрит народ? Кто-то же должен ответить за пролитую кровь, а главных виновников по сути помилуют. Не боитесь бунта «снизу»?

— А кто его спрашивает, этот народ? — фыркнул Смит. Презрительно. Максимально презрительно, как мог в своей ситуации. — Как народу скажут — так и будет.

— Уверены? После того, как через ополчение прошло шестьсот пятьдесят тысяч, не считая дружинников, защищавших районы? У нас всегда было хорошо с пассионариями.

— Ну, Веласкес, ты же знаешь, как это делается. — На губах подонка появилась покровительственная усмешка. — Найдут виновного на «нижнем» уровне. Кто допустил, проморгал. Показательно расправятся, предельно жестоко. Народ любит кровь. И все успокоятся. Ты на Земле, королева отреклась, так что… А бывшим ополченцам «слонов» раздадут, чтобы не вякали. И они не будут.

Мои кулаки сжались, но я держался. Шоу должно продолжаться, шоу нужно отыграть до конца. На нас будет смотреть вся Венера.

— Хорошо, с мятежниками понятно. Фактически реабилитация. Но остались войска у Сената. А они, насколько мне не изменяет память, только что занимались уничтожением себе подобных. Своих без кавычек. И не только в бою, но и расстреливали тех, кто уже не оказывал сопротивления. Как здесь думают решать проблему?

— Эти части первыми бросают на войну в Европе, и будут кидать в самые жаркие места, — проговорил старший Смит. — Какую-то часть замаранных бойцов там утилизируют, а кто останется в живых — превратится в уважаемых ветеранов, проливавших кровь за страну, а ветеранам не пристало вменять прошлые прегрешения.

— О как! — обалдело усмехнулся я. — Гепард, парни, видали, как можно жонглировать вашими жизнями? Какова их ценность, и как потом легализовать тех, кто будет вас убивать? На месте убитых мог быть кто угодно!

Суровые наёмники стали гораздо более суровыми, но тоже держались. Дисциплина.

— Ваше высочество! Время! Гварды начинают резку, за створками до полусотни бойцов в средней броне! — отвлёк голос наблюдающего оператора.

Я бросил взгляд на камеру, показывающую тот вид. Не лазорево-золотые цвета специальной полиции, нет. Армейские части. Даже шевроны на доспехах никто не стал замулёвывать. Я снова сжал кулаки и заматерился про себя. Что ж, пора спасать парней — я, как наниматель, отвечаю за их жизни.

— Ладно, всё с вами ясно. Гепард!

— Я! — вытянулся стоящий рядом наёмник.

— Их участие в мятеже доказано, они сами его не отрицают. А посему по законам военного времени приказываю ликвидировать этих троих и сдаваться. После подавления переворота мы вас вытащим. Вы выполняли контракт, с вас взятки гладки.

— Есть, Командор! — отрапортовал наёмник, после чего поднял висевший на боку игломёт и одиночными прикончил всех «клиентов», по две иглы на человека. Хорошо работать с ЧВК — никаких вопросов о правомочности и «мы не палачи». Надо — значит надо.